Принц Ардена

Анри Софи

– Ваше Высочество, вы уверены, что сможете вылечить его? Или вы говорили так уверенно, чтобы успокоить Анну? – тихо спросил Томас.

– Я уверена, что мои снадобья гораздо сильнее тех, которые использовал Маркус, – ответила она и нервно закусила губу. – Я надеюсь, что смогу помочь ему, Томас.

Она была обязана Рэндаллу своей жизнью. Если она его не спасет, ее сердце не выдержит. Еще одной смерти от своих рук она не перенесет.

Аврора закончила с растиранием, и Закария с Томасом перевернули его обратно на спину. Она

намазала его грудь мазью и накрыла простыней.

– Моя госпожа, у него ведь озноб, его нужно укутать теплее, – сказал Томас, с недоверием глядя на тонкую ткань.

– Его тело горит, Томас, и, накрыв теплым одеялом, вы только усилили жар. Я натерла его ладони и ступни согревающим отваром, чтобы избавить от озноба, а тело – настойкой волчьих трав, которая снимет жар.

– Ваша Светлость, а что это за мазь? У нее отвратительный запах. – Томас сморщил нос и зажал его рукой.

– Она поможет очистить легкие от мокроты, а теперь ступай. Вернешься через час, чтобы мы повторили процедуру.

Томас покинул комнату, а Закари задержался у двери, взглянув на Аврору.

– Я дежурил у его постели ночью. – Его голос был тихий и скрипучий, будто ему было непривычно разговаривать и он делал это крайне редко. – Хорошо, что вы пришли, госпожа, он всю ночь звал вас.

Не дожидаясь ее ответа, Закария вышел из комнаты, и Аврора осталась наедине с Рэндаллом. С помощью песочных часов она отмеряла время, чтобы каждые пятнадцать минут по чайной ложке отпаивать его целебной микстурой на основе северных ягод и коры лиственницы.

Рэндалл так и не приходил в себя. С его губ срывались прерывистые стоны, обрывки слов, произносимые так тихо, что она не могла разобрать их. Его голова металась по подушке, а тело то и дело сотрясалось от слабого кашля. Ему не хватало сил, чтобы прочистить легкие от пленившей их хвори.

Аврора молилась жарко и неустанно. Молила Единого придать ему сил, избавить его от болезни и вернуть к жизни. Она неустанно гладила его шелковистые волосы и впалые щеки, надеясь забрать хотя бы каплю его страданий.

К ночи жар начал отступать, и Рэндалл, перестав бредить, находился теперь в объятиях крепкого сна, нарушаемого лишь его слабым хриплым кашлем. Аврора отправила Томаса успокоить Анну, а сама выпила сразу три чашки крепкого бодрящего кофе, принесенного Тиной. Ее ждала бессонная ночь. Микстуру надо было, не переставая, давать несколько раз в час, чтобы очистить легкие. Рэндалл по-прежнему горел, но опасность уже миновала.

За окном мерцала полная луна, комнату озарял тусклый свет масляных ламп. Аврора была вымотана, но спать ей не хотелось. Периодически заглядывала Нора, предлагая посидеть с принцем, чтобы Аврора могла немного отдохнуть, но та наотрез отказывалась. Ей почему-то совершенно не нравилась мысль о служанке наедине с Рэндаллом.

Когда песок в часах снова заполнил нижнюю чашу, Аврора поднялась с кресла, чтобы снова напоить его микстурой. Она

набирала в чайную ложку янтарную жидкость, когда раздался слабый хриплый голос.

– Аврора… моя Аврора, – прошептал Рэндалл.

Она стремительно обернулась и, присев на край кровати, провела рукой по горячим от жара щекам.

– Рэндалл, я здесь, ты слышишь меня? – Ее сердце готово было вырваться наружу.

Густые ресницы задрожали, и Рэндалл наконец-то открыл глаза.

– Аврора, – снова прохрипел он, посмотрев на нее одурманенным взглядом.

– Да, Рэндалл, это я. Хвала Единому, ты пришел в себя. – Аврора судорожно всхлипнула, и по щеке скатилась слеза. Она поглаживала его лицо и волосы, боясь оторваться от серых глаз.

– Пить, – выдохнул он, и Аврора тут же сорвалась с места, чтобы налить воды. Добавив микстуру в стакан с водой, она помогла Рэндаллу приподнять голову с подушки, и он сделал несколько глотков.

Даже это движение, казалось, отобрало у него немало сил. Рэндалл откинулся обратно на подушки, его грудь тяжело вздымалась от хриплого дыхания. Он посмотрел на Аврору и сжал руку, которой она гладила его лицо.

– Аврора… – Очередной приступ кашля не дал ему договорить.

– Тише, тише, – прошептала Аврора, вытирая его губы белым платком. – Береги силы.

Рэндалл накрыл ладонью ее вторую руку.

– Аврора… моя Аврора, – словно молитву шептал он ее имя. Только сейчас она поняла, что хоть Рэндалл и пришел в сознание, но все еще был в бреду.

– Я здесь Рэндалл, с тобой, – сказала она и, пригнувшись, поцеловала его горячий лоб. – Спи, мой принц, тебе нужно набираться сил.

Рэндалл уснул, и Аврора встала за мазью, чтобы растереть его грудь. Она подошла к прикроватной тумбочке, но тут ослабшая рука сжала ее запястье.

– Аврора, прошу, не оставляй меня.

– Не оставлю. – Аврора снова наклонилась и нежным поцелуем коснулась сухих потрескавшихся губ.

– Я так боюсь…

От этих слов в горле встал горький тяжелый ком, который Аврора никак не могла проглотить.

– Чего ты боишься?

– Остаться один.

– Ты не один, Рэндалл, я буду с тобой, обещаю.

Рэндалл с облегчением вздохнул и снова погрузился в полудрему.

Протерев холодными пальцами взмокший лоб, Аврора снова повернулась к тумбочке в поисках нужной склянки.

– Аврора…

– Да, Рэндалл? – Не оборачиваясь к нему, она взяла с тумбочки мазь.

– Спой что-нибудь.

Аврора замерла. Она повернулась, чтобы посмотреть на Рэндалла, который лежал с закрытыми глазами.

– Пожалуйста.

Собравшись с духом, она тихо запела старую колыбельную, которую когда-то ей пела мама. Зачерпнула густую вязкую мазь и, откинув простынь, прикоснулась к его груди холодными пальцами, размазывая блестящую мазь. Она тщательно растирала грудь Рэндалла, ощущая, как под ладонями стучит сердце. Большое, доброе и чистое.