Поворот
Шрифт:
Отец Миа прочистил горло. — Мы еще никому не говорили, но Гвен предложили место Верховного судьи.
Эмм, хорошо. Признаюсь, я не ожидал такого поворота событий. — Ого, — замешкав, ответил я, — Это… отличная новость!
— Да, — он выглядел напряженным, постоянно отводил глаза. — Как оказалось, перед назначением кандидата тщательно изучают. Проверяют, нет ли у него скелетов в шкафу, ну, понимаешь, таких, что могут в дальнейшем помешать работе.
— Понятно. — Серьезно, зачем он мне об этом рассказывает?
— И проверяют
На последней фразе он стрельнул в меня грозным взглядом.
Вот черт. Теперь понятно, к чему весь этот разговор. К горлу подступила желчь, я так сильно сжал челюсть, что боль отдала в основание шеи. Я смотрел в упор на пожилого мужчину, отвечая на его пристальный взгляд, мой пульс участился, в ушах звенело.
Этого не может быть. Я знаю, что он скажет дальше. Все происходящее кажется мне сюрреалистичным. Мне кажется, я сейчас парю над своим телом, смотрю на все со стороны, в ожидании сильного удара под дых.
— Почему бы вам не перестать ходить вокруг да около и не сказать прямо? — выпалил я, чувствуя, как мое смелое высказывание придает мне силы.
Выражение лица Фрэнка стало мрачным и серьезным. — Миа знает, что Бредшоу твоя ненастоящая фамилия?
Ублюдок! Да, так и есть. Эта одна из тех ситуаций, когда ты знаешь о грядущем ударе, но он все равно сбивает тебя с толку.
— Это моя фамилия, — сказал я, избегая прямого ответа на его вопрос. Потому что ответ «нет», Миа ничего об этом не известно.
— Не с рождения, — сказал ее отец. — Ты взял ее, когда тебе было 18.
Я продолжал смотреть на него, вкладывая все силы, чтобы выглядеть в этот момент спокойным и расслабленным. У меня было ощущение, будто на моей груди лежит полутонная гиря, а в голове копошится целый рой пчел. Но черта с два я покажу свое состояние Фрэнку.
— Ты рассказывал Миа о своем отце? — я слышал отчетливое напряжение в голосе Фрэнка.
Прокручивая в голове вопрос Фрэнка, я только и мог, что смотреть на него, не моргая. Он знал ответ на свой вопрос, не так ли? Поэтому я решил не доставлять ему радости признанием того, что у меня есть страшная тайна. И нет, я не делился этим с его дочерью.
— А о твоих правонарушениях? — продолжил он. — Ты рассказывал ей об этом?
Мои кишки стянуло узлом. Какого хрена? Убрав руки в карманы, я сжал их в кулаки. Я перевел взгляд на живую изгородь, вдоль которой расхаживал Логан, до сих пор разговаривая по телефону.
— О моих старых правонарушениях? — тихо спросил я. — Нет, Миа о них тоже не известно.
Но как он о них узнал. Вероятно, они наняли детектива. Должно быть, это обошлось им в кругленькую сумму, хотя они могут себе это позволить.
Отец Миа поднял свой стакан, покружил его, глядя на янтарную жидкость. — Джей, это проблема.
Из меня вырвался короткий смешок. — Для Гвен и ее назначения?
— Нет, не совсем.
— Или друга семьи? — я усмехнулся, повторяя его вчерашние слова.
— Смотря какого друга.
Я был совершенно уверен, мое сердце замерло. К горлу подступила тошнота, когда я заговорил. — Мне кажется, мы, наконец, подошли к сути дела.
Фрэнк выпил все залпом. Набирался храбрости?
— То, откуда ты, история твоей семьи и твое прошлое. — У него действительно хватило смелости говорить мне это, глядя прямо в глаза. — Ты не подходишь Миа. И ты сам об этом знаешь.
Да пошел ты! Нет, я этого не знаю, мудак!
Мне показалось, у меня пошел дым из ушей. Да, было много причин держаться от его дочери подальше, но то, что я недостаточно хорош для нее? Я ее не достоин? Моя семейка и мои проступки, совершенные практически в детстве, бросают тень на всю мою дальнейшую жизнь?
Нет! Будь он проклят! Он не имеет права стоять здесь и осуждать меня, основываясь на фактах, которые больше не часть моей жизни.
Я всегда считал, что он принял меня в качестве друга Миа. Но он не дурак и не слепой. Вероятно, он понял, какие между нами отношения и решил предпринять попытку остановить их. Ладно, отлично. Мне не составит труда рассказать ему обо всем.
— На вашем месте, я бы не беспокоился, — я заставил себя говорить непринужденно, но понимал, что прозвучало это не совсем убедительно.
Франклин Уотерс, уважаемый врач, профессор колледжа и хороший семьянин сверлил меня взглядом.
— Что ты имеешь в виду?
— Фрэнк, ваша дочь не собирается выходить за меня замуж, — ответил я, сверкая улыбкой. — Мы только трахаемся и не более того.
Я дал ему минуту переварить сказанное. Наблюдал, как он отшатнулся, как вспыхнули его глаза, и он покраснел. Немного насладившись этим зрелищем, я взял свою бутылку пива и ушел.
***
— О чем ты говорил с моим отцом? — спросила Миа, расставляя тарелки на обеденном столе в патио. Мы были одни, помимо Фрэнка, все еще стоящего у гриля, и Логана, разгуливающего с телефоном у уха, остальные члены семьи были в доме.
— О работе. — Этот ответ машинально слетел с моих губ. На самом деле, наш разговор действительно начался с этой темы, но ей не обязательно знать, чем он закончился. Это моя проблема, а не ее. Не говоря уже о том, что я не знаю, как рассказать, не затрагивая тему моего прошлого.
Я взял бокалы, которые Миа принесла на подносе из дома. Мы медленно кружили вокруг стола, расставляя посуду, и я старался держаться к ней как можно ближе, не упуская ни единой возможности коснуться ее. Потому что всего в нескольких метрах, ее отец стоит возле гриля, попивая свой бурбон, проверяя таймер и поглядывая на нас.