Подарок
Шрифт:
Худшие опасения Альберта подтвердились, за последующие 5 минут они продвинулись к цели не более, чем на сотню ярдов. Решительно выпрыгнув из кареты, он подал руку девушке:
— Надо идти! — быстро проговорил Альберт, всматриваясь в занесённую снегом улицу.
С трудом подобрав юбки, Вик спустилась на серый снег. Она не узнала привычного вида этого района с доминантой огромного вокзала Ватерлоо. Справа от улицы, на привычном месте его просто не было, а дома по левой стороне были неестественно низки и безобразны.
Они прошли немного вперёд и неподалёку от перекрёстка увидели полицейских, стоявших в
— Нам сюда, — не медля ни секунды сказал Альберт, и они нырнули в лабиринт переулков. Забирая левее, им почти удалось выйти к зданию театра «Олд Вик» со стороны улицы Кат.
Вдруг из полумрака последнего переулка им наперерез выбежали двое мужчин, тяжело сопя и переговариваясь о чем-то на ходу. Альберт с Викторией вжались в стену, переводя дух — беглецам с ирландским говорком случайные прохожие были неинтересны.
Не решаясь выйти из укрытия, они медлили и оказались правы! Не прошло и минуты, как в сумраке раздался топот ног, и в том же направлении мимо них пробежало несколько преследователей в форме.
Альберт, оглядываясь, показал Вик на противоположную пустынную сторону улицы и неприметный закоулок чуть правее.
— Нам надо попасть туда, бежим! — отрывисто бросил он на ходу.
Они быстро пересекли еле освещённый участок и попали на задний неприглядный двор театра, до заветной цели остались считанные метры.
К ним спиной на перекрёстке, зорко всматриваясь в темноту полусонного Ламбета, стоял один из полицейских. Когда снег под каблуком у Вик предательски скрипнул, «бобби» прислушался и, сжимая свою дубинку, резко развернулся. Они, стараясь сохранять остатки спокойствия, и не оглядываться в его сторону, ускорили шаг. Запасной служебный вход для прислуги виднелся в неясном свете тусклого фонаря чуть дальше, а вот двери угольного склада театра были совсем рядом.
Полицейский, заметивший их с улиц, не отставал. Его шаги неумолимо приближались, и у Вик едва не подкосились ноги, когда он выступил из темноты переулка. Альберта рядом не оказалось.
«Твой выход!» — сказала она себе и мило улыбнулась навстречу опасности.
В глаза тут же бросились знакомые моржеподобные усы и уставшее добродушное лицо. Перед ней стоял тот самый «бобби», который помог ей несколько дней назад благополучно добраться до резиденции Мельбурна на Довер-стрит.
— Это опять Вы, мисс? — Хью Аддингтон уставился на нее совершенно непонимающим взглядом, встречая в ответ на свой вопрос самую ослепительную и обезоруживающую улыбку.
— Да, вот решила немного прогуляться, вечер ведь прекрасный, не так ли?
— Но как это возможно! Вы снова совсем одна, на пустынной улице. Не лучше ли… — он не успел закончить фразу. Альберт выскочил позади него, как черт из табакерки, с увесистым кирпичом в руке. Мужчина охнул и осел на землю, тяжело привалившись к стене.
Вик с трудом подавила свой невольный вскрик, всматриваясь в его побледневшее лицо и надеясь, что полицейский, так не вовремя оказавший на их пути, серьезно не пострадал и вскоре придет в себя.
Альберт уже тащил ее к заветному входу в угольный склад театра. Старая массивная дверь поддалась
Они пробежали вперёд мимо гримуборных и захламлённых декорациями проходов, ловя удивленные взгляды служителей театра и артистов, и спустились по крутой лестнице вниз в сторону подвала.
Вынув из окровавленного сюртука небольшой карманный фонарь, Альберт увлёк все ещё испуганную Викторию вглубь длинного темного коридора, высветив небольшую дверь в одной из дальних стен.
— Мы на месте! — сказал он глухо и с видимым облегчением.
В мгновение ока они оказались возле заветного входа. Альберт решительно взялся за ручку неповрежденной рукой, но та не поддалась. Видимо бдительные смотрители театральных недр совсем недавно заперли ее.
— Дьявол! Этого не может быть! — он несколько раз с остервенением дернул дверь, ударил ногой, но на этом силы окончательно его оставили, кровопотеря была достаточно сильной, как бы Альберт ни зажимал свою рану.
Вик лихорадочно перебирала в мыслях все возможные варианты, пути назад уже не было, ее спутник слабел на глазах, преследователи вот-вот снесут хлипкую задвижку или уже вошли через служебный вход… Крысиные хвосты, время от времени проскальзывавшие по ногам, и тонкий писк казались сущим пустяком. Ей с трудом верилось, что все это происходит с ней, что сейчас на кону не только будущее, но их жизнь и свобода.
Внезапно вспомнив что-то, она потянулась к своей прическе, еще недавно созданной заботами Рози. В пальцах оказалась небольшая изящная шпилька.
Сотни раз она читала и видела в фильмах, как обольстительные взломщицы и шпионки ловко открывают этим женским аксессуаром потайные ящики и дверцы. И, что греха таить, однажды опробовала этот способ сама, вскрыв замок своей комнаты, когда мать оставила ее там на целый день в качестве наказания за плохие вести из школы.
Немного повертев шпильку в руках, она вставила ее в замочную скважину, пристраивая к скрытому механизму. Он поддавался медленно, и в какой-то момент показалось, что все напрасно. Но вот что-то щелкнуло, и железный дужка отскочила в сторону. Резкая вспышка света из-за двери подарила надежду. Путь был свободен, и Вик почти втащила ослабевшего Альберта за порог.
Глава 23
Прибыв к намеченному сроку в штаб операции, Мельбурн по-хозяйски расположился за столом у самого окна и, передвинув канделябр ближе к краю, сосредоточился на изучении карты города с нарисованным на ней районом оцепления. Через пять минут он попросил дежурного сержанта принести ему из канцелярии более подробную карту Смита. Хоть она и была издана десять лет назад, но была такой точной, что на ней можно было рассмотреть каждый дом в интересующем его районе. Министр внутренних дел присоединился к своему патрону, давая уточняющие ответы, и они, тихо переговариваясь, стали ждать новостей от комиссаров Управления, выехавших незадолго до этого на место.