Покорись мне
Шрифт:
— По-моему, звучит замечательно, Марго. Мне просто нужен Генри на час-другой, и потом мы можем отправляться.
— Bon! Прелестная Изабелла сказала, что может подготовить самолет для нас к двум часам. Это достаточно времени, чтобы сделать то, что вам нужно? — Она смотрит на меня, а затем на Генри, ее проницательные миндалевидные глаза опускаются к заметной выпуклости.
— Да. Думаю, да.
***
— Чем это ты тут занималась? —Генри
В воздухе все еще чувствуется запах огня, оставшийся от дровяной печи, которую топили два дня назад.
— Изабелла послала парочку сотрудников прибраться здесь и обставить, почти как во время торжественного открытия. Коннор и Ронан подготовили камин и принесли дрова. Я думала, мы поужинаем здесь. — Посуда все еще стоит на столешнице, нетронутая. — Я собиралась готовить. А потом мы бы остались на ночь. Я думала, это было бы неплохо сделать на твой день рождения. — Я тараторю.
Генри долго изучает меня, его взгляд нечитаемый.
— Мне бы это понравилось.
Я прикусываю губу, чтобы скрыть глупую ухмылку, которая рвется наружу.
— И еще я приготовила сюрприз. Небольшой, но... закрой глаза.
Он хмурится, но затем подчиняется, его длинные ресницы трепещут, когда веки смыкаются.
— Не подглядывай! — предупреждаю я, залезая в холодильник, чтобы достать праздничный торт. Как можно тише я ставлю его на стол перед ним и снимаю пищевую пленку, которой он был накрыт.
— Все. Открывай.
Он так и делает, и его взгляд останавливается на блюде перед ним.
— Я знаю, тут нет ничего особенного, и на вкус он может быть ужасен. Я никогда ничего не готовила в дровяной печи.
Его брови удивленно взлетают.
— Ты приготовила его здесь?
— Ага. Вон там. — Я смеюсь, указывая на отполированную старую печь. — Было непросто. Ронан помог мне разжечь огонь, а потом мы следили за ним, как ястребы, и все время спорили, готов он или нет. — Мой смех затихает. — А тем временем ты застрял в шахте, а я и понятия не имела... — Я вздыхаю. — В общем, я вспомнила, как ты говорил, что твоя бабушка пекла для тебя, и подумала, что будет мило испечь здесь праздничный торт.
Когда я снова поднимаю глаза, Генри смотрит на меня так пристально и так долго, что я начинаю ерзать.
— Как ты умудряешься понимать меня, как никто другой? — тихо спрашивает он. — Откуда ты знаешь, что мне нужно, если иногда даже я сам не знаю? Я могу читать тебя как открытую книгу, и все же ты постоянно удивляешь меня. Как тебе это удается? — Он выглядит искренне озадаченным.
Я сглатываю эмоции, грозящие вырваться наружу.
— Не знаю, но я обещаю, что буду стараться делать это каждый день, если ты позволишь.
Он кивает, больше самому себе, его взгляд скользит по интерьеру старого дома — камин, кухня, стол со стульями.
—
— Пошли. Нам пора возвращаться.
***
Шелковистые черные волосы Марго развеваются на легком ветру, когда она стоит на причале рядом с готовым к вылету гидросамолетом.
И позирует фотографу.
— Как думаешь, они подойдут для рекламы Wolf Hotel? — спрашивает она, меняя позу.
Генри усмехается, окидывая взглядом ее наряд — туристические ботинки, джинсы, рубашка в бежево-розовую клетку и толстая пуховая жилетка, воротник из овчины аккуратно лежит под ее каре.
— В обмен на...?
— О, не знаю. — Она кривит губы в притворной задумчивости. — Как насчет небольшого бутик-отеля в замке с эмблемой Wolf, и чем скорее, тем лучше? — Она озорно ухмыляется Генри, прежде чем вернуть свое внимание к фотографу и произнести несколько французских слов. Он что-то отвечает, сопровождая взмахом руки.
— Эбби! Среди всей этой суматохи я чуть не забыла тебе сказать. Мне звонила моя подруга из «Nordstrom». Она очень заинтересовалась твоим мылом «Farm Girl» для их магазинов.
— Что? Серьезно?
— Да. У тебя встреча с покупателем в следующий четверг, они очень заинтересованы.
— Но... — Я ошеломленно смотрю на нее, гадая, не ослышалась ли я. Она ведет себя так, будто это пустяк, будто то, что «Nordstrom» вообще знает о моем продукте, не говоря уже о желании выставить его на своих полках, — не невероятное достижение. — Генри?
— Я не имею к этому никакого отношения. — Он ухмыляется с выражением «я же говорил». — Нам пора выдвигаться.
Марго поднимает изящную руку.
— Мы ждем еще двоих.
— Еще двоих?
— Да. Коннора и Ронана.
— Ты пригласила Коннора и Ронана? — спрашивает Генри преувеличенно спокойным голосом. — И с какой стати ты это сделала?
Она хмурится, глядя на него.
— Потому что они спасли тебе жизнь, конечно. Перестань вести себя нелепо, Генри.
— Так это никак не связано с историями, которые Эбби могла тебе рассказать? — Он выжидающе смотрит на нее.
— Абсолютно нет. А что? Это тебя беспокоит?
— Меня не беспокоит. — Он смотрит на меня. — Тебя это беспокоит, Эбби? То, что Марго планирует трахнуть обоих твоих друзей сегодня вечером?
Сколь бы я ни была удивлена этим, я улыбаюсь, ласково поглаживая рукой его живот и, надеюсь, успокаивая его. Мы не перестаем касаться друг друга с тех пор, как проснулись — его рука обнимает мою талию, мои пальцы сплетены с его, мои губы прижаты к любой части его тела, до которой я могу дотянуться.