Плохие девчонки
Шрифт:
— Мам, пожалуйста, обещай, что никому ничего не скажешь, — умоляла я.
Я чуть не провалилась сквозь землю, когда мы свернули за угол и столкнулись с Мелани и ее мамой. Увидев меня, Мелани залилась румянцем. Казалось, она вот-вот расплачется.
Наши мамы заговорили о погоде, праздниках и прочей взрослой чепухе. Мы с Мелани брели рядышком, не смея взглянуть друг на друга. Затем я
— Я испугалась, что ты умерла, — прошептала она.
Я захлопала глазами от неожиданности.
— Тебя не было в школе на следующий день. Артур сказал, тебя увезла «скорая». Но теперь-то ты поправилась?
— Я только растянула запястье. — Я помахала своей вполне здоровой рукой. Повязка мне была уже не нужна.
— Ох, Мэнди! — Мелани облегченно распрямила плечи и вспушила густую челку. — Даже Ким перепугалась, веришь ли?
Я нервно хмыкнула.
— Мэнди… — Мелани явно боролась с собой и все же произнесла: — Хорошо, что ты не умерла.
Я кивнула, понимая, что это лишь часть того, что она хотела бы сказать, если бы не боялась Ким. Меня будто обдало горячим дыханием, от которого захотелось прыгать и веселиться. Рука уже не болела. Мелани рада, что я осталась жива. На миг мне показалось, что теперь-то все будет, как прежде.
Но едва впереди показалось здание школы, Мелани отстранилась от меня и умолкла. Я поняла: она боится, что Ким увидит нас вместе. А прямо у ворот мама внезапно оборвала свою взрослую беседу и сурово посмотрела на Мелани.
— Что же ты бросила свою подругу?
Мелани вновь зарделась. Ее мама тоже заметно смутилась.
— Да, между нашими девочками как тень пробежала. Ничего, поссорятся — помирятся, — неловко сказала она.
— Знаю я эту тень, — сказала мама. — Я не виню твою Мелани. Во всем виновата ее новая подруга. Ким.
— Да, Мелани в последнее время с ней сильно сдружилась, не знаю уж почему. Дружили бы тогда все вместе. Но я думаю, они сами во всем разберутся, — ответила мама Мелани.
— Я им в этом сейчас помогу, — решительно сказала мама, направляясь через ворота к школе.
Я метнулась за ней.
— Мам! Мам, куда ты? Зачем?
— Хочу поговорить с миссис Эдвардс, — ответила мама.
Я покачнулась. С директрисой!
— Мама, только не с миссис Эдвардс, — пискнула я, обмирая от ужаса. — Они возненавидят меня. Они решат, что я ябеда.
— Не преувеличивай, дорогая, — ответила мама. — Не беспокойся. Иди в класс и обо всем забудь. Должна же я рассказать миссис Эдвардс, что творится в ее школе.
— Ты ничего не понимаешь, ты… Не надо… — взмолилась я.
Она не послушала. Мне не удалось ее остановить.
Я побрела на урок миссис Стэнли. Ким стояла перед партами. За выходные она определенно подросла и стала еще выше. А я, напротив, съежилась в комок. Мелани что-то ей взахлеб рассказывала, показывая на меня. Рядом, закусив губу, стояла Сара. Я услышала: «Мэнди». А затем: «Ее мамаша».
— Ах
В этот миг в класс вошла миссис Стэнли. В руках у нее была охапка роз. Она начала, лучась, рассказывать о том, как замечательно провела выходные за городом, а затем послала меня наполнить вазы водой. Мне безудержно захотелось провести в туалете весь день, наполняя вазу за вазой для целого поля цветов. Но пришлось вернуться. Я расставила розы, отбарабанила про отсутствующих и достала учебник по математике, украдкой поглядывая в окно: что-то мама не спешила возвращаться от миссис Эдвардс.
Она показалась на улице лишь в середине урока. Ей было жарко и неудобно в тесном костюме. Юбка слегка задралась, открыв полные колени. Она сковывала шаг, и мама семенила, как грузная гусыня. Ким покачала плечами, передразнивая ее. Кто-то прыснул.
Я наклонилась над учебником и притворилась, что решаю задачи. Цифры плясали у меня перед глазами, а рука вспотела так, что я смазала чернила.
Я надеялась, что все позади. Не тут-то было. Все только начиналось.
В класс постучалась одна из помощниц миссис Эдвардс.
— Прошу прощения, миссис Стэнли. Миссис Эдвардс хочет немедленно видеть Ким Мэтьюз, Мелани Холдер и Сару Ньюман. — Помощница повысила голос, чтобы мы прочувствовали важность происходящего.
Все головы повернулись к Ким, Мелани и Саре. Сара так яростно закусила губу, что ее рот искривился. Мелани побелела и задрожала, как молочное желе. Но Ким нисколько не смутилась, лишь щеки слегка порозовели. Да ярче заблестели глаза. Она обернулась ко мне.
Я знала, что значит этот взгляд.
«Ну, теперь ты у меня получишь!»
Я ниже нагнулась над учебником, вжимаясь в парту, и не решалась выпрямиться еще долго после того, как они вышли из класса.
Внезапно на мое плечо легла чья-то рука, и я вздрогнула.
— Что с тобой, Мэнди? — спросила миссис Стэнли.
Я покачала головой, пытаясь сделать вид, что все в порядке.
— Почему ты так зажалась? У тебя болит живот?
Я кивнула.
Миссис Стэнли наклонилась к моему уху.
— Тебе надо выйти?
Я вновь кивнула.
— Что же ты не подняла руку, глупышка? — удивилась миссис Стэнли. — Право, Мэнди, ты уже не маленькая девочка. Иди, раз надо.
Я выбежала из класса и заперлась в темном туалете, рыдая и мечтая о том, чтобы вновь стать маленькой девочкой, глупой и беспомощной. Девочкой, которая еще не доросла до школы. Одной из малышей миссис Уильямс. И каждый день со мной бы возилась Таня.
Я просидела так целую вечность. Я прочла все надписи на стенах, среди которых попадались стишки куда неприличнее того, который был написан на гипсе Артура. Затем я услышала, как меня окликают по имени:
— Мэнди Уайт, ты тут?
Я притаилась за дверью кабинки, надеясь, что помощница миссис Эдвардс не найдет меня и отправится восвояси.