Плеяда
Шрифт:
Навести понтонные мосты через Дончанку в районе Сталегорска для организации снабжения окружённой в городе группировки не представлялось возможным, так как западный берег представлял собой обрыв высотой до шести метров. Тяжёлую строительную технику противника, привезённую на тралах отрывать пологий спуск к реке, сожгли ударами «Ланцетов». Дивизии Седьмой армии в своей полосе держали противника в напряжении, не позволяя организовать контратакующий удар из Степного. ВКС, содействуя фронту, ежедневно выделяли до десяти «Гераней»,
Для населения огромной страны на очередном брифинге Министерства обороны, представитель ведомства генерал-лейтенант Мещеряков абсолютно безэмоциональным тоном заявил:
– В результате грамотных и слаженных действий группировки «Авангард», освобождено четыре населённых пункта, потери ВСУ составили более полутора тысяч человек, тридцать танков, в том числе десять «Леопардов» и шесть «Абрамсов», семьдесят пять боевых бронированных машин, сорок орудий полевой артиллерии и реактивных систем залпового огня, в том числе пять комплексов «Хаймерс», сбито сто восемьдесят БпЛА…
Фронт застыл в ожидании развязки.
ГЛАВА 9
– Сергей Николаевич, - Эльбрус глянул на командующего Четвёртой армией. – Когда предлагаешь начать штурм Сталегорска?
– Не ранее, чем через две недели, Владимир Сергеевич! – ответил Каскад. – Мне нужно решить три задачи: первая – измотать противника, чтобы он, лишённый возможности восполнять свои ресурсы, истратил боеприпасы, топливо и понёс потери от наших обстрелов, второе – накопить собственные ресурсы и третье – получить пополнение, провести их доподготовку и распределение по подразделениям. Тогда и можно начинать штурм.
– Генштаб требует от нас скорейшего взятия города.
– Пусть вначале обеспечат всем необходимым, - заметил Каскад. – А потом уже требуют.
– По их мнению, мы обеспечены в полном объёме – согласно всем расчётам, - Шаталов кивнул в сторону сидящего за столом представителя Генштаба генерал-лейтенанта Тарасова.
– Да, но расчёты делались в отношении прошлого плана, который провалился. Кроме того, значительную часть ресурсов противник нам выбил дальнобойным высокоточным оружием.
– Ты всё верно говоришь, - кивнул Эльбрус. – Но Генштаб будет непреклонен – никто ничего нам больше не даст. Под всю нашу большую операцию, Министерству Обороны были выделены ресурсы, соответствующие возможностям нашей экономики, возможностям промышленности, и ресурсы эти, как ты понимаешь, не бездонные. Они не берутся из ниоткуда. У каждой операции есть цена – в нашем случае это миллиарды рублей – стоимость снарядов, ракет, топлива, провизии, электричества, танков, зарплат, наград и посмертных выплат. Эти деньги выделены, и мы теперь за эти деньги должны что-то сделать – показать результат. А результат показать мы не можем, потому
– И кто сейчас проявит большее военное искусство, тот победит, - сказал Тарасов, - потому что у противника тоже жёсткое ресурсное ограничение. Но Сергей Николаевич тоже по-своему прав - прежде, чем начать операцию по взятию города и заводов, нужно восстановить боеспособность соединений Четвёртой армии. И кроме того, полагаю, нам нужно глубоко проанализировать положение войск, боевые возможности противника на разных направлениях, и найти такое решение, которое позволило бы взять Сталегорск с наименьшими потерями в людях и технике.
– В идеале было бы, - усмехнулся Эльбрус, - чтобы противник сдался без сопротивления.
– Ну, Владимир Сергеевич, вы размечтались, - усмехнулся Тарасов. – На той стороне против нас играет генерал Тарнавский – опытный и грамотный противник.
– Да есть тут у меня одна задумка, Артур Викторович… - сказал генерал-полковник Шаталов.
– Говорите, - предложил Тарасов.
– Провести одну комплексную операцию… но для начала, позвольте, я подготовлюсь, и завтра доведу вам общий замысел.
Иванцов и Тарасов переглянулись.
***
– Полковник Угрюмов, - представился Чингис, войдя в рабочий кабинет Эльбруса. – Начальник временной оперативной группы военной контрразведки.
Шаталов встал, вышел из-за своего стола и поздоровавшись с Чингисом за руку, предложил присесть за приставной столик и сам сел напротив.
– Ваше руководство отрекомендовало вас, как опытного контрразведчика, мастера оперативных комбинаций. Так же мне известно, что благодаря вашей работе, в Четвёртой армии удалось сохранить от ударов противника большую часть складов…
– Да, мы подставили под удары ложные объекты, товарищ генерал-полковник. Работа потребовала усилий, так как многие командиры не понимали, для чего это нужно. Кто этого не сделал, тот лишился боеприпасов. Кто сделал – тот воюет.
– Это хороший результат работы.
– Спасибо за оценку нашего скромного труда, - кивнул Чингис.
– Перейдём к делу, - предложил командующий. – То, что я вам сейчас скажу, не должно покинуть стен этого кабинета, я бы сказал, что это информация особой важности.
Чингис сдержанно кивнул.
– Ко мне обратился некий Дорошенко Станислав Валерьевич, как он представился - один из собственников сталелитейного завода в Сталегорске. Он рассказал мне, какое дорогое оборудование установлено на предприятии, и выразил опасение, что оно будет повреждено или уничтожено, если войска подчинённой мне группировки начнут его штурм. В обмен на сохранение завода он предложил миллион евро. Я сказал ему, что подумаю, и попутно нагрузил полезной работой, которую он, нужно отдать должное, выполнил на отлично.