Поворот

Уилсон Киврин

—Ты спросишь этого мудака почему. И тебе будут плевать на причины его поступка, самое главное ты узнаешь ответ на долго мучивший тебя вопрос.

И я не могла с ней поспорить.

У меня правда есть несколько вопросов, — ответила я, выбрав дипломатичный тон.

— Ладно, — его губы дернулись в полуулыбке. — Но предупреждаю, не более трех вопросов на сегодня.

Да, его игривый тон никак на меня сейчас не действовал. Я сделала глубокий вдох, и просто выпалила.

— Хорошо, скажи, почему ты это сделал? Почему ты мне изменил?

Его

глаза округлились, и он неловко закусил губу.

— И, чтобы ты знал, это один вопрос, — мне показалась уместным это уточнить.

Он некоторое время молчал, опустив глаза на стол, покручивая в руках салфетку. Мое сердце выпрыгивало из груди, я перестала дышать, в ожидании его ответа.

Затем он наконец поднял на глаза.

— Миа, скажи, ты любишь новые вещи?

Что? Я изумленно подняла брови.

Он кивнул в окно на мою машину.

— Вот, например тот симпатичный Мини Купер. Ты его купила после того, как сломалась твоя прежняя машина?

— Нет, — ответила я, подозревая, к чему он ведет. — Я его купила, потому что захотела новый автомобиль.

— Приятное чувство, да? — продолжил Мэтт, немного склонив голову на бок. — Волнение, новизна...

Я плотно сжала зубы.

— Угу.

— Сара была этим новым, вот и все.

Он вскинул руки, ладонями вверх. Этот жест имел много разных значений, но в этот момент, его можно расценить как указание на яркую неоновую вывеску над его головой, гласившую: «Я не виноват!».

И у меня застыла в жилах кровь.

—Да, — сказала я, глядя ему в глаза, — но разница в том, что я избавилась от старой машины, прежде чем купила новую.

— А что, если тебя устраивает прежняя, и ты хочешь иметь их обеих? — спросил он. Так спокойно, без единого сожаления.

Мое желание ответить Мэтту пинком в коленную чашечку было прервано официантом, подошедшим с подносом к нашему столику. Пока он расставлял тарелки, я сделала пару глубоких вдохов, позволяя себе найти достойных ответ. Мне хотелось все сделать правильно, и испытать короткое, но все же удовлетворения. Как в той ситуации, когда ты решаешь помочиться в штаны, чтобы ненадолго согреться, когда замерзаешь. Не то, чтобы я лично оказывалась в такой ситуации...

Мы поблагодарили официанта, и сказали, что позовем, если нам еще что-нибудь понадобится. Затем я продолжила разговор, низким, гневным тоном.

— Но ты этого не сделал. Ты бросил меня ради нее.

Мэтт закатил глаза, и, взяв приборы, начал нарезать свой стейк.

— Это все Сара. Она больше не хотела прятаться. Знаешь, постоянно меня этим доставала.

Ой, какая жалость! Бедный мальчик! Прикусив язык, я схватила вилку, и начала накручивать свою пасту. Неожиданно я была рада, что заказала столь легкое блюдо, потому что мой аппетит испарился, прихватив с собой хорошее настроение. И, судя по тому, к чему идет эта беседа, мне вероятней всего захочется уйти отсюда как можно раньше.

Я молча поглощала пасту, напротив меня Мэтт, не спеша жевал стейк,

и если кто-нибудь посмотрел бы на Мэтта, то подумали, что у него обычный, спокойный ужин с его спутницей.

— Как долго это продолжалось? — спросила я, поддавшись своему любопытству, однако если признаться честно, я боялась услышать его ответ.

Он продолжил жевать, затем проглотил, прежде чем ответить.

— Около полугода. — Он поднял пиво, сверля меня взглядом. — Это был второй вопрос.

Шесть месяцев. После того, как он почти два года был со мной.

И тут до меня дошло. Именно ради этой информации я была сегодня здесь. Сара не была его второй половинкой. Не была его единственной. Он не спал с ней, потому что хотел ее больше меня. Он не бросил меня, потому что она была лучше или он любил ее больше, чем меня. Он не предпочел ее мне, потому что в ней было что-то, чего не было у меня.

Нет, он это сделал только потому, что был обычным мудаком. Потому что ему захотелось «новизны».

На моем лице заиграла торжествующая улыбка, когда я допила свой «Беллини», а после потянулась к стакану с водой. Мэтт дожевал последний кусочек стейка. Теперь он не казался мне незнакомцем, теперь я точно узнавала в нем прежнего парня.

—Ты когда-нибудь жалел об этом? — поинтересовалась я, накручивая спагетти на вилку.

— Мне казалось, наши отношения полностью изжили себя, ты так не думала?

— Мэтт, это не ответ на мой вопрос.

Он положил вилку и нож на опустевшую тарелку. — Первое время мне многого не хватало: твоего чувства юмора, твоего оптимизма и то, как весело нам было вместе. — Теперь его взгляд обжигал, когда он добавил. — Помимо других вещей.

Я смотрела на него в ответ. Ладно, соглашусь, секс с Мэттом был хорош, но как он об этом сказал? Я не почувствовала ничего — ни теплоты, ни искры. Совсем ничего. Просто потому, что секс с Джеем был намного лучше.

Джей… И стоило мне вспомнить о нем, как по всему телу побежали мурашки.

Нас опять деликатно прервал официант, пытаясь убедить заказать десерт, на что мы оба отказались. Тогда он принес счет, вместе с парой мятных пластинок в оригинальной упаковке. Я потянулась к кожаной папке, но Мэтт перехватил ее, до того, как я успела ее взять.

— Мы должны разделить счет, — твердо заявила я.

— Не глупи, — Мэтт достал из кармана коричневый портмоне, на вид из дорогой, по всей видимости итальянской кожи.

— На дворе двадцать первый век, — продолжала настаивать я, но он просто одарил меня взглядом, и вложил свою кредитку.

Наш официант тут же забрал счет и, к счастью, у него заняло всего несколько минут нас рассчитать. Я за это время успела доесть пасту, а Мэтт допить пиво. Мэтт расписался в чеке, я немедленно схватила сумочку, и поднялась с дивана. Мэтт накинул пиджак, и последовал за мной на выход.

На улице прохладный бриз остудил мое лицо. Мэтт шел рядом, провожая меня до машины, как истинный джентльмен.