Поворот
Шрифт:
Лили Уотерс сказала что-то вроде «иди ко мне», пока Миа тасовала карты, и Эби, обойдя стул, залезла на колени прабабушки. Они начали новую партию, и буквально через пару минут Лили и Миа улыбались, когда Эби победно разложила перед старшей сестрой карты со словами «Твой ход!».
Миа неожиданно подняла глаза, глядя прямо на меня. Поймав мой взгляд, ее выражение тут же изменилось с веселого на дразнящее и соблазнительное. Это произвело на меня эффект. От одной ее улыбки у меня участилось дыхание, быстрее забилось сердце, и вся кровь
Еще одна ночь. Если я еще раз оттрахаю ее на полу, как вчера, то не продержусь до утра. Пол не самое удобное место, пусть даже на нем лежит ковровое покрытие, но оно не сравнится с нормальным матрасом. Но, если честно, дело не в комфорте. Мне просто приятно быть в обществе милой, счастливой и любящей друг друга семье. Я могу к этому привыкнуть. Черт, я уже к этому привык. И после того, как мой член побывал несколько раз в Миа, я чувствую, что мое место в этой семье.
Но это дерьмо собачье!
Именно поэтому, я не хочу проводить ночь с Миа в ее мягкой, удобной постели. Я не буду заставлять себя разрываться между желанием обнять и попытками просто лежать рядом, но не прикасаться. Нас тянет друг к другу. Прошлой ночью сладковатый цветочный аромат ее шампуня щекотал мне ноздри. Я слушал ее глубокое дыхание, чувствовал каждое движение и поворот. Проснувшись утром, я мог с легкостью прижать ее к себе. А она, открыв глаза, улыбнулась мне той же улыбкой, что улыбается сейчас.
— Ты хорошо сегодня спал? — спросил меня Кэмерон.
Я повернулся к нему, моргнув несколько раз.
— Я спал на полу, — признался я, не в настроении выслушивать предположения относительно наших с Миа отношений. — Но, на удивление, хорошо.
Кэмерон вскинул бровь, он сомневался, когда поднес к губам бутылку. Затем его взгляд переключился на что-то за моей спиной, и на лице появилась недовольная гримаса.
— Кэмерон, — раздался голос Фрэнка Уотерса у меня за спиной. — Нам нужны еще стулья. Ты не мог бы принести парочку из гаража?
— Я могу вначале допить пиво? — раздраженно сказал сын отцу.
— Принеси стулья, — спокойным тоном повторил Фрэнк, ставя свой стакан и тарелку с едой рядом с грилем, — а затем помоги накрыть на стол.
Брат Миа спрыгнул со стула и побрел в сторону гаража, засунув одну руку в карман, а другой сжимал горлышко бутылки.
Пацан. Его еще сложно назвать взрослым, хотя ему двадцать один, и он вот-вот закончит колледж, похоже, не понимает цену своих споров с отцом. А, может, понимает, но ему плевать, так как просто нравится дерзить отцу. Да, скорее всего второй вариант. Это семейная черта Уотерсов.
Я опустил ноги на землю, приготовившись пойти вместе с ним, но меня остановил голос Фрэнка.
— Джей, спасибо тебе за помощь.
Я замер и повернулся к нему. — Не за что, я всегда рад помочь.
— Да, ты, кажется, единственный из троих мог таскать тяжести. — Отец Миа посмотрел на меня косым взглядом, пока разжигал гриль. — Думаю, в
Ладно, кажется, мне придется остаться и вести беседу с Фрэнком Уотерсом. Который определенно несправедлив к сыну и зятю. Конечно, Логану приходилось часто прерываться и то, потому что он отвечал на звонки с работы. Сейчас он работает над довольно сложным и важным делом.
Что до Кэмерона… я полагаю, он просто устал от постоянных поручений отца. К тому же он очень веселый и любитель поболтать. Так что я был не против выполнить кое—какую его работу.
— Думаю, да, — ответил я Фрэнку, — но вам не подкупить меня, чтобы я занял их места.
— Я тебя услышал, — отец Миа положил несколько початков кукурузы на гриль, закрыл крышку и посмотрел прямо на меня. — Я, надеюсь, ты знаешь, что я уважаю все, что ты делаешь. Если своим поведением я заставил тебя думать иначе, то это потому, что мне нравится подкалывать людей.
Да, конечно. «Относись к людям так, как хочешь, чтобы они относились к тебе». Продолжая стоять с невозмутимым лицом, я сказал.
— Не переживайте. Мне все равно, даже если вы говорили серьезно.
— Рад за тебя, — и он установил кухонный таймер. Я следил за ним, гадая, почему он не воспользовался таймером на телефоне. Очевидно, он всегда так делал, а зачем менять то, что хорошо работает, верно?
Облокотившись на столешницу, он взял свой стакан, на треть наполненный янтарной жидкостью, бурбоном, кажется. Фрэнк пил только его.
— В любом случае, это всего лишь зависть. Многие придурки не считают тебя настоящим врачом, если ты не тратишь половину своей жизни, рискуя получить срочный вызов в 3 часа ночи. Хотя многие из них втайне мечтают быть на твоем месте.
— У дежурств есть свои преимущества, — с вежливой улыбкой ответил я. В свои почти 60, Фрэнку тяжело понять посменный график, учитывая, что большую часть своей практики он проработал с 9 до 17 в центре амбулаторной хирургии.
Фрэнк кивнул, отпивая из своего стакана. — А на что ты рассчитываешь после окончания ординатуры? На 15—16 смен в неделю? На этом карьеру не сделаешь.
— Ага, — ответил я, стараясь не показать своего недовольства. Вероятно, Фрэнк не в курсе, что я не планирую оставаться терапевтом в отделении скорой помощи, поэтому я не посчитал нужным его поправлять.
— Есть еще одно дело, которое я хотел с тобой обсудить, — он поднял таймер и проверил время. Потом он скрестил руки на груди, и начал потирать подбородок, при этом выглядя немного задумчивым, словно старался подобрать правильные слова. Что для него совершенно не свойственно.
Напряжение нарастало, я мысленно был готов к любому развитию событий. Что-то мне подсказывало, что мне не понравится наш разговор. Неужели он решил сейчас обсудить вопрос ночевки? Потому что это на 100% не моя вина…