Полнолуние
Шрифт:
— Я вижу океан! Это ведь океан, правда?! — воскликнула она, как только увидела вдалеке, между стволами кокосовых пальм, гладкое синее полотно.
— А ты думала, что я обманывал тебя? А жить мы будем вон в том особняке.
Лесли пошарила глазами по кокосовой роще и увидела стоящий в окружении высоких пальм красивый двухэтажный дом с портиком. Она несколько секунд простояла с раскрытым ртом, и в этот момент была почти готова признаться себе, что Жан-Поль и никто другой является тем мужчиной, за которым она подалась в Индию. Она почти поверила в то, что нашла
После коротких переговоров о цене, хозяйка повела их по боковой лестнице на обширную крытую террасу второго этажа и открыла комнаты.
Комнаты были просторными, но их интерьер оставлял желать лучшего: кроме кроватей там ничего не было. Зато вид из окон компенсировал все недостатки интерьера.
— Устраивайся, переодевайся и, когда будешь готова, стукни в мою дверь. И, пожалуйста, не заставляй себя долго ждать. Я специально не обедал сегодня, чтобы получить наслаждение от ужина, — с улыбкой сказал Жан-Поль и скрылся за дверью.
Лесли постояла у окна в своей комнате, вдыхая чистый морской воздух, заворожено обводя взглядом пальмы, полоску пляжа за пальмовой рощей и позолоченную от лучей закатного солнца гладь океана вдали.
Гавайи? Нет, пусть на Гавайях толпятся те, у кого много денег и кто думает, что за деньги можно купить все. Свободу, счастье и любовь за деньги не купишь. Свободу нужно отвоевать, счастье заслужить, а любовь найти. И спасибо цыганке за то, что напомнила Лесли об этом. Свободу Лесли отвоевала, когда сбежала из-под венца. Счастье она, видимо, тоже уже заслужила, судя по тому, что оказалась в раю. А любовь? Наверняка любовь где-то рядом, ждет, чтобы наполнить ее жизнь смыслом.
Лесли бросила чемодан на кровать и вытряхнула из него все содержимое. Черт, у нее ведь нет никакой пляжной одежды! Ни шортов, ни купальника… Придется импровизировать. Она еще немного порылась в груде вещей и нашла пестрый лоскуток, который вчера купила на Пахаргандже. Что ж, как пляжная юбка он вполне сойдет, а тоненькая голубая футболка будет к нему неплохим дополнением.
За каменной перегородкой в углу комнаты находилось нечто вроде умывальной, и Лесли умылась. Туалета в комнате не было. В туалет, как она поняла из слов хозяйки, придется бегать вниз. Но это не беда. Основная беда ее жизни уже, слава богу, миновала. И такие мелкие неудобства, как отдаленность туалета, можно легко пережить — рай за окном и в душе компенсирует их.
Наконец, в импровизированной юбке, новой футболке и с новым, легким рюкзачком за плечами, Лесли постучала в дверь соседа, у которого с каждой минутой возрастали шансы оказаться единственным и незаменимым мужчиной в ее жизни.
— Я готов!
Дверь распахнулась, и Жан-Поль появился на пороге.
Лесли на миг оцепенела. Он был обнажен по пояс, в клетчатых шортах и с тряпичной сумкой через плечо.
К достоинствам Жан-Поля прибавилось еще одно: безупречное телосложение. Мощные, покатые плечи еще в момент их первой встречи заставили ее понять, что перед ней атлет. Но она и не догадывалась, что ей предстоит
Он поймал ее завороженный взгляд.
— Хочешь спросить, сколько усилий мне пришлось приложить, чтобы заставить женщину любоваться моим телом? — с шутливым самодовольством спросил он.
Лесли сглотнула слюну.
— Нет. Хочу попросить у тебя совета, как мне уберечься от этого. А еще… сделать тебе комплимент: ты просто Аполлон.
— О-ля-ля, мадемуазель, — пропел он и оценивающе оглядел ее скромный наряд. — Надеюсь, и мне осталось совсем немного подождать, чтобы увидеть перед собой Венеру.
Лесли щелкнула языком.
— Боюсь, что подождать тебе придется чуть больше, чем немного. Пока я не куплю себе купальник.
— Ах да, мадемуазель, помнится, собиралась в горы, а не к океану… Но могу тебя обрадовать: на этом пляже можно ходить голышом.
— Уверена, что этим ты пытаешься обрадовать себя.
Обменявшись игривыми взглядами, они спустились по лестнице, по очереди ознакомились с туалетом, пристроенным к боку дома, и Жан-Поль повел ее через рощу к пляжу.
Пока они шли через рощу, золотой диск солнца быстро приближался к полосе горизонта, окрашивая мирную гладь океана во всевозможные оттенки.
— Надеюсь, ты не тащишь меня сейчас купаться? — спросила Лесли, подозрительно глянув на него, и легонько толкнула его плечом.
Он поймал ее руку.
— Я что, по-твоему, не в своем уме? Я успел догадаться, что рыбного кари дождусь быстрее, чем того момента, когда ты сбросишь с себя одежду.
На пляже Лесли увидела таких же, как они с Жан-Полем, бледнокожих иностранных туристов — несколько сидящих лицом к океану фигур, рассеянных по широкой полосе песка. Кроме туристов, которых можно было пересчитать по пальцам, и перевернутых вверх дном рыболовных баркасов, на пляже красовалось несколько ресторанов ~ каждый из них был огорожен невысокой плетеной изгородью и защищен от солнца плотным навесом из пальмовых веток.
— Здесь любоваться закатом — один из обязательных, ежевечерних туристических ритуалов, — сказал Жан-Поль. — Смотри, сидят как заколдованные и вдохновенно пялятся на солнце.
— Я бы сама не отказалась присоединиться к ним, — ответила ему Лесли.
— Что ж, вперед. А я предпочитаю совмещать прелесть заката с кокосовым фенни.
И он решительно зашагал к ближайшему ресторану, напоминавшему цирковой шатер.
Лесли, неуклюже утопая в песке, бросилась за ним.
— Вуаля, мадемуазель. — Он повернул к ней сияющее лицо. — Спасибо, что решила поддержать компанию, а то я огорчился, представив, что мне придется пить кокосовое фенни в одиночестве.
За столиками, ножки которых тоже утопали в песке, в разных углах ресторана сидели туристы, которые также предпочитали совмещать сразу несколько удовольствий: любование экзотическим закатом, наслаждение экзотическим ужином, напитками, разговорами и курением чего-то, по-видимому, нелегального.