Плен сердца
Шрифт:
— Гилберт! — тихо произнесла она, подходя ближе. — Ты приехал… Спасибо, что ты здесь.
Гилберт слегка поклонился, пытаясь скрыть волнение:
— Я не мог пропустить этот день, Элиана. Я рад видеть тебя такой — счастливой, уверенной, любимой.
— Спасибо за всё, Гилберт, — искренне сказала Элиана, глядя ему в глаза. — За твою доброту, за то, что хотел спасти меня, за веру в меня, когда я сама в себя не верила.
Гилберт улыбнулся сквозь слёзы:
— Я рад, что ты нашла своё счастье. Пусть оно будет долгим. — Он протянул ей небольшой ларец, искусно вырезанный из тёмного дерева и украшенный серебряной
Элиана осторожно взяла ларец, открыла его и вдохнула тонкий, едва уловимый аромат полевых цветов. В её глазах тоже заблестели слёзы, но это были слёзы благодарности.
— Я никогда не забуду, откуда я родом, — тихо сказала она. — И никогда не забуду тех, кто был добр ко мне. Спасибо, Гилберт. Ты всегда будешь желанным гостем в нашем доме.
Гилберт склонил голову:
— Это большая честь для меня, миледи.
— Просто Элиана, — поправила она с улыбкой. — Для тебя — всегда просто Элиана.
Он слегка коснулся еe руки:
— У меня есть ещё кое-что для тебя, Элиана. Кое-что, что, надеюсь, будет тебе дорого.
Он достал из внутреннего кармана небольшой бархатный футляр тёмно-синего цвета, отделанный по краям серебряной нитью. Осторожно открыл его — внутри на мягкой подложке лежала миниатюра на слоновой кости. Элиана затаила дыхание, вглядываясь в изображение. На картине был запечатлён знакомый до боли пейзаж: изгиб реки, ветряная мельница на холме, крыши деревенских домов и луг, полный полевых цветов. Художник передал даже мелкие детали: тропинку, по которой она бегала в детстве, старое дерево у реки, где они с Томасом прятались от дождя, и едва заметную калитку в изгороди, ведущую к дому Гилберта.
— Гилберт… — голос Элианы дрожал от волнения. — Это… это невероятно точно! Как ты смог?
Гилберт мягко улыбнулся:
— Я попросил лучшего миниатюриста в округе. Он провёл там несколько дней, делал наброски, изучал каждый уголок. Я хотел, чтобы ты увидела не просто пейзаж, а место, которое сформировало тебя — твою силу, доброту, стойкость.
Элиана провела кончиком пальца по поверхности миниатюры, словно пытаясь ощутить тепло солнца, запах свежескошенной травы и услышать шум реки. В глазах появились слёзы, но она не спешила их вытирать.
— Спасибо, — шепнула она. — Это самый дорогой подарок. Я буду хранить его рядом с сердцем.
Она подняла глаза на Гилберта, и в её взгляде читалась глубокая благодарность:
— Ты всегда знал, что мне нужно, даже когда я сама этого не понимала.
Виктория, внимательно наблюдавшая за этой сценой, сделала шаг вперёд. Она взяла миниатюру, изучая её с восхищением, затем возвратила в футляр и бережно вклала его в руки Элианы.
— Теперь я понимаю, откуда в тебе эта особая красота, — тихо сказала она. — Не только внешняя, но и внутренняя. Земля, которая растила тебя, прекрасна. И она подарила нам самое дорогое.
Гилберт слегка покраснел от похвалы, но в его глазах светилась гордость:
— Я рад, что смог передать хоть частицу того, что чувствую. Пусть эта картина напоминает вам обоим, что дом — это не только замок с высокими стенами. Дом там, где сердце, где корни, где люди, которые любят тебя таким, какой ты есть.
Элиана
— Ты навсегда останешься частью моего дома, Гилберт. И этого замка. Я хочу, чтобы ты знал: двери здесь всегда открыты для тебя.
Гилберт улыбнулся, слегка похлопывая её по спине:
— Спасибо, Элиана. Для меня это большая честь.
Виктория подошла к ним, положила руку на плечо Элианы и тепло улыбнулась Гилберту:
— Добро пожаловать в нашу семью, Гилберт. Мы рады, что ты разделил с нами этот день.
Гилберт распрямил плечи, чувствуя, как тяжесть, которую он носил в сердце, уходит:
— Благодарю вас, милорд. Для меня это большая честь.
Элиана прижимала футляр к груди, её глаза сияли:
— Пойдёмте, — предложила она с улыбкой. — Я хочу показать эту красоту всем, кто здесь собрался. Пусть они увидят, откуда я родом, и поймут, что моя любовь к Виктору — это не случайность, а продолжение той самой истории, которая началась на этом лугу. А потом ты должен попробовать пирог Матильды. Говорят, она перепробовала двадцать вариантов, прежде чем выбрать лучший!
Гилберт рассмеялся:
— Тогда я точно не могу отказаться.
Они направились к гостям, и Элиана на мгновение обернулась, бросая последний взгляд на миниатюру. В её душе рождалась твёрдая уверенность: она не отрекается от прошлого, а берёт его с собой в будущее — как источник силы, мудрости и любви. Затем они направились к столу, а Виктория шла рядом с Элианой, время от времени сжимая её руку. В этот день каждый, кто был дорог Элиане, разделил её радость — и это делало её счастье ещё полнее. Музыка заиграла громче, гости начали поздравлять молодожёнов, а солнце, уже поднявшееся высоко над замком, заливало всё вокруг золотистым светом — словно благословляя новый союз, построенный на любви, доверии и памяти о тех, кто помог этой любви расцвести. Виктория оглядела зал и заметила Эдвина, своего старого друга, который стоял у окна, задумчиво глядя на танцующих. Она, заметив, что Элиана на мгновение отвлеклась на разговор с Маргарет, решила уделить внимание гостям.
Она мягко коснулась её руки, привлекая внимание:
— Извини, милая, я отойду ненадолго. Хочу поблагодарить тех, кто приехал издалека.
Элиана улыбнулась и кивнула:
— Конечно. Я пока поговорю с Матильдой — кажется, она хочет что-то мне сказать.
Виктория направилась вглубь зала, где у окна стоял её старый друг Эдвин — тот самый, что когда-то научил еe держать меч и не терять голову в бою. Эдвин заметно постарел: седина покрыла виски, а на лице прибавилось морщин, но глаза оставались такими же ясными и живыми.
— Эдвин! — Виктория обняла друга, похлопав его по спине. — Я так рад, что ты смог приехать.
Эдвин улыбнулся, его взгляд скользнул по залу и остановился на Элиане:
— Ты сделал мудрый выбор, Виктор. Она не просто красива — в ней есть внутренняя сила. Я видел, как она держала себя у алтаря. Это редкость.
Виктория проследила за его взглядом и улыбнулась:
— Да, она удивительная. Знаешь, раньше я думал, что правителю нужна жена из знатного рода, с безупречной родословной. Но теперь понимаю: главное — чтобы рядом был тот, кто видит тебя настоящего. Кто не боится сказать правду и поддержать, когда ты сомневаешься.