Проповедник
Шрифт:
— Никто никогда не мог обнаружить, что ты скрываешь за своей маской, но я различаю брешь. Ты ищешь опасности. Сильных ощущений. Это твой кайф. Так что ты рискуешь, но просчитано. Ты — антитеза. Своего рода сорвиголова, но осторожная. Даже... извращённая.
Сильный запах травы доносится, пока его хриплый голос обнажает меня. Я делаю глубокий вдох. Его анализ мне не нравится. У меня дурное предчувствие, что он умеет читать меня. Что ещё хуже: что он уже знает меня. Решив вернуть контроль над ситуацией, я отвечаю цинично:
— Так ты проводишь свою жизнь? Проповедуя чушь и спасая молодых женщин в беде. Используя
Он смеётся, затягиваясь косяком, затем внезапно приближается. Рефлекторно я сжимаю колени, но он грубо раздвигает их и ловко проскальзывает между моих ног, вызывая резкую боль в ещё хрупких рёбрах. Пойманная в ловушку, мой пульс ускоряется. Его губы приближаются к моим. Мысль оттолкнуть его проносится за тысячную долю секунды, но, его зрачки прикованы к моим, я замираю. Не отрывая от меня глаз, он выдыхает тонкую струйку дыма между моих зубов. От этого лёгкого прикосновения мои чувства пробуждаются. Я даже с удивлением замечаю, что глубоко вдыхаю. Вкус травы ласкает мой язык. Его пылающим взгляд и марихуана затуманивают мой логичный ум.
— Я никогда не стремлюсь их обмануть. Это они сами меня приглашают, — хвастается он, в то время как мои лёгкие расслабляются.
Переполненный самоуверенностью он раздражает меня.
— У тебя не будет преимущества со мной, — убеждаю я себя с уверенностью.
— Не принимай это на свой счёт, но я трахаю только своих последовательниц.
Он откидывается и добавляет насмешливо:
— Если только ты не решишься присоединиться к нам, это останется фантазией.
— Что заставляет тебя думать, что у меня вообще есть такое желание? — издеваюсь я.
— Потому что ты находишь меня завораживающим, — рискованно предполагает он.
— Хватит льстить себе, — коварно усмехаюсь я.
— Мне не нужно. Ты делаешь это за меня прекрасно, — насмехается он.
Его пальцы скользят по моему бедру. В его движениях нет ни малейшего колебания. Он не спрашивает разрешения, не ждёт, позволю ли я ему прикоснуться. Он просто присваивает себе право. Я напрягаюсь, глядя на него. Моя реакция заставляет его улыбнуться.
— Я бы по крайней мере что-то открыл сегодня вечером, — шепчет он, близко к моим губам. — Некоторые вещи пугают тебя, — замечает он, усиливая хватку на моей ушибленной плоти.
Мгновенно боль обостряет моё желание развратницы. Я сдерживаю хрип.
— А другие, в частности, воспламеняют тебя, — добавляет он коварно.
Этот тип забавляется со мной, и его веселит то, что он выводит меня из равновесия!
У меня не будет проблем противостоять его обаянию, но есть кое-что ещё... Он возбуждает меня.
Большая ошибка. Ни в коем случае нельзя позволять ему брать верх.
Я изображаю преданный, но не лишённый иронии вид, затем внезапно хватаю и сжимаю его промежность твёрдой хваткой. Он издаёт стон и смотрит на меня напряжённо. Я чувствую, что у него стоит, но это уж точно меня не остановит.
— У. БЕ. РИ. СЬ, — заявляю я спокойно, чётко произнося каждый слог.
— О! Я сказал что-то, что тебя задело? — шипит он, сжав челюсти, не высвобождаясь из моей хватки.
Я усиливаю давление, и этот ублюдок стонет от экстаза.
— Не пойми неправильно, но это скорее подарок, чем наказание, — подтверждает он мне,
Внезапно этот псих зверино кусает и сладострастно облизывает моё плечо, вызывая у меня восхитительную пронзительную муку. Разряд тут же пронзает мои бёдра. Я сдерживаю звук восторга и отпускаю его, пытаясь высвободиться.
— Ладно, ладно, не кидай в меня камни, — капитулирует он, отступая с поднятыми руками. — Сегодня победа за тобой, но..., — прерывается он со смехом.
— Но... что? — возражаю я оборонительно, цепляясь за простыню, прикрывающую мою грудь.
— Мы далеко не закончили. У меня большие планы на твой счёт, — бросает он мне, исчезая с предвкушающей радостью.
Совершенно сбитая с толку, я смиряюсь с необходимостью вернуться в свои покои. Закрыв дверь, прислоняюсь к ней и на мгновение закрываю веки со вздохом. Мои бёдра трутся друг о друга, чтобы облегчить моё возбуждение. Затем инстинктивно подушечки моих пальцев касаются укуса, который он мне нанёс, прежде чем окинуть взглядом комнату, словно в попытке напомнить себе о ситуации.
Чёрт, Мэрисса! Ты на задании! Возьми себя в руки, чёрт побери!!
Я начинаю расхаживать по комнате, внутренне упрекая себя. Я ненавижу ощущения, которые испытала от его прикосновения. Они никоим образом не были приемлемыми. Запертая здесь слишком долго, я, должно быть, схожу с ума.
Как я могла быть такой слабой и такой глупой?! Чёрт, я умнее этого. По крайней мере, должна быть.
Я не могу позволить ему сбить меня с толку своим садистским спектаклем. Я возвращаюсь на своё ложе и плюхаюсь на матрас. Моё тело в напряжении, мой разум работает на полную катушку. Вспоминая, как он собственнически клал руку на мою кожу, я знаю, что он со мной ещё не закончил. Хитрый и соблазнительный, я должна любой ценой защищаться от его зловещих уловок и не поддаваться его нездоровому обаянию. Задача обещает быть трудной. Одно лишь воспоминание об этом моменте в его компании разрывает меня на части. Заснуть невозможно, я пытаюсь разгадать загадочного мужчину, который только что отметил меня. Я остаюсь ещё какое-то время погружённой в свои мысли, затем решаю на этот раз принять ледяной душ. Это поможет мне прояснить мысли и охладить пыл.
Акт 4. Зависть
«Завистливый пытается присвоить то, что ему не принадлежит, и его зависть может быть разрушительной». (Притчи 14:30)
Глава 11
Фентон
Ранним утром я вхожу в хижину Мэриссы без предупреждения. Сидя по-турецки на своей кровати, ошеломлённая, она с интересом приподнимает бровь, скромно прикрываясь.
— Нельзя было постучать перед входом?
— Можно, но не хочется, — отвечаю я, пожимая плечами.
Я закрываю дверь и приказываю ей:
— Одевайся.
Она смотрит на меня с подозрением.
— Зачем?
Я преодолеваю расстояние между нами и протягиваю ей руку.
— Я планировал сегодня заняться тобой, и прогулка голышом меня бы не смутила, но сомневаюсь, что девушки воспримут это благосклонно.
Она наклоняет голову, разглядывая меня.
— Чему я обязана такой чести?