Прятки
Шрифт:
Майлз не имеет представления о том, кто я такой. Он делает это только потому, что хочет. И это делает его еще более интересным.
Он медленно проводит языком по нижней губе, затем с трудом сглатывает. Он хочет большего, но ему нужно, чтобы я дал ему повод расслабиться.
Просовывая руку под пояс его леггинсов и боксеров, я сжимаю его твердый член. Держать член другого мужчины не странно, а чувство власти, которое это дает мне, когда его глаза расширяются, а губы приоткрываются в тихом вздохе, — это уже совсем другой уровень.
Я делаю ему длинное поглаживающие
Он в знак протеста тихонько скулит, но я просто плюю в ладонь. Его глаза закрываются, когда я снова беру его в руку, но я не глажу.
Он открывает глаза и смотрит на меня в замешательстве. Я слегка сжимаю его член, но не более того.
Я наблюдаю, как его выражение лица меняется с растерянного на злое, а затем на любопытное. И я улыбаюсь, когда он делает небольшой пробный толчок и проводит своим членом по кольцу моей ладони.
Я снова сжимаю его, чтобы дать понять, что это именно то, что я хочу, и он кусает губу, делая это снова.
Я наблюдаю, как он покачивает бедрами, толкаясь все сильнее и быстрее в мою руку, пока не трахает ее как одержимый, гоняясь за оргазмом и выдыхая самые горячие стоны и вздохи, которые я когда-либо слышал.
Я позволяю ему продолжать толкаться, пока его глаза не закатываются, а затем убираю руку.
Он громко и отчаянно стонет, открывая глаза, и продолжает трахать воздух. Я еще не закончил с ним, далеко не закончил, и я хватаю его связанные руки и поднимаю его на ноги.
Он позволяет мне поднять его, и его глаза блестят от возбуждения, когда я прижимаю его к ближайшему дереву. Он падает на него, на его губах появляется намек на улыбку, когда я подхожу к нему и давлю на его грудь предплечьем, прижимая его к стволу.
Крик, который он издает, когда я снова беру его член в руку, дикий и безудержный, и мысль о том, что кто-то может нас услышать, заставляет меня улыбнуться под капюшоном, когда я начинаю гладить его.
Глаза Майлза расширяются, и его рот открывается, когда я дрочу его член так, как мне нравится. Это жестко и грубо, и он, вероятно, будет чувствовать это еще некоторое время после того, как я закончу, но он, похоже, не против, поскольку он стонет и покачивает бедрами. Он извивается под моей рукой, его лицо — маска отчаянного желания, пока он гонится за оргазмом.
Я смотрю на него в восторженном упоении, впитывая каждую деталь его удовольствия и то, как меняются его глаза и выражение лица по мере приближения к кульминации. Я хочу его оргазма, хочу увидеть, как он переваливает через край и наконец сдается всему, что сдерживал.
Через секунду мое желание сбывается, и я не отрываю взгляда, когда он кончает, крича и толкаясь в мою руку, разбрызгивая сперму по всей передней части моего худи.
Я дрочу ему до конца, не останавливаясь, пока он не начинает толкать меня своими связанными руками и умолять меня остановиться.
Когда я это делаю, он опускается на дерево, на его губах появляется глупая улыбка, и я сам улыбаюсь, расстегивая ремень вокруг его рук. Он что-то бормочет и прижимается
Мы остаемся в таком положении надолго, я поддерживаю его, пока он приходит в себя после оргазма. Когда кажется, что все прошло, я отпускаю его и отступаю назад.
Он смотрит на меня с широко раскрытыми глазами, затем прочищает горло и прячет себя.
— Я думаю, мы заблудились.
Я смеюсь и снова надеваю ремень.
— Я знаю, где мы.
— Правда? — Он оглядывается. — Ты собираешься оставить меня здесь, чтобы я сам нашел дорогу назад? — осторожно спрашивает он.
— Нет. — Я указываю на школу. — Это на севере.
Он следует взглядом за моей рукой.
— Это довольно просто. — Он оглядывается на меня и смеется в замешательстве. — Думаю, я должен… — Он указывает в направлении, которое я только что показал.
Я киваю.
— Эм, спасибо? — Он снова смеется. — Да, я пойду, пока не сделал все еще более странным. Он машет мне рукой, затем снова смеется, качая головой, и начинает идти обратно к кампусу.
Я следую за ним на расстоянии, не пытаясь скрываться, но держась достаточно далеко, чтобы он должен был искать меня в темноте, когда оглядывается. Я иду за ним, пока он не проходит через линию деревьев за домом Бун, и наблюдаю, как он пересекает небольшой задний двор и достает удостоверение личности из кармана своих леггинсов. Он останавливается после того, как пропускает его через замок, еще раз оглядывается, а затем исчезает внутри.
Я жду несколько секунд, а затем направляюсь к дому Гамильтона и территории Мятежников.
Похоже, Майлз просто полон сюрпризов.
Есть ли у него еще какие-нибудь игры, в которые он хочет играть? Потому что я точно хочу.
Глава десятая
Майлз
Я только что закрыл дверь своей комнаты, когда мой телефон зазвонил, сообщая о получении SMS. Глубоко вздохнув, я включаю свет и бросаю сумку на пол рядом с кроватью.
Я измотан после дня дороги, и, как ни странно, я действительно рад вернуться в школу после недели, проведенной дома с семьей в праздновании Рождества.
До того, как мы разбогатели, мы с братом и сестрой ходили в небольшую полусельскую государственную школу и делали все то, что делают обычные семьи, например, ужинали вместе и ходили на спортивные соревнования моего брата или танцевальные концерты моей сестры. Мои внешкольные занятия были немного менее интересными, но мои родители все равно старались приходить с моим братом и сестрой и поддерживать мою команду по робототехнике на соревнованиях.
Затем мы разбогатели, наши родители стали параноиками, и мы переехали из нашего маленького городка в закрытый жилой комплекс на окраине большого города. И как будто этого было недостаточно, нас троих отправили в разные школы-интернаты, и в течение последних трех лет мы видели друг друга только во время крупных праздников и летом.