Право на мир
Шрифт:
Клубящийся грозовой вал почти настиг их и вздымался за спиной зловещей стеной. В центре его выделялся сгусток багрового пламени, пульсирующий как открытое сердце страшной тучи. От него в стороны тянулись изогнутые вихри пламени. Они, как вены, пронизывали плоть тучи и, наполняя ее огнем, растекались все дальше и дальше.
В какой-то момент вся облачная громада полыхнула багровым огнем и покрылась пламенеющими трещинами, сияющими как лава сквозь треснувшую корку. Даже на расстоянии до беглецов докатились волны одуряющего жара.
— К реке! — крикнул
— Что?!!
— К реке, говорю я вам, глупцы! Прыгайте в воду прямо с лошадьми! Вода спасет от огня!
Видя замешательство спутников, магистр решительно повернул к Анриону.
Увидев смелый поступок, бойцы последовали за ним. От обрыва их отделял десяток ударов бешено стучащих копыт.
— Я плавать не умею, ваша милость! — завопил гном.
— Держись за гриву лошади, и она выплывет вместе с тобой, — успел крикнуть Найджел.
Раскаленное облако, нависнув над беглецами, приобрело контуры огромного дракона, сидящего на огненном бастионе, раскинув пылающие крылья. Издав клокочущий звук, он исторг из глотки раскаленный смерч, помчавшийся к земле, способный превратить в прах даже закаленную сталь.
В следующий миг пуантенец Найджела тяжело ухнул с обрыва в реку. Мгновенное чувство невесомости придало происходящему оттенок нереальности. Дыхание сбилось, к горлу подкатил комок. Боковым зрением Найджел видел лошадь Арминаса, летящую навстречу водной глади, и всадника, прильнувшего к ее гриве.
Ту-уу-ум! Мощный удар едва не раздавил людей и животных. Край раскаленного эфира почти настиг беглецов, обжигая открытую кожу и заставляя трещать волосы.
И следом новый удар, теперь уже снизу, о темную, волнующуюся поверхность воды. Мгновение, и волны сомкнулись над головой.
Ударившись грудью о шею пуантенца, Найджел на миг отключился, но холодная вода привела его в чувство. Нога застряла в стремени, и тяжесть животного увлекала его все глубже. Отчаянно рванувшись, Найджел освободился из смертоносного капкана, однако не спешил всплывать на поверхность, а будучи хорошим пловцом, наоборот, устремился в глубину. И, как оказалось, не напрасно.
Над головой вновь полыхнуло. Даже здесь, на глубине, ощущался чудовищный удар. В красном свете полыхающего наверху зарева Найджел отчетливо увидел каменистое дно и пряди колышущихся водорослей. Потом снова стало темно. Пробыв на глубине, пока не начало резать в груди, он рванулся наверх.
Вынырнув на поверхность, Найджел увидел своего пуантенца. Животное, вытянув голову над водой, храпело и упорно плыло к берегу. Над рекой носились клубы пара, несмотря на это, он сразу заметил бойцов. Арминас уже выбирался на узкую полоску прибрежного песка, успокаивая лошадь. Брайли, громко ругаясь, боролся с течением недалеко от берега. Алкуин и его скакун барахтались чуть в стороне от него.
«А где же гном»? — подумал Найджел.
В этот миг за спиной послышались звонкое ржание гирканца и ворчание Фрейнура. Выяснять, чем недоволен гном, не было сил, и Найджел поплыл к берегу. Чтобы выбраться, пришлось преодолеть сильное
Небо затягивал дым. В воздухе пахло гарью, а в ушах стоял несмолкающий треск. Взглянув на другой берег, где темнел лес, Найджел вздрогнул. По верхушкам сосен и елей катился бушующий огненный вал.
Рядом на отмель деловито выбралась лошадка гнома. На ней, вцепившись в гриву, болтался, как мешок с картошкой, ошалевший, тяжело отдувающийся Фрейнур. Блестящая кольчуга придавала ему удивительное сходство с рыбой, покрытой крупной чешуей; из-за отворотов сапог вытекали потоки воды, в бороде застряли пучки водорослей.
Разжав пальцы он свалился на песок и простонал:
— Что это было, ваша милость?
Найджел вздохнул:
— Какой-то древний демон. Или огненный дракон… — Он вспомнил черную фигуру на северной дороге. — Вот интересно, это явление природное или нет?! Мог такое сотворить… допустим, маг?!
— Кто ж его знает? — буркнул гном. — А вот скажите, ваша милость, этот дракон… он не вернется?
За командира ответил Алкуин:
— Такие явления — большая редкость, и вряд ли повторятся вновь. Но теперь о том, чтобы идти вдоль реки, не может быть и речи — пожар бушует по сторонам, русло превратилось в подобие дымохода.
— Дым всегда стелется над водой, — согласился Найджел.
Брайли стянул сапог и вылил из него воду.
— Тогда хорошо бы нам убраться поскорее. — Он кивнул на противоположный берег Анриона.
Там пылал лес, сильно и страшно. Пламя, уже охватившее деревья от вершин до корней, с ревом рвалось в небо. Жар чувствовался даже здесь, а треск стоял такой, что путникам приходилось разговаривать во весь голос.
— Для начала нужно подняться наверх, — сказал Найджел, оглядывая высокий обрыв.
— Как же мы поднимемся?! — воскликнул Фрейнур. — Сами-то еще ладно, как-нибудь вскарабкаемся. А с животными-то что делать?!
— Выше есть пологое место, — произнес эльф. — Я заметил, когда летел с обрыва.
— Что ж, тогда веди! — приказал Найджел.
Бойцы направились вверх по течению, ведя за собой напуганных лошадей. Густой дым и пар стелились над водой, заполняя пространство между берегами. Видимость упала до нескольких ярдов, и стало трудно дышать.
— Долго еще?! — прохрипел Брайли.
— Еще немного, — ответил эльф.
Спустя пять минут, показавшихся путникам часом, пришли на место. Пологим берег здесь можно было назвать с натяжкой, однако он был заметно ниже. Ухватившись за корни и свисающие края дерна, Найджел и Арминас выбрались наверх, а затем втащили лошадей, которых Брайли, Алкуин и Фрейнур подталкивали сзади.
Наверху оценили масштаб ущерба. Оказалось, всадники не пострадали, не считая ожогов на шее да подпаленных волос. Лошадям опалило гривы — только и всего. Несмотря на унесенный водой мешок с галетами, они легко отделались благодаря реке, оказавшейся рядом. Застань путников огненная буря на открытом месте, сейчас обугленные кости пяти бойцов лежали бы под слоем пепла.