Пермская обитель
Шрифт:
В ходе судебного разбирательства выяснилось, что все компоненты театрального спектакля в представлении были и что никаких тридцати тысяч Шифман не получил, а заплатили ему в пять раз меньше. Дело закрыли за отсутствием состава преступления.
У Валерия сразу появилось желание уехать из страны, и удержало его лишь доброжелательное отношение многих знакомых и незнакомых людей, горой вставших на его защиту во время смехотворного судебного процесса. Шифмана и потом часто удивляло: почему подавляющее большинство российского населения замечательные и мудрые люди, а на верхушке, у власти, на руководящих должностях сидят главным образом подонки?! Эта загадка мучила его и по сей день.
Он остался, однако, помня все прелести пребывания за
Сколько похожих случаев вспомнил сейчас Шифман, делая утреннюю пробежку по берегу моря. На год загремел в тюрьму замечательный певец Гоша Метельский, — тут, кстати, не обошлось без Таньки Светлояровой.
Тогда Таньку обхаживал один партийный бонза, который обещал ей устроить звание заслуженной артистки. Она и терпела этого надутого старичка. Но естество берет свое — Танька познакомилась с ослепительным красавцем Гошей, а против него мало какой женщине удавалось устоять. Начался у них бешеный роман. У партийного лидера везде были свои люди расставлены, они-то и донесли ему о светлояровской страсти. Насколько Танька Гошу любила, настолько его этот бонза возненавидел. Вот и решил упечь популярного певца в тюрьму. Партийный ревнивец выделил специального человека, который должен был спровоцировать Метельского на скандал. Он изощренно преследовал певца всякими придирками и оскорблениями, и в конце концов Гоша так отметелил провокатора, что на нем живого места не осталось.
А партиец продолжал иезуитски издеваться над Метельским. Гоша, отбывая срок, работал на стройке в маленьком городке Владимирской области. Благодаря своим связям партийный лидер приказал местным учительницам использовать эстрадную знаменитость в педагогических целях. По велению свыше они приходили туда со школьниками и говорили: «Смотрите, ребята. Раньше этот дядя пел песни, а теперь кладет кирпичи. В нашей стране перед законом все равны».
Что касается Таньки Светлояровой, она вскоре после того случая родила ребенка. Кто его отец — неизвестно. Как, впрочем, неизвестно и где ребенок. Говорят, она его подкинула. Вообще про Светлоярову Валерию Яковлевичу лишний раз вспоминать не хотелось. С ней связаны только неприятные эксцессы. Взять хотя бы тот концерт, когда погиб Прыжков. Не должна была Танька выступать последней, это же всем ясно. И как она умаслила постановщика, тоже ни для кого не секрет. А в результате произошла такая трагедия. Если Игорь и был виноват перед кем-либо в тот вечер, так это перед девушкой из Перми, которая впервые готовилась выступить в Москве. Похоже, сейчас следователи правильно разбираются в этом деле. Они подозревают, что Игорю отомстили. Не исключено. Помогавший ей готовиться к выступлениям парень, Андрей, очень трепетно относился к своей подруге.
Шифман почувствовал это еще при первом знакомстве. Тот с таким страстным восторгом говорил о том, какой у нее восхитительный голос,
Последний раз он разговаривал с Андреем перед тем злополучным концертом, куда пригласил Наташу Козельскую с ее «Серебряным полетом». Не понравилось ему, что Серебров взял на себя режиссерские функции. В общем, Шифман был прав: есть постановщик программы, и все номера должны готовиться в соответствии с его концепцией. Это как в спорте: в каждой команде свой тренер, однако если игрок приглашен в сборную, то уже подчиняется тренеру сборной. Ничего не сказал тогда Андрей в ответ, но так взглянул на Шифмана, что стало ясно — этот парень может быть очень злым.
Валерий Яковлевич посмотрел направо, где заканчивалась цепочка белых фасадов домов. Он и не заметил, что сегодня пробежал больше обычного.
Развернувшись, Шифман потрусил в обратную сторону. Он бежал и думал об Андрее Сереброве. Интересно, где сейчас этот парень, чем занимается? Станет ли он терпеть положение, когда шоу-бизнес приватизируют ловкачи и проныры, а по-настоящему талантливым ребятам дорога на сцену будет закрыта?
Глава 69
1:0 В ПОЛЬЗУ ПРОКУРАТУРЫ
В прокуратуре все было куда как строже, чем в милиции. Двухэтажное здание окружено забором. Рядом с воротами, через которые проезжают машины, проходная, где возле телефона сидел старший лейтенант. При появлении Андрея он встал и вопросительно посмотрел на него.
— Мне нужно к прокурору или к следователю. Я пришел с повинной.
Оказалось, что старший лейтенант здесь не один. Из-за перегородки с висящими на ней шинелями появился худощавый капитан.
— С повинной, говорите? — спросил он. — Что же вы такого совершили, что вас на ночь глядя совесть замучила?
— Два убийства. — Андрей достал из кармана «Макарова» и положил его на стол рядом с телефоном.
Ему показалось, что при виде пистолета все вокруг пришло в движение. Старший лейтенант, взяв за ствол, вложил оружие в полиэтиленовый пакет. Капитан быстро набрал на телефоне три цифры:
— Алло, это проходная. Тут явился гражданин с повинной… Говорит, два… Оружие сдано… «Макаров»… — Он положил трубку и кивнул Андрею: — Идемте к дежурному следователю.
Пропустив Сереброва вперед, капитан вывел его в маленький дворик. Пакет с пистолетом он держал в руках, словно ребенок новогодний подарок. Перед входом в здание спросил:
— У вас документы при себе есть?
— Да, паспорт.
Очередному часовому коротко бросил на ходу:
— Мы к Троекурову.
Вслед за капитаном Андрей вошел в приемную. За столом перед компьютером сидела молодая секретарша. Судя по тому, с каким азартом она двигала по коврику мышкой, не отрывая взгляд от экрана монитора, девушка была увлечена игрой.
— Вы посидите, — сказал капитан Андрею и прошел в следующую комнату. Через минуту он вышел уже без пистолета, жестом пригласил Сереброва в этот же кабинет.
За столом сидел молодой круглолицый человек в форме. Разговаривая, он ежеминутно поправлял пятерней редкие длинные волосы, спадавшие ему на лоб. Это был дежурный следователь Троекуров.
Помнивший, о чем его спрашивали в милиции, Андрей сразу представился, дал следователю паспорт и рассказал про совершенные им убийства Прыжкова и Репиной. Говорил он в присутствии капитана и вызванной секретарши, которая вела протокол.
Троекуров спрашивал, в каком помещении были совершены убийства, как Андрею удалось уйти с места преступления. Поинтересовался, рассказывал ли он кому-нибудь об этом раньше. Узнав, что днем тот побывал в милиции, где ему и посоветовали идти в прокуратуру, не мог сдержать торжествующую улыбку, по-свойски подмигнул капитану. Долго выяснял, с кем и о чем Серебров там разговаривал.