Праведники Меча
Шрифт:
— Тогда придите сами. Вернитесь в Арамур с Джалом и со мной. Вы можете возглавить Праведников Меча. Они повстанцы, арамурцы, как и вы. Джал Роб — их предводитель. Но если бы вы вернулись, вы смогли бы стать их вождем. И кто знает, что это дало бы? Вы могли бы превратить их в свою армию, их и всех, кто захочет к вам примкнуть. Вы могли бы...
— Хватит! — оборвал его Ричиус. — Я выслушал тебя, Алазариан. Я услышал все, что ты имел мне сказать. Но теперь ты должен меня выслушать. Я привел тебя сюда, чтобы ты увидел мою жену и дочь. Это моя семья. У меня здесь
Алазариан пришел в ужас.
— Но вы нужны Арамуру! Вы же не можете просто забыть о своем народе!
— Я был нужен Арамуру и два года назад, когда я покинул его. Я переменил все, уехав в Люсел-Лор. Но прошлого я переменить не могу.
— Вы ошибаетесь! — воскликнул Алазариан. — Именно это вы и могли бы сделать. Вам нужно только набраться храбрости и попробовать.
Ричиус засмеялся.
— Ты слишком молод, ты не понимаешь.
— Нет, понимаю! — отрезал Алазариан. Он встал и посмотрел на Ричиуса сверху вниз. — Все именно так, как мне говорил Джал Роб. Вы трус!
— Я не трус! — Ричиус начал было вставать, но успокаивающее прикосновение Дьяны к его плечу удержало его на месте. — У тебя нет права меня так называть!
— А у вас нет права жить спокойно здесь и блаженствовать, пока ваш народ страдает! Знаете, что я думаю? Я думаю, что у тебя нет чести, Шакал! — Алазариан огорченно покачал головой. — Ты совсем не такой, как я ожидал. Сникнув, Ричиус Вэнтран отвел взгляд.
— Мне очень жаль, — тихо проговорил он. — Я тебе помочь не могу.
Алазариан стоял над маленьким семейством в полной растерянности, не зная, что делать. Он был возмущен, но не мог заставить себя уйти.
— Что мне сказать, чтобы вас убедить? — спросил он. — Что может заставить вас передумать?
— Ничто, — ответил Ричиус.
— В это я не верю.
— Вот как? А напрасно. Потому что ты зря потратил время, приехав сюда.
— Да, — презрительно усмехнулся Алазариан, — теперь я это вижу.
— Почему вы приехали? — спросила Дьяна. — Я имела в виду — почему Бьяджио послал вас?
— Бьяджио знал, что мне хочется попасть в Люсел-Лор, миледи. Он знал, что я хочу разобраться в себе, понять, кто я и что я.
Дьяна искренне опечалилась.
— Как Тарн.
— Да, сударыня. — Пожав плечами, Алазариан добавил: — Я ищу ответы.
— И нашли хоть один?
Алазариан адресовал свой ответ ее мужу.
— Я нашел только одни разочарования, сударыня.
И оставив за собой эти слова, Алазариан повернулся и ушел из спальни. Когда он перешагивал через порог, у него в голове возник образ хохочущего Джала Роба.
36
Джал Роб затаил дыхание.
Он превратился в тень и призраком скользнул по замку. Луна поднялась высоко. У него гулко билось сердце, так что в голове громыхало. Он старался не упустить из виду свою добычу, оставаясь невидимым и бесшумным, словно ветерок.
— Привет, дружок, — прошептал Вэнтран, не замечая своей незваной тени. Заглянув за угол, Джал увидел, как молодой человек вошел в денник и начал гладить холку гнедого коня. — Как живешь? — спросил он у животного.
На лице Вэнтрана застыла грустная улыбка. Джал отступил назад, прислонился к стене и стал слушать. Пока Вэнтран его не замечал.
«Спокойнее, — укоризненно сказал себе Джал. — Не шуми».
Но не шуметь было трудно. Он может выдать себя одним вздохом. Закрыв глаза, он заставил себя сохранять спокойствие. Выследить Вэнтрана оказалось довольно сложно. Он шел за молодым королем от самой цитадели, надеясь поговорить с ним наедине, толком не зная, что именно собирается сделать. Им двигала ярость.
«Я это сделаю, — решил он. — Он это заслужил!»
Очень медленно Джал достал из-за пояса кинжал — единственное оружие, которое он захватил с собой в Фалиндар. Он не был убийцей, но сегодня был готов им стать. Как и Алазариан, он проделал слишком долгий путь, чтобы вынести еще одно предательство. Если Вэнтран откажется им помочь...
«Боже милосердный! — молча взмолился Джал. — Дай мне сил докричаться до этого дьявола!»
Он прислушался к небесам, ничего не услышал и в своем гневе принял молчание за знак одобрения. Джал понимал, что должен действовать быстро. Если Вэнтран собирается уехать верхом, шанс будет упущен. Но почему-то Роб не мог отойти от стены.
«Я могу это сделать. Я должен!»
Он еще раз заглянул за угол. Как это ни странно, Вэнтран не стал садиться на коня. Он только рассеянно, словно в тумане, поглаживал коня по шее. Ричиус стоял почти спиной к Джалу, но голову повернул в профиль, и на лице его была печаль.
— Они хотят, чтобы я вернулся с ними обратно, Огонь, — прошептал Вэнтран. — Они хотят, чтобы я снова стал королем. Но я не могу. Мне страшно.
Джал стиснул зубы. Никто не заслужил смерти больше, чем Вэнтран. Даже Элрад Лет не был настолько виновен. Лет был убийцей и зверем, но он не был предателем. Он не оставил свой народ на избиение.
— Жаль, что ты не разговариваешь, — добавил Вэнтран со смешком. — Дьяна отказывается со мной говорить. Она боится, что я снова ее оставлю. И Шани тоже.
«Ты же король, будь ты проклят! — кипел Джал. — Это твой долг!»
— ... И даже если бы я поехал, какой от меня толк? Трийской армии, которую просит Бьяджио, не существует. Арамуру без меня будет лучше.
Эти последние слова привели Джала в движение. Подняв кинжал, он выскочил из темноты, схватил Вэнтрана за шею и выволок из стойла, приставив острие клинка к его горлу. Конь испуганно заржал. Вэнтран отчаянно лягался. Джал изменил захват и зарычал, оттаскивая Вэнтрана назад: