Полюбить ковбоя

Райкер Ли

– Это чертовски трудно, – заметил Кен, на что Денни только пожал плечами. – Однако она, несомненно, неравнодушна к Кемосабе. Когда прошлой осенью я уезжал с ранчо, она один раз ездила на нем. – И он тогда охладил ее восторженный пыл несколькими словами, получив удовольствие при виде того, как погасла ее улыбка, словно ее присыпали золой.

– Она строила тебе глазки? – спросил Денни.

– Что ты хочешь этим сказать? – Кен перестал ходить по комнате и сжал кулаки.

– Она многие годы влюблена в тебя, и не говори мне, что ты никогда этого не замечал. Всякий раз, когда ты приходишь

в библиотеку… – Он не закончил фразу. – Но видишь ли, я думаю, Дейзи никогда не признавалась в этом самой себе, а если бы призналась, то убежала бы без оглядки.

– Нечего издеваться надо мной.

Ответом Денни был простодушный взгляд, так хорошо знакомый Кену.

– Что интересного она могла найти во мне? – недоверчиво спросил он. – В человеке, который годами не приближался ни к лошади, ни к родео, если не считать Вегаса? В человеке, который, как ей прекрасно известно, не одобряет ее скачки с препятствиями… ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем? Я также не в ее вкусе, как и она не в моем.

– Хочешь знать, что я думаю? – Денни сделал шутливый выпад в сторону брата, один из тех, которыми они часто обменивались в детстве. – Я думаю, ты втюрился в нее. Давай признавайся. – Он снова ударил кулаком воздух.

– Ты настолько без ума от Эрин…

– А ты все еще тоже без ума от нее? – При следующем выпаде кулак Денни слегка коснулся челюсти брата.

– Нет. – Кен занял стойку, подпрыгивая на носках. – Я нет. – Произнося эти слова, он понял, что говорит правду. С переездом в Диллон он перестал занимать второе место в ее жизни; в уединении у него было время подумать и залечить раны, которые, несомненно, он наносил себе сам. Интерес Дейзи, ее предполагаемый интерес к нему на короткое время порадовал его. – Так что же о Четворт?

– Разбирайся сам.

Кену показалось, будто годы вернулись назад, когда они с Денни были подростками и поддразнивали друг друга в отношении девочек и всего прочего.

– Я думаю, она сходит с ума по тебе.

– По мне? – совершенно искренне удивился Денни. – Мы с Дейзи всегда были друзьями, и ничего больше; или, точнее сказать, были как брат с сестрой.

Кен мог бы подумать, что брат обманывает, но, с другой стороны, Денни частенько не замечал того интереса, который проявляли к нему другие женщины. Денни легко сходился с женщинами, так было всегда, но никогда не воспринимал всерьез легкий флирт, для него существовала только Эрин. Кен зашел справа и, пробив его защиту, нанес удар в живот, заставив Денни охнуть.

– В чем дело? Ты уже не такой ловкий, как прежде? – усмехнулся Кен и тут же нанес удар слева.

– Я побью тебя в любой день.

И вскоре они уже исполняли боксерский танец, прыгая по комнате, смеясь и нанося град шутливых ударов.

– Попробуй, малыш Денни.

Через несколько минут они обессилели от смеха, разносившегося эхом по комнате, и остановились, обхватив друг друга за шеи, упершись лбами и тяжело дыша. Они снова стали братьями.

– Могу попробовать.

Глава 21

Оставив брата заканчивать облицовку комнаты, Кен прямо со строительной площадки отправился в публичную библиотеку Суитуотера. На минуту

он представил себе то, что Денни говорил о Дейзи, и в следующее мгновение обругал себя за то, что поверил в такую нелепость. Нужно было самому соображать, а не слушать младшего брата. Ведь это Денни обладал неотразимым обаянием, это он вырос стройнее, выше и красивее Кена, это он вел бурную, захватывающую, если не сказать опасную, жизнь, это из-за него Кен чувствовал себя горсткой размятой и размазанной картошки без масла.

Припарковав свой микроавтобус, Кен решительно вошел в старинное кирпичное здание на Дентон-стрит. Ровно за двадцать секунд он мог доказать, что Денни заблуждался в отношении этой длинноногой библиотекарши, и остаться при своем мнении.

Поначалу ему показалось, что в библиотеке никого нет, но затем он заметил темно-русые волосы, и, заглянув за высокую стойку красного дерева, заваленную книгами и коробками, обнаружил Дейзи, стоявшую на коленях и рывшуюся в нижнем ящике своего стола.

– Зачем ты ездила к моему дому? – резко спросил он, и Дейзи, вздрогнув от неожиданности, села на пятки.

– Из любопытства, – ответила она спустя минуту. – Мне нужно было самой увидеть, какой монумент мог воздвигнуть человек собственным безумным надеждам.

В глазах Дейзи Кен не увидел ни блеска, ни симпатии к себе. Значит, Денни во всем ошибался, но, в конце концов, он не отличался особой интуицией.

– Что ты делаешь? – спросил Кен, когда Дейзи бросила в коробку пачку газет.

– Ухожу. Совсем. Как только все закончу, я свободна.

– Неужели библиотечный совет наконец-то принял разумное решение и уволил тебя?

– Кен, – покачала она головой, – не отыгрывайся на мне за свои неприятности. Не знаю, какой еще ответ, кроме «нет», могла дать тебе Эрин.

– Женщины не всегда говорят мне «нет». – Он переминался с ноги на ногу, как беспокойная лошадь.

– Прошу тебя, – она снизу вверх взглянула на Кена, – оставь Денни это мужское бахвальство. Он может с успехом рисоваться, пока не появится женщина, которая захочет его чмокнуть.

– Я пришел не для того, чтобы говорить о Денни.

– Вот как. – Поднявшись с пола, Дейзи поставила коробку на стойку, взяла стопку книг и, стуча синими лодочками по кафельному полу, пошла через зал к полкам. – Теперь я знаю, что приняла правильное решение. Я буду больше чувствовать себя дома среди таких же, как сама, среди ребят с родео, которыми ты так восхищаешься. Не восхищаешься.

– Куда ты собираешься? – Он смотрел на ее нежно-розовый свитер с засученными рукавами, на ее опрятные выцветшие джинсы, и неожиданно она показалась ему удивительно милой.

– Возвращаюсь назад, туда, где мое место. На арену. – Она поставила книгу на место, медленно прошла вдоль полок, покачивая длинными волосами, и втиснула следующий тяжелый том между двумя другими. – И знаешь почему? – Дейзи повернулась к нему, сверкая голубыми глазами. – На прошлой неделе я видела, что ты ехал мимо так же, как в тот вечер, когда предложил подвезти меня домой, только на сей раз ты сделал вид, что не заметил меня; я сказала себе: «Четворт, ты понапрасну тратишь свою жизнь», – и решила снова заняться скачками с препятствиями.