Приговор

Маккензи Джо

Манипулировал — это было сильное слово.

— А теперь у тебя лунные глаза и ты снова такая задумчивая, что может означать только одно: ты позволила ему снова залезть к тебе в трусы.

— Фу, Майк. Это грубо. Не смей так говорить о моих трусах.

Майк что-то проворчал и глубоко вздохнул.

— Просто пообещай, что будешь осторожна.

— Например… использовать презервативы? — Она приподняла бровь. Она чертовски хорошо знала, что он имел в виду, но если ей должно было быть неловко от

этого разговора, то и ему тоже. — Или использовать стоп-слово, или…?

Майк зажмурился и вздрогнул.

— Ты, твою мать, знаешь, что я имею в виду. Не прыгай с двух ног. Держи одну на земле.

Она стиснула зубы. Сейчас не время признаваться брату, что она уже пала, и сильно. Обеими ногами и всё такое. Он бы не понял. Чёрт возьми, она тоже не понимала.

Выражение лица Майка смягчилось. Он перенёс свой вес и откинулся от кухонного окна.

— Но он делает тебя счастливой, не так ли?

Она сглотнула и пожала плечами.

— Может быть.

Майк покачал головой.

— У тебя наихудший вкус.

— Неужели здесь я должна сказать что-то невероятно резкое, например, что у меня, по крайней мере, есть личная жизнь?

Это был бы идиотский ход. Майк сверкнул глазами.

— И никакой личной жизни — это не лучше, чем плохая.

— Ладно. Давай вместо этого поговорим о наших планах на вечер пятницы и о следующей смене Келли.

Лицо Майка просветлело. Да. Ему бы понравился этот план.

Глава 25.

Все знают, что если у тебя есть брат, вы будете ругаться.

— Лиам Галлахер

Рейвен нырнула в свою машину и захлопнула дверцу, закрываясь от дождя. Она потянулась за своей сложенной одеждой на пассажирском сиденье, когда дождь застучал по ветровому стеклу. Джинсы прилипли к её влажным ногам. Рейвен выругалась, натянула эластичный материал на задницу и застегнула ширинку. Рубашка запуталась и зацепилась за зеркало заднего вида. Несмотря на холодный воздух снаружи, по всему её телу выступил пот.

Титька Банши, одеваться в машине — отстой. Рейвен изогнулась, как крендель, сняла рубашку с зеркала и потянула смесь хлопка и полиэстера вниз, чтобы прикрыть тело. Находясь в безопасности в объятиях Жан-Клода, она достала свой телефон из секретной консоли под пассажирским сиденьем и набрала номер Майка.

Он снял трубку после третьего гудка.

— Да? — С его конца провода донёсся громкий бас.

— Она направляется внутрь. Ты на месте?

— О да.

Рейвен хмуро посмотрела на свой телефон.

— Как ты держишься?

— Это было тяжело, Рейрей.

Ха! Конечно. Последние полчаса он провёл,

сидя в стрип-клубе, надеясь, что Келли придёт на работу. Вероятно, ему придётся ждать ещё дольше, прежде чем она выйдет на сцену. Предполагая, что она была стриптизёршей, а не для чего-то другого.

— В нашем плане есть небольшая загвоздка, — сказал он.

— Какая? — Рейвен выпрямилась на своём сиденье и вытянула шею. Дождь снаружи прекратился так же внезапно, как и начался.

— На табличке написано, что никаких фотографий или видео.

Рейвен снова выругалась, но без особого энтузиазма. Запрещающие знаки не были неожиданностью. В большинстве стрип-клубов действовало такое же или похожее правило. Конечно, фотографирование в качестве доказательства само по себе не противоречило никаким уголовным законам Канады, но если бы Детективное агенство Кроуфорда получило фотографии или видео с камер наблюдения, полученные внутри стриптиз-клуба, и обвинение использовало указанные доказательства для обвинения Келли в суде, как частное учреждение, стриптиз-клуб мог подать в суд на Детективное агенство Кроуфорда за нарушение их правил.

Нет, спасибо.

Кроуфорды соблюдали правила. В основном.

— План? — спросила она.

— Ну, я не в животной форме. Если я буду наблюдать за ней достаточно часто и мы получим достаточно видеозаписей того, как она входит в клуб и выходит из него, моих показаний будет достаточно.

— Да, но, чёрт возьми. Это отстой для тебя. Тебе придётся часами наблюдать, как красивые женщины снимают с себя одежду и танцуют перед тобой. Должен быть другой способ…

Майк рассмеялся и повесил трубку.

Она бросила телефон на пассажирское сиденье и вставила ключ в замок зажигания. Жан-Клод с рёвом ожил. Может быть, Коул мог бы увести её в Царство Теней и заставить забыть о существовании завтрашнего дня. Не то чтобы она имела что-то против завтрашнего дня, она просто жаждала безвременья, которое охватило её, когда единственное, на чём Коул сосредоточился в жизни, казалось, заставляло её тело напевать его имя.

Тепло разлилось по её коже.

Предупреждение Майка прокрутилось у неё в голове. Она двигалась слишком быстро? Возможно. Приняла ли она правильное решение?

Она забарабанила пальцами по холодному рулевому колесу. Проблема с этим вопросом заключалась в том, что ответ часто становился очевидным только в будущем. Ретроспектива всегда была 20/20.

Небольшая оговорка не повредит, а у неё были ещё одни отношения, которые остро нуждались в исправлении.

Она схватила свой телефон с потёртого сиденья рядом с собой и набрала другой номер.

— Алло? — Глубокий голос её близнеца вибрировал у её уха.

— Чем ты занимаешься сегодня вечером?