Полнолуние

Эллиот Лора

Что ж, Малкольм угробил кучу денег на свадебные приготовления, и она, Лесли, искренне сожалеет об этом. Но зато теперь у него есть шанс сэкономить на разводе.

Но хватит об этом. Все это уже позади. Хотя мать с сестренкой, наверное, до сих пор в панике.

«Не ищите меня, мои дорогие, потому что найти меня будет нелегко. Я просто хочу, чтобы вы поняли, что у меня есть шанс встретить мужчину, которого я смогу полюбить, и я не намерена отказываться от него. Целую вас крепко. Ваша Лесли».

Слова

записки, которую она оставила в своей спальне на опрятно убранной кровати, четко отпечатались в памяти. Пожалуй, ничего больше к ним добавить было нельзя. Нужно надеяться, что они поймут. А вот отец наверняка только порадуется за нее. Он — единственный, кто не одобрял этого брака. Пусть он делал это слишком робко, намеками, но Лесли уверена, что он будет на ее стороне. Малкольм, хоть и солидный и очень богатый человек, но его интерес к Лесли ограничивался только желанием присвоить ее. И отец знал об этом. Нет, сожалеть о том, что она совершила, Лесли никогда не будет. Даже если цыганка одурачила ее.

Но нет, цыганка не могла ее одурачить. Зачем ей это? Цыганка знала о предстоящей свадьбе еще до того, как Лесли успела открыть рот.

— Выйти замуж за мужчину, которого не любишь, — самая непростительная ошибка в жизни женщины, — сказала она ей вместо привета, как только уселась рядом на скамейку парка.

Лесли вытаращилась на нее, и тогда цыганка протянула ей руку.

— Джина. Так меня зовут.

Эта полнотелая женщина без возраста, с роскошной копной вьющихся волос, увешанная дешевыми побрякушками, почему-то сразу расположила Лесли к себе. Это было за неделю до свадьбы, когда Лесли, отработав последнюю смену в кафе и простившись с подругами-официантками, решила в одиночестве прогуляться по парку. Впервые в жизни ей не хотелось после работы бежать домой. Одиночество в одиночку казалось естественнее, чем одиночество среди своих близких, потому что дома, как ей с некоторых пор казалось, никого не интересовало, что творится у нее в душе. Мать с сестрой только без умолку болтали о свадьбе, нарядах, гостях и подарках… А тут появилась эта цыганка, которая заглянула в ее душу и, более того, как выяснилось позже, знала ее будущее.

— А вы откуда знаете, что я собираюсь замуж за нелюбимого? — спросила удивленная Лесли.

— Не важно, откуда я это знаю. Важно, чтобы ты не сделала этого.

Лесли в один миг словно очнулась от долгого бредового сна.

— В жизни, кроме тех удовольствий, которые можно приобрести за деньги, есть еще любовь, — спокойно и серьезно продолжала цыганка. — И не думай, что у тебя все потеряно. Не упускай своего шанса по-настоящему полюбить мужчину.

Каждое слово цыганки изливалось на сердце Лесли целительным бальзамом. Цыганка говорила ей слова, которые еще до недавнего времени звучали в ее собственном сердце и которые она так упорно училась не слышать. Кроме того, заглушить эти слова ей успешно помогали мать и сестра.

— Вряд ли ты сможешь еще раз встретить такого мужчину, как Малкольм, — говорила ей мать.

— Да, Лесли, не будь дурой, — поддакивала матери сестренка Люси. — Ты ведь даже не представляешь,

какую жизнь может устроить тебе этот мужчина.

Но Лесли не хотела даже представлять этого.

— Значит, вы говорите, Джина, что у меня еще не все потеряно?

Цыганка бросила на нее возмущенный взгляд.

— А как ты думаешь, был бы тогда какой-то смысл затевать с тобой этот разговор?

В глазах Лесли заискрилась жизнь, и она засыпала цыганку вопросами.

— Значит, чтобы встретить его, я должна поехать в Индию? Почему в Индию, Джина? И где именно в Индии я встречу его?

— Я не могу ответить на все твои вопросы, Лесли, — устало ответила цыганка. — Я сказала тебе все, что могла сказать. Выбор за тобой. Решайся. Ты должна уехать до свадьбы.

— А как я узнаю его? — продолжала заинтригованная Лесли.

Вздохнув и подкатив глаза, цыганка дала Лесли понять, что ее утомили глупые вопросы.

— А как женщина узнает, что влюблена?

Лесли смущенно улыбнулась.

— Не знаю…

— Вот полюбишь и узнаешь. — С этими словами Джина поднялась со скамейки и, не прощаясь, ушла.

Лесли провожала ее очарованным взглядом до тех пор, пока та не свернула с аллеи и не скрылась из виду. Словно цыганка и в самом деле была бесплотным видением, ее личным ангелом-спасителем, материализовавшимся только с одной целью — предотвратить беду и вдохновить ее на поиски любви.

Она вернулась в тот вечер домой совершенно другим человеком.

Скрыть свои замыслы от матери и сестры оказалось несложно: они были с головой погружены в предсвадебные хлопоты, что позволило Лесли без особых опасений погрузиться в собственные: заказать авиабилет до Дели и получить визу.

Лесли откинулась на спинку кресла и усмехнулась, вспомнив о волнениях перед побегом, о самом побеге посреди ночи, когда в доме все мирно спали, о долгом полете, о прибытии в Дели и, наконец, о столкновении с мужчиной в фойе гостиницы.

Если это он, то судьба необыкновенно милостива. Подарить им встречу в первый же час после прибытия Лесли в Дели!

Было около двух часов дня, когда Лесли вынырнула из тумана мыслей.

Пора позаботиться об обеде. И еще о том, в каком наряде она появится в этот жаркий полдень на улицах Пахарганджа.

Душ помог ей преодолеть усталость. Но попытка освежить комнату при помощи странного устройства под названием «кулер» оказалась безуспешной — электричества все еще не было. Что ж, похоже, освежиться можно будет только с помощью какого-нибудь прохладительного напитка в ближайшем ресторане.

Лесли порылась в чемодане, пытаясь подыскать подходящую одежду. В агентстве, где она заказывала билет, разговорившись со служащей, которая бывала в Индии, Лесли узнала, что в этой стране женщины носят одежду, скрывающую плечи и ноги. Что ж, нравы есть нравы и лучше придерживаться их, чем нарываться на чрезмерно любопытные взгляды индийских мужчин, которые Лесли уже успела испытать на себе по дороге в гостиницу.

Ее выбор пал на длинную голубую юбку в больших лиловых цветах и розовую блузку с короткими обтягивающими рукавами.