Подарок
Шрифт:
— Виктория, дорогая! Ты в порядке? Мне позвонила баронесса Кобург, сказала, что ты в Лондоне, что ты была с Альбертом, и на вас кто-то напал! Что это значит? Как же твоё Гоа и медитация? Ты ведь говорила….
— Мам, со мной все хорошо. Я проспала почти целый день, а сейчас собираюсь пойти и приготовить себе завтрак. Прости, что не предупредила о своем приезде, не хотелось тебя тревожить. — стараясь сделать свой голос как можно более уверенным и спокойным, ответила Вик.
— Тревожить? О чем ты говоришь?! В Альберта стреляли, и ты была там с ним! В какой-то средневековой одежде, как
— Мама, я не уеду из города — безапелляционно заявила Вик. — Пока Альберт не пойдет на поправку и я ему нужна. Извини, не в этот раз.
— Это произойдет и без твоего присутствия. Аделаида уже поставила на уши всех доступных в Лондоне светил медицины. Так что не глупи, тебе самой сейчас требуется забота, хороший совет и поддержка семьи.
— Спасибо, но я остаюсь. Со мной правда все в порядке. Проведу остатки отпуска дома. Второго уже выходить на работу. Накопились кое-какие дела, да и Финдуса оставить совершенно не на кого. Обязательно расскажу тебе все, но позже, — уловив глухую паузу, Вик поняла, что последний аргумент был решающим. Джон не выносил животных в доме, особенно котов, да и они его не особенно уважали.
— Как знаешь, дорогая, — с плохо скрываемой смесью тревоги и обиды, наконец, произнесла мать. — Я желаю тебе только добра, помни об этом!
Когда в трубке послышались короткие гудки, Виктория зажмурилась так крепко, как в детстве, когда изо всех сил пыталась сохранить ускользающие воспоминания о недавнем волшебном сне, отгоняя надвигающуюся реальность. Но открыв их, обнаружила себя в своей квартире, одетой в хорошо знакомую пижаму, сжимающей трубку телефона. Только сейчас ей стало ясно, что мобильник был выключен уже несколько дней. И как бы Вик не хотелось этого делать, но возвращение в настоящее должно было начаться именно с реанимации гаджета.
На экране замаячили многочисленные сообщения от подруг и Энтони, умиравшего от нетерпения увидеть обещанные Викторией фотографии с закрытой вечеринки, для которой он создавал ее наряд. Мэтью также интересовался ее внезапным исчезновением и предлагал обсудить какое-то очень интересное предложение от одного из модельных агентств.
Вик с трудом заставила себя встряхнуться, одеться и выйти из дома. В кармане тут-же завибрировал телефон, принимая очередное смс. Сегодня будет трудный день, впереди непростой разговор с полицейскими и матерью Альберта.
Всегда такой знакомый, куда-то спешащий и жужжащий лондонский полдень, почему-то показался чужим и враждебным, может быть, после размеренного спокойствия и неторопливости тех невозможно далеких пяти с половиной дней, проведенных в Брокет-Холле. Она удивленно наблюдала за тем, что происходило вокруг, словно астронавт, вернувшийся на Землю из длительного межзвездного путешествия, не в силах почувствовать себя вновь частью всей этой суеты, ощутить твердую поверхность под ногами.
Несколько минут она стояла так, потерянная и отстраненная, но потом, набрав в легкие свежего морозного воздуха, расправив воротник своего
Ей еще предстоит проделать непростой путь, путь к самой себе — прежней решительной и целеустремленной, иногда дерзкой и пробивной Вик, которая всегда смотрела вперед, не оглядываясь на прежние потери. Но она совершенно точно знала, что стала другой, что жизнь ее уже никогда не будет прежней, и не могла дать объяснение этому невнятному, неизвестно откуда взявшемуся предчувствию.
Глава 25
— Так Вы утверждаете, что не разглядели того, кто в вас стрелял? — переспросил полицейский у Вик, устало и немного меланхолично занося ее показания в протокол.
Когда коренастый, с большими залысинами инспектор Хопкинс представился, она подумала, что худшей шуткисудьба ей еще не подкидывала. Снова услышать такую знакомую фамилию! Это на некоторое время вывело ее из равновесия. И хотя рассудок убеждал, что в Лондоне найдется еще как минимум несколько сотен Хопкинсов — память мгновенно воскресила то, что Вик так старалась оставить в прошлом.
Версия вчерашних событий была придумана ею накануне: они собирались навестить друзей, в районе вокзала Ватерлоо вышли из такси, и в сумеречном переулке подверглись нападению грабителей. Альберт заартачился и получил пулю. Лиц в темноте они не видели, перепугавшись, забежали в служебное помещение театра.
— Нет, я не разглядела… все произошло быстро, было так страшно… — Вик замолчала, словно борясь с нахлынувшими воспоминаниями. Полицейский истолковал ее волнение, как последствия сильного потрясения и шока, тон его стал заметно мягче.
— И еще один вопрос, мэм. Судя по показаниям врачей, принимавших вашего жениха вчера вечером, вы оба были одеты не совсем обычно.
Виктория подняла глаза, этот вопрос был так ожидаем, что ответ уже давно созрел в ее голове, но она изобразила недоумение:
— Необычно?
— Ну, хм… медсестра упомянула викторианские костюмы.
— Ах это. Ну да. Мы ведь собирались на тематическую вечеринку к друзьям. Они недавно помогали мне с рекламным проектом для фирмы «Маленькие радости». Главной темой были рождественские традиции викторианской Англии, вот и появилась идея для праздника! А у меня осталась кое-какая одежда со съемок…
Лицо Хопкинса неожиданно преобразилось в милейшей улыбке
— Так это ваших рук дело! Ну и ну, а я все думаю, где Вас мог видеть. Моя жена накупила с дюжину их открыток и шикарный подарочный постер! Значит на календаре были Вы?
Вик кивнула в ответ и мысленно возблагодарила Небеса за еще одно, но гораздо более удачное совпадение, хвала вездесущей рекламе!
— Ох, извините, перебил, продолжайте. — Хопкинс деловито наклонился к своему блокноту.
— …. Вообщем, больше и добавить нечего, невеселый косплей у нас получился, как видите… — подытожила Вик и многозначительно замолчала. «Пусть лучше думает, что они с Альбертом парочка со странностями, чем задает лишние вопросы»
Но инспектор лишь выразительно хмыкнул и вновь уткнулся в свой протокол, а затем пристально посмотрел на нее и спросил: