Принц Ардена

Анри Софи

Рэндалл тяжело вздохнул.

– Я не стану давить на тебя. Но знай, что я всегда готов выслушать и помочь всем, чем смогу.

Аврора молча кивнула, и они продолжили углубляться в сад.

Рэндалл поднял взгляд на небо и, видимо, пытаясь сгладить неловкость от недавнего разговора, сказал:

– Небо сегодня невероятно красивое.

– Северяне любят изучать звездное небо. А там, – она указала пальцем на яркую звезду рядом с луной, – моя любимая звезда, Регул. Ее лучше всего видно именно весной.

Он с удивлением посмотрел на нее.

– Любимая? Почему?

–

В детстве отец рассказал мне про эту звезду легенду, и она так запала мне в душу, что теперь каждый раз на небе я ищу Регула.

– Расскажи мне о ней, – попросил он.

Аврора внимательно перевела на него взгляд и не смогла растолковать выражение его лица. Он смотрел на нее так, будто знал какой-то важный секрет.

Они прошли к скамейке под яблоней и сели. Рэндалл обнял ее и, притянув к себе, поцеловал в висок. Аврора не стала сопротивляться. Тем более, с наступлением ночи на улице стало прохладно, а объятия мужа, как и всегда, были надежными и теплыми. Она положила голову ему на грудь и начала свой рассказ:

– Давным-давно, когда Великий Материк еще не поделился на королевства, его землями правил могущественный и мудрый король. У него было три сына. Все они, под стать отцу, обладали необходимыми качествами, чтобы стать достойными преемниками. Но лучшим из них был младший сын, Регул. Он был так красив, что при виде него все замирали. Но красоту лица значительно превосходила красота его сердца. Принц Регул был самым добрым, справедливым и благородным из всех населявших Великий Материк людей.

Народ боготворил младшего принца и прочил именно его в короли. Регула любил и сам король. Тот даже не пытался скрывать своего предпочтения и мечтал, чтобы королевский трон после его смерти занял младший.

Старшие братья Регула так ревновали и гневались, что злоба и ненависть поразила их сердца черной гнилью, и они решились на ужасное вероломное преступление. Под покровом ночи они пробрались в покои Регула и вырезали его сердце. Тело сбросили в морскую пучину, а сердце оставили в лесу на съедение волкам.

Но вырезанное из груди сердце Регула было прекраснее драгоценного камня. Оно озаряло лес ослепляющим дневным светом. И тогда лесные звери воззвали к Единому, чтобы тот забрал этот сияющий камень к себе. Бог ответил на их молитвы и сделал сердце Регула ярчайшей звездой на небосводе. С тех пор Регул смотрит на нас с небес и следит за тем, чтобы люди не наполняли свои сердца черной злобой и всегда берегли в себе свет добра.

Аврора умолкла и прикрыла глаза, слушая, как быстро колотится сердце Рэндалла.

– Красивая легенда, – тихо произнес он.

– Да. Знаешь, мы с папой играли в одну игру. – Аврора заглянула в ему лицо. – Он считал до двадцати, а я за это время должна была отыскать Регула. Сделать это несложно, ведь он находится рядом с луной. Когда я находила звезду, всегда загадывала желание, а папа заверял, что оно обязательно сбудется.

– Что ты загадывала? – Рэндалл нежно улыбнулся, перебирая пальцами ее волосы.

– Желания маленькой девочки не отличались глубиной и оригинальностью, – ответила она и смущенно спрятала лицо, уткнувшись в грудь

мужа. – Я мечтала выйти замуж за такого же прекрасного и благородного принца, как сам Регул.

Аврора почувствовала, как Рэндалл сперва замер, а потом тихо рассмеялся. Она подняла голову и недовольно посмотрела на него.

– Будешь смеяться, и я больше ничего о моем детстве не расскажу, – проворчала она.

– Я смеюсь не над историей, – сказал Рэндалл, тихо посмеиваясь. – Просто твое желание действительно сбылось.

Аврора закатила глаза.

– Да-да, вы прекрасный и благородный, принц Рэндалл, – с жаром выпалила она. – Вот только скромности в вас маловато.

Рэндалл снова рассмеялся, чем начал раздражать ее.

– За «прекрасного» и «благородного» спасибо, душа моя! Но я не об этом.

– А о чем?

Рэндалл прекратил смеяться, и на его лице снова появилось странное загадочное выражение.

– Я не говорил, что у меня два имени?

– Нет, – удивленно ответила она.

– Когда я родился, мама назвала меня по-другому. Но дедушка убедил ее, что мне требуется имя, которое будет придавать силы и отваги. Меня нарекли Рэндаллом, но второе имя оставили, правда, о нем мало кто знает.

– И какое у тебя второе имя? – спросила Аврора внезапно осипшим от волнения голосом.

– Княжна Аврора, разрешите представиться, – он протянул свою ладонь, – Рэндалл Регулус Вейланд.

Сердце Авроры на мгновение замерло, а затем заколотилось пуще прежнего. Она изумленно посмотрела на него и вложила дрожащую ладонь в его руку.

– Очень приятно, Рэндалл Регулус, – прошептала она. – Но могу я звать тебя просто Рэй?

Рэндалл коснулся свободной рукой ее лица и, наклонившись к губам, тихо прошептал:

– Можешь, только если позволишь мне поцеловать тебя.

Она завороженно смотрела в глаза Рэндалла, снова не в силах подобрать слов.

– Молчание – знак согласия? – спросил он с усмешкой, прямо как в ту ночь у камина, и прильнул к губам Авроры, так и не дождавшись ответа.

Глава 32

Бал продолжался до поздней ночи. Гости веселились, ели, пели, танцевали, а Аврору переполняли эмоции от тайной прогулки с мужем. Весь остаток торжества она чувствовала вкус его губ и безнадежно краснела, стоило ей поймать его полный нежности взгляд.

Проводив Анну в ее покои, они, уставшие, пришли в свою опочивальню. Рэндалл повернулся к открытому гардеробному шкафу и начал переодеваться, а Аврора, последовав его примеру, стала снимать платье. Вот только справиться ей не удалось. Шнурки корсета безнадежно запутались.

– Чертов корсет, – тихо выругалась она и встряхнула руками, которые затекли, пока она заламывала их за спину в попытках снять платье.

– Так и не научилась шнуровать корсеты? – тихо спросил Рэндалл и, подойдя сзади, ловкими движениями пальцев распутал узел и ослабил шнуровку.