Последний враг
Шрифт:
И страх объял Атиса, ибо понял он, кому бросил вызов бесстрашный Элг. И воскликнул хитроумный:
— Уж не Унру ли, Смерть саму, собираешься ты победить… Воистину помутился твой разум. Нет против нее оружия… И меч, и стрелы бессильны против нее!
И промолвил тогда Элг:
— Слышал ли ты, о Атис, о Вратах Миров, дарующих бессмертие?
— О, да, господин мой, — ответил хитроумный, — но недоступны они человеку, ибо сама Древняя Смерть стережет их.
— Но ведь были герои, ходившие
— Сами Боги привели меня к тебе, о Элг… Тебе служу я и тебя оберегаю… Разве оставлю я тебя?!! — воскликнул Атис.
И отправились тогда они в землю Лисса, лежащую на пути к стране Древней Смерти, недоступному человеку Гибельному Краю.
И жил в земле Лисса человек, по имени Ритон. Был Ритон стар, но выглядел молодым, ибо знал секреты долгой молодости, и был он мудр и печален, ибо, как говорят древние, — во многой мудрости много печали. Ведал Ритон многое, и многие искали у него совета.
И прежде чем переступить границу Края Смерти, пришел Элг к мудрейшему и сказал:
— О мудрейший! Победил я многих героев, потому и прозван непобедимым. Даже магрут, прозванный Хуругом, пал от моего меча. Лишь одного противника не одолел — Смерть свою. Бросил я вызов ей и должен с ней сразиться. Идем мы в Гибельный Край, к Вратам Миров, дабы получить оружие против врага моего.
— Грустно мне слышать слова твои, о бесстрашный, — ответил Ритон. — Труден путь к Вратам Миров. И не они даруют бессмертие, а врата, что сокрыты в сердце их. И горе путникам, идущим к этим вратам, ибо невидимым мечом поражает Хранитель каждого, будь то человек или тварь бессловесная.
— О, горе! — воскликнул Элг.
И столь велика была его печаль, что поблекло небо, и деревья опустили свои листья, и цветы смежили свои лепестки…
Но продолжил Ритон:
— О бесстрашный! Есть нечто, способное противостоять невидимому мечу. Тормантион, Творение Предтеч. Владел одеянием сим Великий Артус, но не ведомо мне, где оно теперь. Шесть сотен иров миновало со времен его славы. Лишь песня осталась.
И запел Ритон:
Шлем, панцирь и щит, Что не затрещит Под ударами целой горы, Доспехи те Бог Пробить бы не смог, А не то что врагов топоры, Сверкающий меч, Что голову с плеч Мог снести и скалу рассечь, И руны на нем Пылали огнем, На клинке чародейскомИ воскликнул Элг:
— Я разыщу гробницу Артуса! Даже через тысячу лет…
И промолвил Ритон:
— Забыл ты, бесстрашный, о той, что вызвана тобой. Но я помогу тебе, ибо сплелись наши судьбы, и лишь вместе найдем мы легендарный Тормантион».
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Гилл проснулся. В глинобитном домике, куда они вернулись, убедившись в неприступности стены, выросшей на пути в монастырь, было совершенно темно. Но со стороны двери из щелей выбивался желтый мерцающий свет.
— Кто там? — настороженно спросил Гилл.
— Я, уважаемый мастер. Это я — Норс.
Гилл узнал голос одного из обитателей поселка. Дверь распахнулась, и на пороге появился селянин. В этом маленьком селении даже в богатых домах двери не имели запоров. В левой руке Норс сжимал масляную лампу, и падающий снизу свет превращал приветливое лицо земледельца в чудовищную маску.
Гилл окончательно прогнал как сон, так и раздражение, вызванное его потерей, и, натянув улыбку, которая, вероятнее всего, потерялась в густой бороде, спросил:
— Что-то случилось?..
— Извини, великодушно извини, уважаемый, но в Красную Обитель…
Только после этих слов Гилл разглядел несколько темных фигур за спиной Норса.
— …Идут паломники, — продолжил селянин, — они здесь впервые и постучали в мой дом. Я им рассказал о твоей беде.
— Что?.. Какие паломники?..
— Доброго здоровья, уважаемый. — Фигура, поначалу казавшаяся тенью Норса, отодвинула селянина в сторону и вышла вперед. Это был высокий стройный человек с прямым носом, узким правильным лицом и внимательными темными глазами. Грубо слепленный, но достаточно смазливый Норс по сравнению с незнакомцем казался уродом.
«Аргенет…» — подумал Гилл. Тонкие черты лица, спокойный голос, особая осанка — все подтверждало догадку мастера.
— Доброго… — Гилл встал.
— Извини, уважаемый, что в столь поздний час мы потревожили тебя и твоего спутника. — Незнакомец бросил мгновенный, но пристальный взгляд на проснувшегося от приступа кашля Ури. — Но эта хижина — единственное место в деревне, где можно остановиться паломникам. Наслышаны мы о ваших бедах и готовы помочь.
— Спасибо, — проговорил Гилл, — сколько же вас?
— Шестеро, — ответил незнакомец. — Мое имя Инар.
— Гилл. Мастер Огненных Зрелищ…
— Я видел твое искусство… Три дня тому назад. «Огневорот Харута», «Древо Уиты».
Гилл снова кивнул.
— Ты позволишь войти и расположиться остальным моим спутникам?
— О да… Я здесь не хозяин, — мастер смутился, — сам гость.
— Но ты пришел первым.
— Разве это важно…
Следовавший за Инаром паломник заставил Гилла вздрогнуть. Голова его была украшена раскидистыми рогами. Это было настолько неожиданно, что мастер даже не ответил на приветствие. Когда же незнакомец подошел ближе, рога с деревянным стуком упали на каменный пол, оказавшись обыкновенной связкой дров.