Полина
Шрифт:
– Спасибо, Пьер. Ты очень хороший. Мне было с тобой интересно. – Эти слова вырвались у Полины неожиданно для неё самой. Она сама не ожидала, что скажет что-нибудь подобное, и удивилась сама себе.
– Мне тоже с тобой хорошо было.
– Сколько я тебе должна?
Пьер сильно смутился.
– Восемьсот, – сказал он, глядя в сторону.
– Ты уверен? – Полина укоризненно покачала головой. – Сначала вроде бы речь шла о полутора тысячах. Мой папа всегда говорит, что любой труд должен быть оплачен. И нет ничего стыдного в том, что ты берёшь с меня деньги. Тебе же не стыдно было меня везти? Нет. А почему ты стыдишься брать деньги?
–
– Будто я не вижу.
Полина отсчитала пятнадцать сотенных кредиток, почти насильно сунула в руку Пьера.
– Вот, возьми!
Они остановились, глядя друг на друга. Полина вдруг увидела Пьера таким же, как на автостоянке в космопорте – большим и добродушным, словно сытый кот на подоконнике.
– Ну, ладно, – сказала она, – надеюсь, ещё встретимся. Жизнь большая.
– Какие наши годы, – он говорил монотонно, словно артист, делающий вычитку пьесы. – Встретимся. – Потом вдруг оживился, засуетился. Принялся хлопать себя по карманам, чуть не выронил деньги, о которых, похоже, забыл, небрежно сунул их в нагрудный карман рубашки. – Я… это… записная книжка куда-то задевалась… А, вот она! Я тебе телефон мой напишу. Я вечером почти всегда дома. Если надо будет что-нибудь – звони… Ладно?
– Хорошо, – улыбнулась Полина. – Обязательно позвоню. Мне же через три месяца нужно будет ехать обратно в космопорт. Довезёшь?
– Спрашиваешь! – И взяла протянутый листок.
Пьер помог своей пассажирке вытащить из багажника сумку и чемодан.
– Может тебя проводить?
– Да нет, спасибо, лучше уж я сама. Тут совсем немного.
– Тогда пока?
– Пока.
Она взяла в одну руку чемодан, в другую – сумку и медленно пошла к увитой плющом калитке. Из-за живой изгороди виднелся маленький кусочек дома – выкрашенная зелёной краской металлическая крыша и круглое слуховое оконце на чердаке.
Колёсико сумки жалобно поскрипывало.
"Всё-таки оно цело, – подумала Полина. – Как я и надеялась. Хотя должно было сломаться ещё в космопорте. Тогда бы проблем у меня было гораздо больше. Хорошо, если бы мне всё это время, что я буду тут, так везло"
Девочка ожидала услышать звук отъезжающей машины и, не услышав, обернулась. Пьер стоял, глядя ей вслед.
– Полина! – крикнул он.
– Что?
– Скажи, кто твой папа!
– Ты уверен, что хочешь это знать?
– Да!
– А ты со мной не перестанешь дружить после этого?
Пьер промолчал. Смысл вопроса был странным.
– Нет, не перестану! – Наконец, ответил он.
Полина оглянулась по сторонам, чтобы никто не услышал.
– Сенатор Земли! Только никому не говори, ладно?
И зашла в калитку, которая захлопнулась за ней.
В этот момент колёсики сумки сломались. Одновременно. Оба.
ИЗ ДНЕВНИКА ПОЛИНЫ
ГЛАВА 26
Раньше я бы ни за что не подумала, что, как какая-нибудь расфуфыренная средневековая барышня буду писать дневник. А теперь придётся. Вокруг меня начинает происходить много такого, о чём, мне кажется, будет небезынтересно вспомнить в дальнейшем.
Многие великие люди писали дневники. Чем я хуже их?
Начать придётся с очень неприятной вещи. Третьего сентября 2598 года лопнул банк "Галактический кредит". По многим причинам банкротство именно этого учреждения отразилось на моей жизни не самым лучшим образом. Постараюсь объяснить, почему.
В
Только человек, абсолютно несведущий в финансовых делах, мог не поразиться, что подобный монстр бизнеса упал сразу, весь, и без всяких к тому прелюдий. Первые несколько часов прошли в полном хаосе. Потом началась работа специалистов из службы.
Даже самое поверхностное первоначальное расследование выявило множество крайне интересных фактов. Один из них был особенно впечатляющим. Оказывается, в банке более десяти миллионов рублей было зарегистрировано на имя Германа Иванова. Это была большая сумма не только для частного клиента, но и для промышленной организации. Имело место быть грубейшее нарушение текущего законодательства. Никто не имел права хранить в любом банке настолько крупную сумму, тем более, Сенатор – гарант соблюдения законодательства.
Тут же возникал закономерный вопрос: а откуда, собственно говоря, у земного Сенатора на счету подобная сумма. Честным путём её невозможно заработать в принципе, если только не вкалывать несколько сотен лет, причём при этом не есть, не спать и не одеваться.
Навигаторы среагировали мгновенно: уже через четыре часа после банкротства "Галактического кредита" моего папу задержали вплоть до выяснения возникших вопросов.
Из сообщений в Графонете, которые я успела прочитать перед отъездом, я сумела уяснить, что его просто-напросто подставили. Причём очень хитро и грамотно. Никогда бы не подумала, что на одного человека можно вылить столько грязи. Даже заслуги поставили в вину; припомнили второй срок его сенаторства.
Не представляю, как папе удалось успеть отправить меня на Весту-5. И, тем более, не представляю, как мне удалось улететь с Земли. Я покидала Солнце-3 (то бишь Землю) вечером, к этому времени папа уже полдня сидел под стражей.
Я летела на Цитрею пять дней. И всё это время пыталась представить, что бы могло со мной случится, если бы я осталась на Земле.
Будь я оптимисткой, то до сих пор пребывала бы в твёрдой уверенности, что меня никто бы не посмел тронуть. По принципу любого современного законодательства в стиле сын за отца не отвечает и всякое такое. Но я – жуткая пессимистка, поэтому, уверена, меня бы сразу спрятали в какое-нибудь укромное место и принялись бы давить на папу. А так как я у него единственная близкая родственница (тем более, – дочь, не абы кто), думаю, шантаж оказался бы более чем успешен.