Противостояние
Шрифт:
«Дожила!» – торжественно похвалила себя Катя. А ведь еще вчера ничто не предвещало такого пробуждения. Она спокойно отработала день, встретилась с лучшей подругой, в …надцатый раз выслушала монолог своего бывшего о необходимости восстановления их "уникальной ячейки общества" и даже не послала его в пеший поход по интимным местам.
Умница и красавица! Можно было погладить себя по голове или выписать премию. Но почему-то вместо премии после пламенной речи дражайшего супруга ей захотелось помыться и спрятаться от всех куда-нибудь подальше. И вот… Спряталась-таки!
После
Вот только как она перенеслась из бара в эту кровать? Память не отвечала. Будто насмехаясь, буравила виски болью и улыбалась кривым шрамом на спине случайного любовника.
«А спинка ничего! На «десятку» по пятибалльной!» – подбодрила себя Катя.
Она почти справилась с шоком от первого открытия. Почти смирилась с головной болью и нравственным падением, как фортуна снова решила ее "порадовать". За спиной послышалось чье-то шевеление, и спустя долгую минуту на талию легла чужая, явно женская рука. "Пятая!" – отрешенно поздравила себя Катя.
Такого поворота событий она никак не могла ожидать. Тройничок! И не простительный "МЖМ", а эгоистичный "ЖМЖ".
– Только не это. Только не это… – губы тихо прошептали в подушку.
Посапывающий объект спереди и пугающий своей половой принадлежностью объект сзади ее шепота не услышали.
***
Чувствуя, что кто-то нежно губами ласкает его достоинство, Роман всплыл из мира Морфея. Достоинство было не против и даже охотно откликалось на влажные прикосновения, но вот его владелец с удовольствием поспал бы еще часок-другой. Ночка выдалась бурной. Вначале обильное возлияние, потом горячий секс-марафон. И вот опять…
– Детка, дай хоть глаза продрать, – он опустил руку вниз на голову женщины. Нежно погладил. – Вот кошка ненасытная!
Кошка издала что-то вроде "мрр", и Воинов окончательно проснулся.
– Анжела?
– Мрр…
– Что ты здесь делаешь? – чувствуя себя последним идиотом, спросил Роман.
– Мрр… – девушка не стала отвлекаться от своего занятия.
– Так, стоп! – пришлось волевым решением лишить себя сладкого и за волосы оттянуть труженицу от ноющего паха. – Нет! Нет! Нет! Поняла?
Анжела изобразила обиду.
– Ты вкусный! – надула губки.
– Твой йогурт в холодильнике. Он тоже вкусный!
– Рома!
– Что, Рома? – Воинов спрыгнул с кровати. – Тебя вообще здесь быть не должно. Мы же еще вчера попрощались.
Красотка всхлипнула.
– Это ты попрощался!.. И еще какую-то дамочку в кровать потянул. А я… А я…
– Ну?!
– Это было так красиво, что я не смогла уйти, – она опустила глаза.
– Что?
– Рома…
– Анжела!
– Когда ты на нее набросился прямо у двери… Я такого даже в порно не видела.
– Так… Опустим детали. – Роман смотрел на нее, не моргая. – Я отчетливо помню, как мы попрощались, и за тобой закрылась дверь.
Собеседница
– Детка, ты что вернулась?
– Я бутылку коньяка у себя в машине нашла. Твою. Решила принести, а вы…
Воинов прикрыл глаза рукой. Это ж нужно было подцепить такую заботливую вуайеристку!
– Ты подглядывала за нами? – спросил он строго.
– Да.
– Всю долбанную ночь?
– Да.
– Очуметь!
– Ромочка, прости меня!
– Маньячка!
– Вы были так увлечены, что даже не замечали меня, – с обидой. – А я, между прочим, даже не пряталась.
– Уж спасибо, что не выпрыгнула из-за двери в самый ответственный момент! И за то, что с подсказками не полезла – тоже благодарствую!
– Ну прости меня, пожалуйста! – она бросилась к нему на грудь. – Я больше так не буду. Никогда-никогда!
– Ага, так я тебе и позволил регулярно подсматривать за собой!
– Ромочка… – жалостливо всхлипнула девушка.
– Ладно. Что уж теперь…
– Ты такой хороший!
– Порно-шоу мой конек, – усмехнулся Роман.
– Да… Высший пилотаж!
– Понравилось?
– Очень! Жалко, телефон разрядился, ничего снять не успела.
Воинов от хохота сложился пополам. Кто ж знал, что сегодня у известного журналиста Романа Воинова был такой шанс попасть на голубой экран.
– Анжела, общественность тебе не простит! – наконец прохрипел он. – Никогда! А теперь все! Сгинь!
И пока ненормальная не попросила у него подзарядное устройство, быстренько пошагал в душ.
Очередной день рождения удалось проскочить легко и не подохнуть, а это само по себе было успехом. За это он готов был простить что угодно, кому угодно! Индульгенции всем! И даже одной сексуальной беглянке.
***
Вечер того же дня.
Бар "Градус Баллинга".
Кате казалось, что она умирает. Десятый час подряд. От стыда и похмелья одновременно. Головная боль так и не прошла, но с виду под слоем тонального крема, румян и прочей косметики женщина смотрелась цветущей красоткой. Как всегда, образ был дороже душевного состояния. Улыбка для постоянных посетителей, радушное приветствие – гостям, выволочка за любую ошибку – персоналу.
То, что хозяйка сегодня была раздражительнее, чем обычно, официантки и бармен списали на пресловутый ПМС. Чуть раньше, чем они рассчитывали, но мало ли, как влияет на женский организм отсутствие регулярного секса. В последнем коллектив был твердо уверен. Уж кому, как не им, видящим свою начальницу каждый день, почти двадцать четыре часа в сутки, знать некоторые особенности ее жизни.
Впрочем, домыслы и косые взгляды Катерину мало волновали. Заметив пропажу бутылки элитного коньяка, которая из-за своей дороговизны больше года пылилась на полке, Катя тут же сложила дважды два. У амнезии была причина. Наркотики она даже не пробовала, сигаретный дым не переносила на дух, алкоголем не злоупотребляла и вообще вела вполне здоровый образ жизни. Однако ахиллесова пята все же имелась – коньяк.