Пролог
Шрифт:
Настоятеля Западной обители Ордена Пчелы. Такой внушительной силы хватило бы для
уничтожения целого батальона краснопоясников, не говоря уже об одном человеке… но
была тут одна загвоздка – краснопоясник этот был облачен в «шкиру», и похоже о ее
чудесных свойствах знал, или, по крайней мере догадывался, профукавший свой высокий
пост, но не побежденный, экс-Гроссмейстер Ордена Пчелы.
– Убейте его! – приказал ш’Эссар, тревожно оглядываясь, но к счастью для него, особых
из Бездны, поблизости видно не было, а больше никого ш’Эссар не боялся – ну-у… разве
чуть-чуть опасался его клеврета, загораживавшего спасительную дверь.
Коридор был узкий – вдвоем там было не развернуться, и подобраться к Денису,
караулящему проход, можно было только поодиночке, поэтому для обороны коридор
подходил идеально – один спартанец удержал бы здесь целую армию персов, а уж
человеку в шкире, удержать здесь четырех врагов – какими бы сильными они ни были, это
как два байта переслать – так, или примерно так рассуждал Денис, а если учесть, что
сторожил заветную дверь не какой-то там абстрактный человек в шкире, а матерый
головорез! – покрошивший за эту ночь в труху… ну-у… или нафаршировавший болтами
из дыроколов, изрядное количество не самых слабых оппонентов, начиная от спецназа
Храма Морских Богов и заканчивая далеко не худшими боевыми магами, то могло
показаться, что его оптимизм был полностью оправдан!
Начало боевых действий еще больше укрепило веру Дениса в собственную
неуязвимость. Первый из двух, имевшихся в распоряжении ш’Эссара Мастеров войны, немедленно принялся выполнять приказ экс-Гроссмейстера и сделал он это, надо
признать, весьма профессионально: за то короткое время, что ему потребовалось, чтобы
преодолеть пять шагов от входа в коридор до Дениса, он успел бросить в него четыре
сюрикэна, из которых ни один не угодил в молоко, а вовсе наоборот – все они попали куда
надо: в голову, в сердце, в живот и снова в голову. Другое дело, что никакой пользы
нападавшему эта меткость не принесла… но он-то в этом никак виноват не был – у него
был прямой приказ командира: «Убей его!» и он, по мере сил, пытался его выполнить.
Здесь надо отметить один момент – проносить в Зал Выбора метательное оружие было
запрещено – за этим следила… вернее должна была следить охрана на входе и каким
образом один из сторонников ш’Эссара сумел пронести в зал запрещенное оружие,
остается тайной покрытой мраком.
Сблизившись с Денисом, Мастер войны мгновенно выхватил два меча и со
сверхзвуковой скоростью (имеется в виду кончик клинка) нанес два великолепных, смертоносных удара по черной фигуре… с
дистанционная атака. В ответ, Денис, по-простому, безо всяких фехтовальных изысков, одним своим «Черным когтем» ткнул его в живот, в вторым рубанул по шее. Дистанция
была слишком короткая, уйти вбок Мастеру войны было некуда, а отскочить назад он не
успевал… шансов спастись у него не было никаких.
Никаких доспехов на смельчаке тоже не было, и меч направленный в живот, ушел
довольно глубоко – так что, для того чтобы его выдернуть, пришлось пнуть тушку
Мастера ногой. Денис вспомнил с какой легкостью проделывал ту же самую мясницкую
работу Шэф, не прибегая к помощи нижних конечностей, как порхали его клинки, пока
Денис работал с дистанции дыроколами, и явственно осознал, что между новоиспеченным
краснопоясником и Мастером войны дистанция огромного размера!
Отбив атаку, Денис принял исходное положение – неподвижная черная статуя с
черными же мечами в опущенных руках. Если глядеть со стороны, как хладнокровно и, главное, без малейших шансов для Мастера войны, он с ним расправился, то зрелище, для
всех «заинтересованных лиц», должно было быть страшноватым. Удивительно, но
никаких дурных чувств, а тем более ненависти, к человеку только что пытавшемуся его
убить, а теперь истекавшему кровью у его ног, Денис не испытывал… впрочем как и
угрызений совести, тошноты и прочих неприятных ощущений… как говорится – ничего
личного.
«Странно… – подумал Денис, – я ничего не чувствую…»
«А должен?» – заинтересовался внутренний голос.
«Фиг знает…»
На какое-то короткое мгновение ситуация зависла – прорывающиеся не могли
сообразить как им действовать дальше, а Денису предпринимать какие-либо действия не
было нужды – его дело было не допустить прорыва. Приказа атаковать бывшего
Гроссмейстера у него не было, а проявлять инициативу он не собирался, все же для него
это была чужая война – ничего плохого ему лично эти ребятки не сделали. Кроме того, никакой опасности для себя Денис не ощущал – смерть Мастера война подействовала на
нападающих отрезвляюще, похоже до них дошло, что прорваться к заветной двери мимо
стойкого оловянного солдатика будет непросто… весьма непросто, а честно говоря –
вообще невозможно. Опустив «Черные когти», Денис спокойно разглядывал приунывшую
троицу, а те в свою очередь, сверлили его ненавидящими взглядами.
«Видит око, да зуб неймет! Так что, господа хорошие, – с усмешкой подумал он, –
придется вам подождать любимого руководителя – с ним и разбирайтесь, кто калоши