Посредники
Шрифт:
Она вздохнула и впервые за это время посмотрела на Никса.
— Позвольте мне объяснить напрямую. Ты видел кольца или что-то подобное вокруг Нив Клоуз, девушки моего брата, а это означает, что она скоро…
Конец фразы повис в воздухе. Мотылек смотрел на землю, не произнося ни слова. Никс знал, что ему придется заполнить паузу, и ответил бесцветным голосом:
— …Умрет. Стоит мне увидеть кольцо, и люди погибают.
— О! — Моргана прикусила губу, но глаз не отвела.
Никс отметил, как странно наконец заговорить об этом. Почти восемнадцать
— И что ты собираешься делать? — всего лишь с любопытством спросила Моргана.
— Что я собираюсь делать? Во-первых, сегодня я пришел, чтобы расспросить вот этого засранца… — Никс ткнул пальцем в сторону Мотылька, который стоял, сунув руки в карманы куртки и по-прежнему глядя себе под ноги. — Что, черт побери, мне придется делать? Как я должен помогать? Если ты еще не поняла, то получается, если мы отбросим готический антураж, наш так называемый проводник сам понятия не имеет, что делать дальше и как, черт возьми, мы должны перейти к этому новому состоянию жизни в качестве подменышей. Народа фейри, Моргана. На случай, если от слова «эльфы» тебя тошнит. Гребаных летучих эльфов…
— Я не говорил, что мы можем летать… — начал Мотылек, но Никс будто не услышал его слов.
— Итак. — Он снова ткнул пальцем в сторону Мотылька. Тот стоял в позе молчаливого вызова, откинувшись назад, и, прищурившись, смотрел на юношу. — Есть девушка, которую мы все знаем, якобы лучшая подруга присутствующей здесь Морганы, и она попала в серьезную переделку. Об Ундине я даже не говорю. Если ты не можешь помочь, Мотылек, тогда нам стоит поговорить с этой леди — Вив, или как ее там.
— Потомок не может видеть того, что произойдет. — Мотылек покачал головой. — Они не всемогущи. Они такие же подменыши, как и мы, просто более опытные. Только эльфы могут видеть и слышать все…
— Тогда откуда ты знаешь… — возразил Никс.
— Так или иначе, Нив не может быть моей подругой, — бесстрастно перебила его Моргана, — потому что она человек. А ты, — она взглянула на Никса и усмехнулась, — ты придурок.
Она смотрела на него откровенно презрительным взглядом, но за этим презрением он угадывал смятение, даже страх. Он мог понять, почему она так охотно приняла новую правду о себе — ведь ее прежняя, человеческая жизнь могла предложить ей совсем немного. Да и знала она побольше, чем он. Но тем не менее — как можно верить в бесплотные существа из другого измерения, с которыми ты не можешь общаться?
Никс внимательно посмотрел на Мотылька и отчеканил:
— Я тебе не верю. Ни единому твоему слову.
— Да ты и не обязан. — Мотылек не особенно удивился.
Вдруг он схватил Моргану за плечи и рывком поднял со скамейки — девушка доставала ему лишь до подбородка. Выхватив из кармана куртки нож, он приставил его к горлу Морганы, возле воротника парки.
Никс увидел, как кончик лезвия воткнулся в ее бледную кожу и из ранки полилась темная кровь.
— Да как ты…
— Ты больной, — прошептал Никс.
Мотылек молча смотрел на него.
— А это не сойдет за доказательство? Секунду назад Моргана не собиралась умирать. Но теперь она умрет, даже если этим я приговорю нас обоих. И ты это знаешь, ты видишь ореол. Клянусь, я это сделаю. Ты нам нужен, Никс. Ты — индуктор, гарантия того, что у нас все получится, иначе мы застрянем здесь и навсегда останемся лишь личинками с мозгами, приговоренными к могиле.
— Никс, прошу тебя…
В глазах Морганы стояли слезы, но огонь вокруг нее постепенно ослабевал. Никс больше не мог спорить.
— Эльфы способны влиять на божественную природу, и каждый из нас знает это. Моргана знала с самого детства, и ты знаешь, Никс. Твое тело было обитаемо, наделено даром. Это твоя ноша и твоя ответственность. Этот мир еще не все…
— Нет! — выкрикнул Никс. — Я не могу…
Он развернулся на каблуках, чтобы броситься бежать, и в этот миг луч света ударил ему в лицо, на мгновение ослепив. Он вскинул руку, чтобы прикрыть глаза, и услышал знакомый хрипловатый голос, который доносился до него сквозь поднимающийся ветер и дождь.
— Никс! Это ты?
Никс опустил руку. За спиной раздался крик Морганы, который внезапно умолк.
— Джейкоб?
— Никс… Никс!
Кто-то приближался к нему — это оказался Джейкоб Клоуз, одетый в пелерину-дождевик. В руке он держал фонарик, луч метался вокруг, выхватывая из темноты лица.
— Моргана д'Амичи?
— Мистер Клоуз…
— Ты говорила со своим братом? Он вернулся из лагеря?
На мгновение Никс смутился. Почему Джейкоб оказался в парке? Почему взял с собой фонарик?
— Да, мистер Клоуз… — ответила Моргана, пока он не успел сообразить, что вообще происходит. Она говорила спокойно и вежливо, словно встреча в парке на закате под дождем была самым обычным делом, словно Мотылек только что не держал нож у ее горла, и выдавала ее только легкая дрожь в голосе. — Он дома. Он сейчас там. Я просто… мы просто встретились тут… мы собирались… в кино. Мы все идем в кино.
Джейкобу, похоже, до их планов не было ни малейшего дела.
— Ты не знаешь, он виделся с Нив? — рявкнул он.
— Кажется, нет. Погодите… да, я вспомнила, он говорил, что звонил ей на сотовый, но тот был выключен.
— О господи боже. — Голос Джейкоба надломился. — Господи боже, Никс. Ты не встречал ее? Она не звонила тебе?
— Я не видел ее с… с сегодняшнего утра, когда она была с вами. Я думал, теперь все в порядке.
— Нив пропала. Она куда-то делась. Она сказала, что собирается в «Крак» встретиться с К. А. Я звонил, ее там нет, и я не могу… не могу ее выловить. Ее сотовый… о господи!..