Принцесса Бен
Шрифт:
Но тут Гильдеберта с трудом смогла разбудить меня.
— Что вы с собой сделали? — ворчала она. — Вы вся в грязи!
Я моргнула, приходя в себя.
— И почему вы в платье? Вы даже не переоделись в ночную рубашку!
— Никто не раздел меня, — сообщила я правду.
— Леди придется делать это самой! — Гильдеберта оттолкнула меня и ушла, замерев, чтобы запереть меня.
Я лежала, пытаясь вспомнить последние часы. Руки были опухшими и болели после наказания. И комната… приснилась? Мое платье было перепачкано, это уже было подтверждением.
Я соскочила с кровати и подбежала к стене. В свете дня камень казался твердым. Но, когда я коснулась его, рука прошла в него, как в воду.
Почему я не узнала раньше? Хотя… я не трогала раньше эту стену. Никто не ходил по замку, ощупывая каждый камень. Стена была простой, я часами смотрела на нее в конце каждого дня. Может, портал был открыт для всех.
Я услышала шаги Гельдеберты. Я оставалась на месте, испугав ее, когда она открыла дверь.
— Мы увидимся с ней, — хмуро сообщила она.
— С кем? — осведомилась я с раздражением, которое до этого вылетало само по себе, а теперь приходилось играть.
— С леди Беатрис, конечно! Я бы отвела вас к королеве, но Ее величество страдает от головной боли.
Это было бы интересно, если бы у меня было время обдумать это. Но тут я просто топнула ногой.
— Я не иду.
Это злило Гильдеберту, как красная тряпка быка.
— О, не идете, значит? — она приближалась, раскинув руки.
Она шла ко мне, а я прыгнула вперед и обхватила ее внушительный живот. Женщина отшатнулась.
Ожидая, что она провалится в портал, я хотела увести ее, отвлечь делами, чтобы она не думала об этом. К моему удивлению и облегчению, я услышала, как ее голова ударилась о камень, в который я до этого совала руку, с треском, похожим на удар хлыста.
Женщина разъяренно набросилась на меня, и я заслужила трепку. Равновесие сил было восстановлено, и она отвела меня к леди Беатрис.
* * *
Гильдеберта не нашла проход! Честно, если делать список жителей замка по магическим способностям, Гильдеберта точно была бы внизу. Теперь у меня было доказательство моих способностей. Может, дело все-таки было в крови.
Я старалась не отставать от быстрой Гильдеберты, слуги замирали от тяжелой атмосферы, служанки, редко признающие меня, приседали в реверансах. Если подумать, это было связано с моим грязным видом. Но я думала о другом.
Леди Беатрис охнула от ужаса, когда мы прибыли.
— Принцесса! Что вы наделали? — мы помешали ей краситься, потому что на одной щеке не было румян.
Я повторила, не зная другой ответ.
— Меня никто не раздел.
— И вы превратились в такое! Вы катались по полу? Поверить не могу.
И я. Как мог кто-то, видевший мою чистую комнату, решить, что пыли там хватить испачкать хотя бы мой платок, а не объемное многослойное платье? Но создавалось впечатление, что леди Беатрис уверена, что я сама создаю грязь. (Хотя это мне могло удаться). Она вздохнула и отправила меня в купальню.
Горячая
— Ее высочеству нужно встать в первую позицию, — возмущался пухлый месье Гросбуш.
— Нет, — я слишком устала. — Я не буду.
Леди Беатрис посмотрел на меня.
— Ладно, — она ушла с месье Гросбушем в другую часть зала. Взглянув на меня, они начали обсуждать последнюю моду на парики и возможные цены.
Обычно я бы растерялась от такой свободы. Но я слишком устала, чтобы замечать, и провалилась в сон. Когда я проснулась, взрослые еще обсуждали парики (об этом можно говорить минуту или часами?), и мне пора было уже одеваться на ужин.
Королева София к нам не присоединилась. Ее головная боль или то, что она за ней скрывала, все еще беспокоила ее. Мы с леди Беатрис ели в тишине, я считала минуты до возвращения в комнату, а она все еще думала о париках. Я заметила, что мои порции больше обычного и благодарно улыбнулась слуге, который поклонился в ответ.
Софии не было, и леди Беатрис провела меня в приемную королевы, где нас встретила Гильдеберта с моей ночной рубашкой в руке. Как всегда, мое переодевание сопровождалось колкими словами, шлепками. Но сегодня я терпела это, ожидая, когда уже она закончит. Несколько раз служанка хмурилась, пытаясь понять, что я задумываю с таким послушным поведением, но я даже не велась на это.
Я забралась в кровать и, пока она собирала мою одежду, пожелала женщине добрых снов. С удивленным фырканьем Гильдеберта вышла из комнаты и заперла дверь.
Как только я услышала эхо двери, закрывшейся внизу, я побежала в портал. О, всего сутки назад я не знала о нем! Как сильно могла измениться жизнь за день.
Я бежала по узкой лестнице, пыль окружала меня, и мои пальцы вдруг задели ткань. Я завопила, когда ткань рухнула на меня. Я чудом осталась на ногах, пошатнулась, пытаясь сорвать с себя ткань.
С колотящимся сердцем я убежала в свою комнату. Я увидела там, что это плащ из тяжелой черной шерсти с рукавами. Я невольно примерила одеяние. Оно сидело идеально, от глубокого капюшона до края плаща, что задевал пальцы ног. Идеальная защита! так я смогу проводить время в пыльной тайной комнате, не пачкая ночную рубашку и не вызывая подозрений.
Но я понимала, хмурясь, что прошлой ночью ощущала только камень. Откуда взялся плащ, на котором не было и пылинки? Он был чистым, хотя я нашла его в грязном проходе. Наверное, магия поместила его туда.
Я поежилась, а потом отчитала себя за трусость: такая сила была мне союзником, а не опасностью. Стиснув зубы, несмотря на дрожь пальцев, я укуталась в шерстяную броню и прошла на лестницу сквозь портал.
Мои подозрения о магии усилились, когда я прошла в комнату. Там лежала книга, перед ней были мои следы. Но страницы изменились! Вместо заклинаний стихий там было еще больше рисунков и большое нечитаемое название.