Порядочный хаосит
Шрифт:
Из коридоров послышался шум, цокот и плямкание. Очевидно, монстры бежали на запах хаотички. Так! Мне срочно был нужен ладный коридор, ведущий наверх.
Я быстро пробежал мимо нескольких коридоров, уходивших вверх, заглядывая в них. Из одного будто бы тянуло тем же самым сухим запахом, который был в коридоре в самом начале нашего путешествия.
Подхватив Золто на закорки, я поспешил к нему, и вовремя, потому что началось какое-то безумие. Из соседних коридоров вываливались кучи камней, выскакивали коряги, шурша, выползали какие-то копны травы. Обгоняя других, перепрыгивая
— Ногач! — радости моей не было предела.
Наконец-то кто-то живой (ну, относительно Золто), знакомый и не страшный! Удача все-таки мне улыбнулась.
— Ногач, дружок, привет! Как же я рад тебя видеть, ты бы знал!
Заслышав мой голос, манекен подскочил ко мне и ухватил меня за локоть. Я чуть не уронил полумёртвого Золто от неожиданности.
— Ногач, нам нужно убираться отсюда!
— Скрррры, — молящее простонала деревянная кукла, показывая рукой на сияющие печати, вокруг которых толпились ожившие детские кошмары.
— Много кушать вредно для здоровья; пошли наверх!
— Скрры, — Ногач крепко держал меня, подтаскивая к столь желанному ему источнику хаотической эссенции.
— Ногач! Солнышко, весёлые игры, хорошая новая одежда! — принялся уговаривать его я. — Что тебе здесь делать, в этих подземельях? Тут совсем скучная компания, а я тебе новой хаотички соберу. Наверху. Хочешь, я даже сделаю тебе одежду с печатями, и ты никогда не будешь больше уставать?
— Цак, цак, — Ногач затопал ногами, отпустив мой локоть, и начал хлопать в ладоши.
— Вот и молодец, вот и славно, а теперь — побежали вверх!
Однако Ногач наотрез отказывался идти в выбранный мной коридор. Снова схватив меня за локоть, он потащил меня вперёд по галерее.
Мы лавировали между живых коряг, скелетов каких-то животных и странных фигур из болотной жижи. Расшвыривая остальных, вперёд ломился безголовый каменный болван с тремя руками, ему под ноги метнулась деревянная лоза. Ногач грозно прострекотал, и великан отшатнулся в сторону.
Наконец, мы свернули в один из коридоров; он круто загибался в сторону и шёл практически горизонтально. Я отшвырнул ногой какие-то живые тряпки и покрепче перехватил Золто. Не время для усталости.
— Нам сюда? Здесь выход?
— Ктц, цак-цак, — утвердительно прощёлкал мой проводник и затопал вперёд, оглядываясь на меня. Свет уже лился отовсюду; казалось, светится сам воздух.
Я последовал за ним. Шагов через сто началась лестница, ведущая вверх, и моя спина запротестовала.
— Ногач, пожалуйста, можешь понести Золто? Он тебя потом покатает, когда очнётся.
— Кц-цц, — протянул манекен.
Я снял ведьмачьего сына с плеч, и Ногач подхватил его на руки, как жених — невесту. Золто на такое обращение никак не отреагировал, впрочем.
Мы устремились наверх, преодолевая пролёт за пролётом. Привет и спасибо вам, лестницы Алых башен. Свет постепенно меркнул. Ногач свернул во внезапно открывшийся проход в стене. Здесь было темно. Мало того, коридор выглядел иначе: его
— Цццц, — Ногач зашелестел, и я последовал на звук во тьме.
Несколько минут мы шагали, ничего не видя вокруг себя. Во всяком случае, не видел я; Ногач непрерывно стрекотал на манер цикады, и я шёл за ним, надеясь, что он видит дорогу. Под ногами что-то плескалось.
Впереди забрезжил свет, и через сотню шагов я увидел, что мы находимся в чём-то вроде естественного грота. Под ногами журчал ручеёк. Из голубоватой, глинистой земли, испещренной норами стрижей, торчали корни деревьев. Ручеёк вытекал из грота и впадал в коричневую лесную речушку, протекавшую перед нами в нескольких десятках шагов, по обоим её берегам росли уже привычные мне ели.
Ногач опустил Золто на землю. Я встал на колени у ручейка и начал жадно пить воду, черпая её горстями. Я пил и пил, сперва утоляя жажду, а затем стараясь напиться впрок. Ногач терпеливо смотрел, как я плещусь в водичке, а затем неожиданно встрепенулся и поднял голову, озираясь.
Позади, из прохода — или даже снизу, из-под земли, раздался низкий гул. Скорее это был даже рёв или ворчащий, скрежещущий звук. Он пробирал до костей, так, что даже мои зубы заныли от этого звука. Он длился и длился, и я начал будто бы даже различать в нём отдельные слова. Словно что-то огромное говорило под землёй, и от силы, вложенной в эти фразы, все волосы на моём теле поднялись дыбом. Меня пробила дрожь, Ногач повалился на землю, завернувшись в свой кожаный плащ, и жалобно скрипел, и лишь преспокойно лежащему в своём нигредо Золто было всё нипочём.
Это продолжалось, наверное, около минуты, а затем, на последнем, особенно могущественном слове, всё стихло.
Я приподнял голову и посмотрел в сторону расщелины, из которой мы пришли. И изумился.
Вместо узкой щели в глинистой земле передо мной был коридор из чёрного камня, резко обрывавшийся в нескольких шагах от меня. Ручеёк иссяк.
Глава 17. Под солнцем
Ногач подхватил Золто, и мы бросились к реке. Промочив ноги до колена, я пробежал по отмели на другую сторону, Ногач обогнал меня, ломая ветви где-то впереди. Через сотню алдов, ругаясь и спотыкаясь о корни, я его догнал; тот остановился на небольшой лесной полянке, освещенной восходящим солнцем. Золто лежал на траве, а Ногач трясся всем телом. Увидев меня, он подбежал и спрятал голову у меня на груди. Я похлопал его по деревянному боку.
— Ничего, приятель, — постарался я его приободрить. — Ничего. Уже все закончилось. Что бы там не происходило, хорошо, что мы оттуда убрались вовремя. Давай немного передохнём, а?
Ногач не имел ничего против. Он все никак не мог отпустить меня, предполагая, вероятно, что я смогу защитить его, повторись этот жуткий шум снова. Похоже, произошедшее с Норами его сильно впечатлило. Меня, пожалуй, тоже. Хотя… честно сказать, меня много что впечатлило за последние дни, да так сильно, что будто бы даже уже сама моя способность впечатляться поизносилась от долгого использования.