Продана

Марухнич Фиона

— Она тронута… максимально тронута! Я трахаю её, как одержимый, — вырывается у меня хрипло.

Это ложь, грязная, отвратительная ложь, но я не могу отдать её Дону. Не позволю ему даже прикоснуться к ней мысленно.

На другом конце провода повисает тишина на несколько долгих, мучительных секунд, а затем Дон начинает тихо посмеиваться, явно удивленный моим внезапным порывом.

Чувствую, как напряжение нарастает между нами.

— Говоришь так, будто она для тебя значит больше, чем просто средство для мести…

— Она просто моя. Я заявил на неё права.

И точка!

Снова тишина, давящая, зловещая. Дон явно обдумывает, как можно использовать каждого из нас в своих целях, в том числе и Милану.

— Ладно… Оставь её себе… Но я жду вторую сестру. Она должна попасть к нам как можно скорее! Это в твоих интересах, Кассиан… И если мне покажется, что твои методы слишком… недейственные, то я пересмотрю своё отношение к твоей Милане. Поверь, ты не захочешь этого.

Его тон – прямая угроза. Меня переполняет гнев. За Милану я готов убить, разорвать глотку любому, кто посмеет к ней прикоснуться.

— Не втягивай её в это, — цежу сквозь зубы, — мы найдём сестру… И, чёрт возьми, эта пристань будет нашей!

— Хорошо, Кассиан. Я надеюсь на твою верность.

Дон обрывает связь, оставляя меня наедине с клокочущей яростью и отчаянием. Слова его звучат как приговор. Верность. Он ждёт от меня верности. Но кому я должен быть верен? Что мне важнее – месть, синдикат, или эта рыжая чертовка, укравшая мою душу?

Бросаю телефон на стол, чувствуя, как дрожат руки. Проклятье! Дон заставляет меня делать выбор, но я не знаю, как поступить. Нужно сохранить Милану, вернуть пристань, угодить Дону. Как это возможно? Как я могу разорваться на части и выполнить всё?

Подхожу к окну. Предрассветный сад кажется сейчас особенно мрачным и зловещим. Розы – алеют, словно окровавленные, напоминая о той крови, что пролилась, и ещё прольётся. Милана… Она – как эта роза, прекрасная и опасная. Она ранит меня своими шипами, но я не могу от неё оторваться. Я тону в ней, как в омуте, и не знаю, смогу ли когда-нибудь выбраться.

Глава 33. Кассиан

Солнце заливает сад, превращая капли росы на розах в россыпь бриллиантов. Кроваво-алые лепестки, контрастируя с изумрудной зеленью, кажутся зловещим предзнаменованием. Я всё ещё стою у окна, не в силах оторвать взгляд от этой дьявольской красоты. В голове – каша из ярости, отчаяния и, чёрт возьми, чего-то похожего на… надежду?

Надежду на что? На спасение? На искупление? Бред.

Стук в дверь вырывает меня из тишины.

— Войдите, — произношу лениво, словно слова доносятся откуда-то издалека, из другого мира.

В кабинет входит Марко, один из моих самых доверенных людей, главный солдат. Бросаю на него беглый взгляд и снова поворачиваюсь к окну. Марко знает свою роль и не станет докучать мне по пустякам.

— Синьор… Мы обнаружили взлом системы безопасности. Очень тонкий, почти хирургический. Локализован в пределах виллы. Безопасности не угрожает.

Приподнимаю бровь. Игра в кошки-мышки началась? Я прекрасно знаю, кто резвится с камерами.

Моя сестра.

— Вот как? И что обнаружилось?

Марко запинается и опускает взгляд.

— Ваша сестра… — Он делает паузу, словно боится произнести остальное. — Она выпустила вашего заложника…

Я отхожу от окна и, не говоря ни слова, подхожу к барному шкафчику. Плескаю щедрую порцию виски в стакан и делаю большой глоток. Обжигающая жидкость разливается по горлу, ненадолго отвлекая от бушующей в душе бури.

Эта новость… неожиданна. Но не настолько, чтобы удивить меня. Я всегда знал на что она способна. Просто раньше никогда не направляла свой талант против нас, против семьи. Это… дерзко. Я лично приложил руку к её обучению, чёрт возьми.

— И когда он сбежал? — спрашиваю, стараясь сохранить голос ровным. Мой тон, видимо, сбивает Марко с толку, потому что он застывает на месте, словно не веря, что я не впал в привычную ледяную ярость.

Странно, но… кажется, будто груз падает с моих плеч. Как можно "подружиться" с тем, кого я держу в темнице? Значит, Милана, сама того не подозревая, станет главной приманкой. Мишенью. Всем на свете, что приведёт меня к чёртовой пристани. И не только...

— Несколько часов назад… — отвечает Марко, всё ещё в напряжении.

Несколько часов… Пока я трахал Милану своим языком её брат сбежал от меня? Ирония судьбы, не иначе! Я говорил Милане, что подумаю, отпускать ли её брата. А сейчас… Элли сама его выпустила, облегчив мне задачу. По идее, я должен испытывать гнев. Но его нет.

— Хорошо… — говорю, не зная, как ещё отреагировать. Больше ничего не приходит в голову.

— Но это еще не всё… — не унимается Марко.

Поднимаю бровь, давая ему понять, чтобы продолжал.

— Взгляните на последние записи… Дэвида и вашей сестры. До того, как они были изменены!

Киваю, подтверждая, что посмотрю.

— Где сейчас Элли?

— Она пошла к Милане, синьор. Кажется… гордится тем, что провела нас всех.

Усмехаюсь. Она всегда была умна. Я, конечно, мог бы догнать Дэвида, снова запереть его в темнице. Но нет. Всё меняется. Теперь я буду использовать Милану. Буду извлекать выгоду из своей одержимости ею, из своего желания… трахать её, как помешанный. Может сделать ей ребёнка? Что за бред лезет мне в голову? Я не хочу больше детей… нет… не сейчас. Но перспектива влюбить её в себя, привязать к себе, кажется такой заманчивой. Такая связь станет самым эффективным методом добиться той лояльности, которой у меня пока нет. Обещаю обдумать это позже.

— Ты свободен…

Марко облегчённо вздыхает. Но рано.

— …но… ты допустил ошибку. Серьёзную ошибку. А если бы это была не Элли? А, к примеру, наш враг?

Смотрю на него в упор, не выдавая ни единой эмоции. Ошибок я не прощаю.

Марко начинает что-то неразборчиво лепетать, пытается оправдаться.

— Я обнаружил взлом очень быстро, быстрее, чем это было бы возможно для кого-то извне…

Усмехаюсь.

— Но он сбежал. И, так или иначе, моя сестра провела вас вокруг пальца. Такие ошибки не прощаются.