Песнь Надежд
Шрифт:
Зертан слушал эти пьяные выкрики и не переставал морщиться. Его сильно раздражала поднявшаяся шумиха вокруг этого Маэстро и пристальное внимание народа к его персоне. Такое может значительно осложнить реализацию плана экселенса Альдриана. А то и вовсе помешать осуществить задуманное…
— Простите меня за опоздание, наставник. Из-за возвращения Маэстро нас долго не выпускали из дворца!
Магистр чуть не вздрогнул от неожиданности, когда возникший из ниоткуда ученик подсел к нему за стол.
— Я устал тебя ждать, Норвин! — грозно насупил брови Зертан. — Уже боялся, как бы с тобой не случилось
— Извините, экселенс, но я ничего не мог поделать, — повинился молодой человек. — Сам Леоран гран Блейсин велел нам дожидаться прибытия Великого Наставника!
— Вот как? Безликие что, уже подчиняются патриарху? — сдержанно удивился магистр.
— Я… кхм… я не знаю… — стушевался подопечный. — Но старшие представители братства во многом слушаются его.
— Как странно… откуда бы взяться столь тёплым и доверительным отношениям между Маэстро и Леораном? Неужели гран Блейсин не видит той угрозы, которую создают Безликие?
— Я слышал в братстве, что Маэстро приносил клятву на крови всему народу Патриархии, — понизил голос до шёпота Норвин. — Видимо, поэтому им так восхищаются здесь.
— Какой нелепый вздор… — устало помассировал виски Зертан. — Ладно, об этом позже. Сейчас нам нужно сосредоточиться на задании. Скажи, ты видел его?
— Великого Наставника? — уточнил парень. — Да, но издалека. Мы стояли в дворцовом саду, а он взирал на нас с мансарды. У меня не было возможности приблизиться к нему…
— Запомни, мой мальчик, у тебя существует всего один наставник, и это я, — угрожающе сузились глаза магистра.
— Ох, да, конечно, мой экселенс! Я ничего не имел в виду, просто… просто назвал его по привычке! Многие Безликие так называют Маэстро…
Норвин смутился и залепетал оправдания. А собеседник продолжал смотреть на молодого северянина, покуда тот окончательно не залился краской и не замолк.
— Не позволяй этому порочному учению затмить твой разум. Не забывай, что мы прибыли как раз с целью искоренить его, — холодно изрёк Зертан.
— Я всё помню, наставник! Можете не сомневаться в моей преданности. Те знания, которые открывают мне Безликие демоны, действительно опасны. Они не должны распространяться вот так свободно…
— Хорошо, что ты понимаешь это, мой мальчик. Вернёмся к нашему вопросу. Скажи, он сейчас с тобой?
Норвин воровато заозирался, дабы лишний раз убедиться, что за ними никто не следит. А затем осторожно оттянул ворот кафтана, демонстрируя висящие на груди изящные ножны с крохотным клинком. Непомерно широкое лезвие, длиной едва ли с указательный палец, но шириной превосходящее ладонь, покоилось в чехле из искусно выделанной кожи. Наружу выглядывала лишь непропорционально вытянутая рукоять из неизвестного блестящего материала, который напоминал полированное вулканическое стекло.
У любого стороннего наблюдателя такое оружие вызвало бы только смех. Зертан и сам испытал укол разочарования, когда старый учитель экселенс гран Деймар вручил ему сей клинок. Однако же, как потом узнал магистр, в неказистом с виду ноже таилась ужасающая сила. Во-первых, эта реликвия была древнее всех людских государств на континенте. Во-вторых, за прошедшие тысячелетия она не утратила своей бритвенной остроты. А в-третьих, хватит всего одного случайного пореза,
Сам Зертан сперва не поверил рассказу своего наставника. Но магистр Альдриан не мог допустить, чтобы исполнители его замысла относились к заданию легкомысленно. Поэтому заключил пролетающую мимо птаху в магическую сеть. Экселенс гран Деймар лишь прикоснулся острием таинственного кинжала к когтистой лапе, и пичуга испустила дух за мгновение.
— Береги его и никогда не расставайся, Норвин, — тихо изрёк Зертан. — Ты знаешь, какова сила этого артефакта. Поэтому не обнажай его понапрасну. Даже просто вынимать клинок из ножен — великий риск.
— Да, учитель, я всё помню, — серьёзно кивнул парень.
— Когда у тебя получится вновь увидеть Маэстро?
— Я не могу сказать, мой экселенс. До сего вечера я вообще с ним не встречался. Безликие Демоны говорят, что личная аудиенция с ним это большая честь, и удостаивается её не каждый…
— Значит, тебе нужно постараться, — непререкаемо заявил Зертан.
— А почему вы спрашиваете? — нахмурился вдруг Норвин. — Нам нужно торопиться? У нас изменились обстоятельства?
— В каком-то роде, да, — задумчиво поджал губы мужчина. — Понимаешь ли, вчера я виделся с другими учениками экселенса Альриана. Мой старый наставник, как и всегда, не привык складывать все яйца в одну корзину. И помимо нас с тобой на Маэстро охотятся и другие озарённые. Однако пути мы избрали очень разные. Пока все остальные бьются над загадкой личности человека в стальной маске, мы неспешно подкрадываемся к своей цели. Нам не нужно ничего знать о Маэстро. Мы просто выполним работу и скроемся.
Норвин протяжно вздохнул и отвёл взгляд. Сердце его вдруг учащенно забилось, а волнение перехватило грудь стальным обручем.
— Ты должен прилежно постигать учение Маэстро, — продолжал Зертан. — Стань для них своим, но не забывай, что они чужаки. Слейся с их безликой массой, дабы нанести удар тогда, когда никто от тебя этого не ждёт. Ты осознаёшь, мой ученик, тяжесть возложенной на нас ответственности?
— Да, мой экселенс! Не волнуйтесь. Я сделаю всё, что от меня зависит!
Ладонь парня легла на грудь. Всегда ледяная рукоять ножа, не нагревающаяся ни от тепла тела, ни от солнечных лучей, ожгла кожу холодом даже через ткань. Норвин верил, что не дрогнет в решающий момент. Плевать, если ему придётся сразу после этого расстаться с жизнью. Молодой человек всё равно сделает это. Ради безопасности всего людского общества и привычного мира.
Глава 22
Милария гран Иземдор покинула фамильное поместье вскоре после того, как ушёл Ризант. Почему-то перспектива возвращения молодого дворянина с янтарными глазами её манила, но в то же время и пугала. Девушка не знала, чего она хотела больше. Покоя? Разделить с молодым нор Адамастро триумф его великой победы? А может, никогда его в жизни не видеть?
Эта проклятая двойственность разрывала душу аристократки до такой степени, что ей временами начинало казаться, будто ей не хватает воздуха. Она всё ещё не могла поверить в историю Риза. Ей сложно было научиться отождествлять его личность с именем ночного убийцы, который совершенно неожиданно стал национальным героем Патриархии.