Принц Ардена
Шрифт:
Поднявшись на ноги, он направился к своему коню и устремил взгляд на Аврору. Его щеки заливал яркий румянец смущения. Сейчас надменный принц Ардена выглядел таким милым и трогательным, что Аврора и сама с радостью бы одарила его поцелуем.
Они пробыли в ювелирной лавке почти час, пока Джоанна придирчиво выбирала кольца, браслеты, ожерелья, заколки для волос и прочие украшения.
И к тому времени, как они покинули ювелирную лавку, погода совсем испортилась, и налетел сильный ветер.
Анна и Рэндалл веселились от души, вспоминая, как им пришлось, противостоя бушующему ветру, подниматься на холм.
Анна едва не свалилась с лошади, но это ее только сильнее раззадорило.
– Чтобы я еще раз послушал тебя, Анна, – делано возмущался Рэндалл.
– Ой, да брось, Рэндалл! Не будь таким занудой, мы ведь посмеялись. – Анна, хихикая, поправила растрепанные волосы.
– Мы посмеялись, потому что я вовремя удержал тебя в седле. Свались ты с лошади, нам было бы не до смеха.
Аврора в их веселье участия не принимала. Ее грудь сдавливал необъяснимый страх.
– Аврора, все хорошо? Ты побледнела. – Рэндалл с тревогой посмотрел на нее.
– Нет, просто замерзла.
Переступив порог комнат следом за Рэндаллом, она первым делом направилась к камину, чтобы отогреть закоченевшие пальцы.
– Мой принц! – В комнату ворвался Томас. – Гонец принес письма из порта.
Рэндалл забрал конверты и просматривал их по пути к письменному столу.
– Аврора, тебе письмо. – Он не глядя протянул ей конверт.
Непонятная тревога снова охватила ее. Она подошла к Рэндаллу на ватных ногах и взяла из его рук конверт, на котором герб Йоранов был отпечатан на черном сургуче – таким на Севере запечатывали письма с дурными вестями.
Аврора тяжело сглотнула. Дрожащими руками кое-как вскрыла конверт. В ее ушах снова зазвучали тяжелые шаги из кошмарного сновидения.
Прочитав содержимое письма, она выронила бумагу и стрелой унеслась прочь из комнаты.
Рэндалл стал замечать, что сумасбродная северянка занимает непозволительно много места в его мыслях. Порой он ловил себя на том, что думает о ней даже во время заседаний Совета.
Сперва его это дико раздражало и злило, но потом он и сам не заметил, как сдался на милость синеглазой дикарке. Его шутки и поддевки стали добрее, а нахальная ухмылка, которой он всегда одаривал Аврору, превратилась в нежную улыбку.
Как бы ему ни хотелось, но Рэндаллу пришлось быть честным с самим собой и признать, что Аврора нравилась ему – очень нравилась.
Но одно не давало ему покоя. Кошмары Авроры. Они мучили ее почти каждую ночь, и Рэндалл не знал, как ей помочь, а она наотрез отказывалась рассказывать о них. По утрам она выглядела совершенно разбитой, и Рэндалл искренне надеялся, что поездка в город поможет ей развеяться.
Но его надеждам не суждено
Рэндалл изучал свои письма, как вдруг услышал грохот захлопнувшейся двери. Он поднял взгляд, осознав, что из покоев выбежала Аврора.
– Что случилось? – задал он вопрос, скорее, себе и оглянулся на стоящего рядом Томаса.
– Не знаю, Ваше Высочество, она читала письмо, а потом вдруг убежала.
Снова посмотрев на дверь, Рэндалл заметил на полу желтый пергамент. Стремительным шагом он пересек комнату и подобрал письмо с пола.
Дорогая Аврора!
Вынужден сообщить печальную весть. Твой брат Герольд был сражен неизвестной хворью. К сожалению, даже его сильное тело и крепкий дух не сумели противиться воле Единого. Мне очень жаль, что тебе предстоит переживать это горе вдали от семьи. Надеюсь, мое письмо найдет тебя в добром здравии.
Твой дядя Дайн.
P. S. Передавай мои наилучшие пожелания принцу Рэндаллу. Надеюсь, ты с ним счастлива.
– Дьявол, – выругался Рэндалл, нервно протерев рот тыльной стороной ладони.
– Что стряслось, мой принц? – встревоженно спросил Томас.
– Брат Авроры, Герольд, погиб от болезни. Идем со мной, – сказал Рэндалл и направился к выходу.
Аврора бежала куда глаза глядят. Ноги сами унесли ее прочь из замка под проливной дождь и шквальный ветер прямиком к конюшням. Проигнорировав протесты конюха, она оседлала коня с привычным мужским седлом и помчалась прочь.
Где-то позади себя она услышала, как кто-то окликнул ее, но проигнорировала зов. Ее сердце разрывалось от страха и боли.
Стражи у выхода расступились в стороны, открывая ей врата, и Аврора рванула в противоположном от города направлении. Ей просто хотелось сбежать, спрятаться, укрыться от всех, но горькое осознание невозможности побега от самой себя давило на сердце свинцовой тяжестью. Она пришпоривала коня, чтобы тот мчался быстрее. Ледяной дождь беспощадно хлестал лицо, а ветер так и норовил выбить ее из седла.
Она скакала до тех пор, пока не добралась до высокого скалистого берега у моря. Дальше бежать было некуда. Аврора спешилась и, подгоняемая ветром, толкавшим ее в спину, подошла к краю каменистого обрыва. Далеко внизу разбушевавшиеся морские волны с гневом бились о скалы.
Аврора выставила перед собой дрожащие руки.
Герольд мертв. Больше он никому не причинит вреда.
Разве не этого она хотела? Разве не за этим пришла в его покои в ту ночь? Разве не для этого смазала его любимую флягу медлительным, но действенным ядом?