Пролог
Шрифт:
Шэф, видя бедственное положение Дениса, на помощь к нему не спешил и на
подмогу приходил только после многочисленных униженных просьб помочь совладать с
обнаглевшей кобылой. Мудрый руководитель вальяжно тыкал пальцем и через губу
пояснял, что тянуть нужно до первой дырочки, а подтягивать уже сидя в седле, но при
этом пока садишься нужно не перевернуться… Дав эти бесценные указания любимый
руководитель моментально испарялся, вновь оставляя Дениса
На вполне естественный, с точки зрения Дениса, вопрос: «А почему бы не постоять
рядом… и не указать… на ошибку… сразу!?» Шэф отвечал уклончиво: «Так быстрей
дойдет».
«Да это же армагедец какой-то! – сокрушался Денис, враскоряку выбираясь из
седла. – Кто бы меня пожалел!?» – с оттенком ревности думал он, глядя на командора, который каждый вечер тщательно проверял состояние спины Марши, и если было
необходимо, чем-то ее смазывал, присыпал и вообще всячески холил и лелеял. Со своей
стороны, главком считал, что никаких поводов жалеть Дениса у него не было: для лечения
потертостей старшего помощника, являвшихся, по его словам, современным аналогом
казней египетских, – в чем, правда, верховный главнокомандующий сильно сомневался, –
по его мнению казни-то покруче были, из тайников Ордена был захвачен большой кувшин
с чудесной мазью, – тут Денис ничего не мог сказать, – мазь действительно была сколь
вонюча, столь и целебна. А насчет сочувствия к его страданиям, Шэф как-то обмолвился, что бедная Марша не может сама себя оседлать и не должна страдать из-за косоруких
идиотов, которые не могут с десятого раза освоить это простое действо, и наоборот, –
косорукие идиоты могут позаботиться о себе сами, – чего их жалеть-то? – поэтому забота
о своих потертостях целиком и полностью входит в сферу жизненных интересов и
юрисдикции вышеупомянутых товарищей. В глубине души, Денис не мог не признать
известной доли правоты мудрого руководителя в этом вопросе.
И все же, новое тело, плюс «физподготовка», пройденная в Ордене, сказали свое
веское слово: к концу третьего дня пути, задолбавший мотивчик из Денисовой головы сам
собою исчез, причем он это осознал не сразу, просто в какой-то момент понял, что
задница не болит, что он не боится упасть, хотя они шли порядочной рысью, и что он
успевает глазеть по сторонам и любоваться красотами закатного пейзажа. Чудеса
продолжились утром, когда он взнуздал бедную Маршу с первого раза.
– Ну вот, – сказал Шэф, одобрительно оглядывая Дениса, ловко взлетевшего в
седло, – теперь, шагов с пятидесяти, ты больше напоминаешь аристократа, чем куль с
говном,
постоялыми дворами.
Денис и раньше подозревал, что их путешествие по пустым проселочным дорогам
и ночевки в лесу у костра связаны не с романтической тягой верховного
главнокомандующего к природе, – теперь же эта гипотеза получила блестящее
подтверждение!
Гораздо больше Дениса, сообщению о магистральном тракте и придорожных
постоялых дворах обрадовалась Марша: она радостно заржала, запряла ушами и
потянулась к Шэфу мордой, будто собралась поцеловать.
– Как она тебя любит! – с некоторым оттенком ревности отметил Денис.
– Естественно, – она же чувствует, что я люблю лошадей и отвечает тем же.
– Дык… я вроде тоже…
– Денис, – ухмыльнулся Шэф, – животину не обманешь. Ты относишься к ней как к
мотоциклу.
– В смысле? – удивился Денис, – не люблю что ли?
– Почему не любишь – любишь… по-своему… люди ведь обычно любят свои
«ласточки», но это не то… Ладно, про любовь как-нибудь потом, – это вещь тонкая и
обследованию не подлежит, а мы переходим к вещам практическим, а именно: как себя
вести в обществе коллег аристократов. Ты, с некоторых пор… – любимый руководитель
сделал паузу и в некотором сомнении пожевал губами, подбирая нужные слова, – … да-
а… ты с некоторых пор, – повторил он, – превратился в горячего эстонского парня.
– Лучше чтоб оставался овощем? – хладнокровно поинтересовался Денис.
– Плохо и то и другое… но овощем хуже… – вынужден был согласиться мудрый
руководитель.
– Вот видишь!
– Да-а… так о чем это я?.. – не позволил сбить себя Шэф, возвращая разговор в
предназначенное ему русло, – а вот о чем: среди аристократов, таких горячих придурков, как ты, – девять из десяти.
– А десятый?
– А десятый – вообще отморозок!
– Расклад сил понятен, – ухмыльнулся Денис.
– А если понятен, – Шэф сделался серьезным, – запоминай простые правила
поведения: первым не задираться…
– Первым не задираться… – эхом отозвался Денис.
Мудрый руководитель покосился на него, но замечания не сделал и продолжил
инструктаж:
– Если задирают тебя, – на дуэль не вызывать.
– Это что ж, – терпеть когда над тобой издеваются всякие козлы!? – вскипел
горячий эстонский парень.
– Да ни боже ж мой, – успокоил его любимый руководитель, – можешь в морду
дать, или по яйцам, или еще куда… – на твое усмотрение, но… без оружия.