Песнь Огня
Шрифт:
– Не надо цитат, пожалуйста! Что они на самом деле делают? И почему?
– Ты уже знаешь, дитя мое. Ты почувствовала.
– Когда?
Попрыгунчик в ответ улыбнулся, глядя на Кесс невинными глазами, и промолчал.
– Тогда, в каюте?
Он наклонил голову.
– Когда я почувствовала, что меня больше нет?
Попрыгунчик снова наклонил голову.
– Это было похоже на смерть!
– Похоже, да не она.
– Да. – Кестрель задумалась, вспоминая удивительный миг, когда каюта растворилась в ярком свете. – Так вот чем занимаются Певцы…
– Не
– То есть в смерти?
– Можно сказать и так.
– В огненном ветре.
– Вот видишь, – сказал Попрыгунчик, – ты и сама все знаешь.
– Только не знаю, что это и зачем.
– Разве?
Кестрель замолчала. По его интонации она поняла, что больше не нужно задавать вопросов. Кесс пристально посмотрела на Попрыгунчика. Смешной человечек с круглым животом и короткими ножками – смешной и в то же время наделенный огромной силой. Попрыгунчик тихонько замурлыкал себе под нос. Кестрель обратила внимание на его волосы – неопределенного цвета, как и все в нем, и очень редкие, едва прикрывающие лысину в старческих пятнах. Волосы развевались на речном ветерке, отбрасывая серебристые блики. Казалось, они сияют, потому что от мурлыканья Попрыгунчика замерцал воздух вокруг. Присмотревшись, Кестрель поняла – да, волосы и вправду сияют! Как и кожа, и одежда, и руки. Вокруг Попрыгунчика возник слой светящегося, подрагивающего воздуха.
Маленький человечек не шевелился и продолжал петь, только теперь еще тише. Его открытые глаза смотрели на девушку, но она знала, что он ее не замечает. Где-то Кестрель уже видела такой кокон света, только никак не могла вспомнить где. Вдруг, подняв глаза чуть выше, она увидела над головой Попрыгунчика высокий светящийся гребень. Если смотреть сквозь него, казалось, что деревья танцуют и машут ветвями.
Конечно! Вверх поднимается тепло. Как от пламени свечи.
Тепло исходило от Попрыгунчика. Кестрель протянула ладонь и ясно это ощутила. Сам он не горел, внутри столба горящего воздуха пламени не было. И все же Кесс знала: пламя исходит из этого круглого и веселого человечка. Совершенно непостижимым образом Попрыгунчик горел.
Постепенно жар спал, воздух перестал дрожать. Попрыгунчик проснулся, как будто до того спал, и снова улыбнулся Кестрель. Песня закончилась.
– Что бы было, если бы ты не перестал?
– Я бы не вернулся.
– Так Певцы умирают?
Попрыгунчик снова наклонил голову.
– Так, и только так. Все остальное – для других. Но лишь Певцы знают пламя.
– Только Певцы сами решают уйти и не вернуться.
В стариковском взгляде Попрыгунчика промелькнуло уважение.
– Если знаешь это, знаешь все.
– А что будет после огненного ветра? Что потом?
– Время добра.
– Я имею в виду, что будет с Певцами.
– Этого я не знаю, дитя. Никто не знает. Мы уходим в путешествие без карт.
Кестрель наклонилась вперед и посмотрела на бегущую воду. Река стала шире и глубже: по дороге к морю в нее вливались все новые горные потоки. Баржа стремительно
– Когда ты пришел за моим братом, – спросила Кестрель немного погодя, – ты знал, что я тоже пойду?
– Вот любопытная! – ответил Попрыгунчик. – Нет, не знал. Я мало что знаю. И не строю планов. – Он махнул пухлой ручкой в сторону реки. – Вот как с рекой. Разве мне известно, где каменистые мели или встречные течения? Нет. Однако я всегда начеку и, если встречусь с опасностью, делаю, что должно. Поэтому, когда ты отправилась с нами, я сказал себе: посмотрим, что будет.
Кестрель опять замолчала.
Некоторое время спустя из каюты донесся шум. Люк открылся, из него вылез Бомен. Юноша осторожно прошел к носу и сел рядом с Кестрель и Попрыгунчиком.
– Альбард говорит, мы почти у устья.
Попрыгунчик кивнул.
– Уже недолго осталось. – Он взглянул на тучи, которые скапливались над головой. – Скоро пойдет снег.
Не успел Попрыгунчик произнести это, как начали падать первые снежинки. Через несколько мгновений началась самая настоящая метель, запорашивавшая головы и плечи.
– Пойдемте лучше вниз, – предложила Кестрель.
– Сейчас, – ответил Попрыгунчик.
На палубу вышел Альбард и громко затопал, проклиная снежную бурю на чем свет стоит.
– Чертова зима! Чертов холод! Ненавижу!
– Смотрите! – прервал его Попрыгунчик.
Берега расступились, утонув в тумане. Впереди, в гуще белой пены, быстрая река вливалась в море. После долгого плавания среди деревьев путникам открылся неожиданно широкий горизонт. Падающий снег размывал грань между серым небом и сизым морем, и баржа словно повисла в бесконечном и безликом пространстве.
Баржа направилась в открытое море. В самом устье ее сильно затрясло, и пассажиры вцепились в крышку люка и стропы. Вскоре тряска сменилась мерным и редким покачиванием.
– Видите во-о-н то грязное пятно впереди? – ткнул куда-то пальцем Альбард. – К северо-западу, на горизонте!
Бомен и Кестрель с трудом разобрали сквозь завесу снега очертания невысокого острова, чуть более серые, чем тучи.
– Это Сирин, – сказал Альбард. – Идиотское место, и живут там одни идиоты.
Кестрель обернулась и заметила, что Попрыгунчик, который уже сбросил обличье старца, тоже смотрит в ту сторону. Бомен не сводил с острова глаз.
– Сирин, – пробормотал он. – Наконец-то…
Глава 16
Айра предсказывает будущее
Мантхи поднимались по крутой тропке, вытоптанной горными козлами. Тропа походила на лестницу с узкими ступенями разной высоты, и идти по ней было очень тяжело. Сверху по-прежнему падали хлопья снега.
Крутой подъем таил в себе новые опасности. Когда хромой Ролло Шимм нечаянно столкнул камень, вниз обрушился целый оползень, сбивший с ног Плаву Топлиш и увлекший ее за собой. Мелец Топлиш и Лоло Мимилит поползли на помощь девочке, и вся колонна стояла, пока ребенка не подняли наверх.