Песнь Огня
Шрифт:
– Ты выйдешь замуж, – сказала пророчица, – и у тебя родится пятеро детей.
– Я хочу замуж за Шпека. Можно?
– Да, ты выйдешь за Шпека.
Шпек Так насупился:
– Это обязательно?
– Совсем нет, – ответила Аира. – Только, думаю, ты сам захочешь.
Таннер Амос вышел вперед и задал простой вопрос:
– Я женюсь во второй раз?
– Да, – ответила Аира.
– На ком?
– Зачем ты спрашиваешь? Тебе не нужна пророчица, чтобы сказать то, что ты уже знаешь.
Таннер Амос оглянулся и посмотрел на Пеплар Вармиш. Во взгляде Таннера
Аира Хаз предсказала будущее каждому. Одних она при этом брала за руки, другим просто заглядывала в глаза. Говорила она в основном о том, что многие уже знали, хотя себе признаться боялись. Бек Клин с облегчением услышал, что женится на Сарель Амос: значит, теперь не нужно делать ей предложение. Можно вести себя так, словно дело уже решенное, что гораздо проще! Ректор Дубмен Пиллиш обрадовался тому, что снова станет учить детей, и искренне удивился, когда ему сказали, что он женится на овдовевшей Раде Вармиш. Рада запротестовала не менее громко: мол, тоже за него не хочет. Тем не менее оба начали друг к другу присматриваться…
Краса Мимилит выйдет замуж, родит двоих детей и вырастит четверых. Недоумевающая Краса только собралась переспросить, как увидела, что на нее смотрит Мелец Топлиш. Она залилась румянцем и замолчала. Мелец Топлиш – хороший человек, но он же на десять лет старше! Хотя – прекрасный отец, заботливый, надежный… Краса Мимилит задумалась.
Ролло Клин станет рыбаком – Ролло только головой покачал – и женится на Виде Так. Ролло расхохотался.
– Я за тебя тоже не собираюсь! – обиделась та.
Вида не подошла к Аире за предсказанием.
– Я сама построю свое будущее! – сказала она.
Мампо долго собирался с духом, пока не опоздал. Силы Аиры Хаз были на исходе, и Анно умолял ее отдохнуть.
– Почти все, Аннок, – прошептала Аира, подозвала Пинто и обняла ее. – Моя девочка…
– Я не хочу ничего знать, – сказала Пинто. – Просто скажи, буду ли я счастлива.
– Ты проживешь долгую жизнь, – ответила Аира. – Как можно быть счастливой всю жизнь?
– Ты действительно видишь будущее, мама?
– Да. Хотя не все, а то, что сейчас в тебе заложено.
Аира притянула Пинто к себе и неслышно для других зашептала:
– Ты любишь Мампо, вот что я вижу. Это часть твоего будущего.
Пинто молча поцеловала мать. Лучшего предсказания ей и не было нужно.
– А теперь ты, дорогой мой. – Аира повернулась к Анно и взяла его за руки.
– У меня нет будущего, – оборвал ее Анно, – и мне не нужны предсказания. Ты заболталась, женщина!
Аира улыбнулась и поцеловала ему руку. Анно прав. Она слишком много говорила и очень устала.
Пинто проснулась на рассвете. Сквозь снеговую шапку проникал странный розовый свет. Девочка встала – ноги затекли, надо бы размяться. Интересно, снег еще идет? Пинто выбралась из укрытия. Меж деревьев еще кружилось несколько
Пинто выспалась и, хоть руки и ноги побаливали, чувствовала себя прекрасно. Чтобы деревья не мешали любоваться рассветным небом, она решила выбраться на открытое место. Вот и крутая тропа, по которой мантхи шли все это время, – только она поднимается выше, туда, где они еще не были. Тропа по-прежнему напоминала лестницу, которую обступали скалы. Между скал виднелся кусочек неба с уплывающими снежными тучами. Каменные громады тоже мешали смотреть, и Пинто взобралась подальше.
Пинто пробирала легкая дрожь: нет чтобы хоть что-то накинуть! Она не собиралась отходить так далеко от лагеря, однако теперь поворачивать назад не хотелось.
Тем временем розовое небо наливалось красным. Вдыхая свежий утренний воздух, Пинто радовалась каждому шагу.
Еще быстрее – последние ступеньки…
Небо заалело. Покрытые снегом склоны внезапно кончились. Пинто дошла до самого верха и замерла.
В просвете меж скал – багряное небо. Тихо падает снег. Далеко внизу лежит земля, где две реки вливаются в далекое море.
Родина.
Оторопев, Пинто сделала еще пару шагов и снова остановилась. Впереди была пустота.
Ни гор, ни холмов, ни равнин. Ничего не было. Тропа просто обрывалась.
Девочка легла на живот и поползла по снегу, пока не добралась до края. Собравшись с духом, она посмотрела вниз.
Прекрасная земля была отрезана от мантхов тысячефутовым обрывом. Хотя у Пинто закружилась голова, она заставила себя осмотреться. Обрыв тянулся на многие мили в обе стороны. Видимо, он возник очень давно, когда обрушилась западная часть горной гряды.
Дрожа от страшной высоты, Пинто отползла подальше и поднялась на ноги. Багряное небо оказалось не закатным, а рассветным. Это родина, та самая, которую мать видела во сне. Только до нее никак не добраться.
Глава 17
Место встречи
Баржа Бомена и Кестрель вышла в открытое море. Навстречу тут же задул северный ветер, горизонт спеленали свинцово-серые тучи.
– Хо-хо! – обрадовался Альбард. – Представление начинается!
За бортом выросла огромная волна и со страшным треском швырнула баржу к берегу. Оглушенные Бомен, Кестрель и Попрыгунчик выскочили из каюты и увидели, что Альбард стоит на палубе, широко расставив ноги и раскинув руки.
– Смелей! Это все, что вы можете?! Мы еще посмотрим, кто кого! Мне нечего терять!
Альбард повернулся к спутникам, его глаза горели.
– Они не пускают нас на остров!
Объяснять подробнее было некогда. На баржу катилась вторая волна, еще выше первой. В небе раздалось тихое ворчание, которое переросло в оглушительный удар грома. Волна подбросила баржу в воздух. Ни слова не говоря, Попрыгунчик, Бомен и Кестрель приподнялись на несколько футов над палубой. Альбард остался на барже, не обращая внимания на сильнейшую качку.