Переход

Шаповалов Александр Викторович

Все, против двух ему не продержаться, — подумал Инвар.

Человек, сражающийся против горилл, был ему симпатичен и, ощущая свою беспомощность, он отвернулся, не желая видеть гибель воина. Его взгляд случайно упал на колдуна, про которого он как-то забыл, тот по-прежнему возился с костром. Вдруг воздух над костром стал густеть, не прошло и секунды, как сформировалась приличная туча. Стивенсон напряг зрение.

— Не может быть, — произнес он.

Туча оживала, воздух наполнился жужжанием. Теперь это была не просто туча, а рой диких пчел. Колдун выкрикнул что-то на незнакомом Стивенсону языке, и сделал направляющий жест в сторону, где сражался с монстрами человек. Рой, поднявшись выше, устремился к площадке, где воин из последних сил уворачивался сразу от нескольких монстров. Миллионы диких пчел устремились в указанном направлении, расстояние в несколько сотен метров было преодолено за пару секунд, после чего рой разделился. Каждая отдельная часть роя накинулась на горилл, плотно облепив

их. Монстры катались по земле, пытаясь отбиться от пчел, но те продолжали безжалостно их жалить. Не прошло и минуты, как несколько монстров уже лежало без признаков жизни. Остальные, старясь спастись бегством, кинулись прочь. Воин на площадке, устало опустился на плиту, казалось, он с трудом верил, что остался жив.

Колдун, в отличие от воина, не спешил с отдыхом, он разводил новый костер, ещё больше чем предыдущий. Из подвала появилась голова одного из прячущихся. Колдун что-то нервно выкрикнул ему, продолжая свои приготовления. Голова тут же спряталась назад, спустя какое-то время из подвала стали выскакивать люди, на этот раз они тащили с собой узлы. Когда все обитатели подвала вылезли, они чуть ли не бегом бросились к мосту. Неожиданно из разрушенного дома вырвался огненный шар и на огромной скорости врезался в дом к которому подбегали люди. Часть дома, в которую угодил шар, обрушилась, перекрывая улицу битым кирпичом. Люди заметались в панике, дети вцепились в плечи взрослых, их широко раскрытые глаза были полны слез и ужаса.

Воин сражавшийся с гориллами, успел добраться до растерявшихся людей. Он собрал возле себя мужчин, направив самых молодых охранять женщин и детей, остальных повел к дому, откуда вылетел шар. Воины разделившись на тройки, перебежками приближались к дому. Противник засевший в развалинах встретили их градом камней, которые в прочим не причинили значительного урона атакующим. Атакующие проникли в дом. Разрушенное здание не имело целой крыши и, чтобы увидеть происходящее, Стивенсон поднялся повыше. В проломе крыши стало видно — воины рода успели за это время справиться с новыми врагами, которые к удивлению Инвара, тоже были людьми. В отличие от нападавших, которые сохранили налет былой цивилизации, убитые были одеты в шкуры. Лица некоторых из убитых скрывали жуткие маски. Справившись со всеми, племя, которое Стивенсон обнаружил первым, стало поспешно отходить. Инвар поднялся ещё выше, желая увидеть причину поспешного бегства рода. Достигнув облаков, Стивенсон увидел как с востока на город двигалась орда, именно это слово подходило скопищу живых существ, что заполняли захламленные улицы города. Они, словно грязный поток, растекались по городу, сметая все на свое пути. Племя, которое обнаружил Стивенсон, было не единственное спасавшееся бегством, ещё несколько групп с разных концов города бежали к мосту, несколько семейств грузились в лодки. К одной такой группе выскочил с десяток обезьяноподобных, вперемешку с людьми, одетыми в шкуры. Мужчины, крепче сжав оружие, бросились на защиту своих детей и женщин. Монстры, завидев добычу заорали, оглушая животным ревом округу, дети в лодке заплакали от ужаса. Две женщины, налегая на шесты, старались побыстрей отчалить от берега. Один из воинов, защищавших отплытие лодки, преградил дорогу монстру, направлявшемуся к воде, он метнул копье, которое вонзилось в бок твари. Монстр сделал прыжок и, приземлившись возле человека, ударом каменного топора снес ему полголовы. Затем, заревев, вытащил копье, отбросил в сторону и направился к лодке, успевшей отплыть на несколько метров. Рост чудовища превышал два метра, а дно, видимо, было пологим. Быстро догнав лодку, монстр схватился за край и стал тянуть её к себе. Одна из женщин ткнула шестом, целясь в глаз монстра, в последний момент лодку качнуло и шест угодил в лоб твари. Монстр успел перехватить шест и рванул его на себя. Женщина, продолжая держать шест, упала прямо в лапы монстра. Тварь издала победный клич и недолго думая разорвала женщину на две части, тут же вонзив огромные кривые желтые зубы в дергающееся в агонии тело. Другая женщина, откинув шест, схватила лежащий на дне лодки самострел и всадила стрелу прямо в глаз твари. Монстр, отбросив куски человеческого тела заревел, попытался вырвать стрелу из глаза, но та, застряв в кости, не желала выходить. Черная кровь чудовища залила дно лодки. Женщина трясущимся руками пыталась перезарядить самострел, но руки её не слушались, стрела никак не хотела ложиться в ложе. Наконец ей это удалось, женщина подняла самострел, чтобы добить тварь и в этот момент тетива арбалета лопнула, не выдержав натяжения. Женщина безвольно опустила руки и зарыдала, упав на колени. Несколько детей вцепились в неё, ища защиты от чудовищ, они с перекошенными от ужаса глазами смотрели на берег.

К этому времени с мужчинами, которые пытались защитить своих близких, было покончено, некоторых из них тут же принялись пожирать «гориллы». То ли добычи на всех не хватило, то ли мясо детей было вкусней, но два монстра, отбросив трупы мужчин, вошли в воду, желая догнать лодку. Одному из чудовищ это удалось. Настигнув лодку монстр схватил женщину легко подняв её вместе с детьми, которые вцепились в женщину мертвой хваткой. Но, похоже, в данный момент несчастная женщина интересовала его

не как кусок мяса, ему была нужна самка. «Горилла», стряхнув детей, разорвал одежду на женщине и потащил её к берегу.

Чтобы выйти из реки монстру осталось сделать несколько шагов, как вдруг ему в спину вонзилась стрела. Массивный наконечник, пробив тело насквозь, торчал между ребер монстра. Воздух наполнился свистом летящих с другого берега стрел. Толстые, похожие больше на дротики стрелы утыкали весь берег, многие из них настигли свои жертвы, причем людей такая стрела пробивала на вылет.

Стивенсон посмотрел за реку: набережную заполняли вооруженные люди. Они не сбивались в дико орущую толпу, как на этом берегу, а выстраивались в боевые порядки. Стивенсон видел, как натягивались балистры и многозарядные бриколи. Последовал залп, и на этот раз в врага полетели не только стрелы, но и горшки, наполненные горючей жидкостью. Монстры и люди из числа их союзников метались по берегу, пытаясь укрыться от летящей с другого берега смерти. Но спрятаться было негде — орда идущая с востока напирала, не позволяя укрыться среди домов. Началась толчея и давка, каждый хотел найти для себя какую-нибудь защиту.

Вдруг до Инвара долетел звук, чем-то напоминающий барабан. Он поискал глазами, откуда мог доноситься этот звук, и вскоре обнаружил его источник. По широкому проспекту заброшенного города двигалась огромная площадка на колесах, её тащили шесть быков. В центре площадки горел костер вокруг которого в дикой пляске прыгало трое человек. Каждый из них имел свое отличие, на голове у одного из шаманов красовался череп какого-то крупного животного. К поясу шамана было привязано несколько черепов, кажется были даже человеческие. В бубен вместо палки шаман бил костью. На голове второго шамана была надета деревянная маска, голое черное тело с нанесенным на нем ритуальным рисунком извевалось в трансе из Африки. На эту мысль наталкивала маска, скрывающая голову шамана, а также соломенная юбка. Третий был чем-то похож на первого, только по всей длине к его лохмотьям были привязаны кисти рук, как животных, так и людей. Охраняли повозку одетые в доспехи гориллы и конные латники. По краям площадки стояли арбалетчики внимательно следящие за округой.

Вдруг колдуны задергались, словно в конвульсиях и повалились на повозку.

Стивенсон стал крутить головой, надеясь увидеть, к чему привели пляски шаманов. Сначала не было видно ничего необычного, но затем он заметил, что над войском на другой стороне реки появилось облачко. Не прошло и минуты, как оно превратилось в грозовую тучу. На реке тоже творилось необычное, в нескольких местах появились водовороты, увеличиваясь прямо на глазах. Дальше произошло вообще невероятное — на месте водоворотов стали подниматься водяные столбы, причем одни из них тянулись к туче, другие потихоньку приближались к берегу. Инвар понял замысел шаманов, масса воды в столбах запросто могла смыть не только людей, но и целый состав, если бы он там стоял. Зловещая туча, наверное, также была полна сюрпризов, она разбухла от воды и, казалось, готова была раздавить всех, кто был внизу. Воины за рекой, почувствовав опасность, засуетились, они сдвинули ряды, укрываясь за щитами. Построение показалось Стивенсону знакомым.

— «Черепаха», они строят «черепаху» — прошептал он, когда увидел как поверх первого ряда уселись воины второго, затем и третьего рядов. Когда построение было закончено, оно напоминало скорее пирамиду, чем «черепаху».

— Ничего не понимаю, — удивленно произнес Инвар.

И в этот момент на перестроившееся войско из туч посыпался град. Даже со своего места Стивенсон видел — градины были огромны. Падая, они ломали балистры, кое-где даже обрушивались ветхие стены близлежащих домов. Инвар с замиранием сердца смотрел на выстроенные пирамиды, понимая, что людям не выжить после такого буйства стихии. Но прошла минута, другая а пирамиды стояли — градины, попадая в шит под углом, просто соскальзывали вниз, образуя сугробы. К концу третьей минуты первый ряд практически был скрыт под упавшим с неба льдом. На четвертой минуте туча стала светлеть, и, по-видимому, исчерпав свои возможности, растаяла. Водяные столбы на реке, наоборот, стали толще, они угрожающе близко подошли к берегу.

«Против такого выстроенные пирамиды не спасут» — подумал Инвар. Словно услышав мысли Стивенсона, воины стали соскакивать вниз, строясь в прежние порядки.

Верхушки водяных столбов тем временем стали понемногу наклоняться вперед, почти нависая над строем воинов. В последний момент, когда казалось гибель войска неминуема, в основание столбов ударили молнии. Вода в месте попадания в долю секунды превратилась в пар и вся масса воды обрушилась вниз.

У Стивенсона после всполохов молний перед глазами стояли ломаные линии.

«Странно» — подумал он, — «тела нет а все побочные эффекты присутствуют».

Когда зрение вернулось в полном объеме, стало видно, что на берегу появились новые лица. Полсотни всадников на каменной набережной выделялись из общей массы ярким пятном. Это были настоящие рыцари в начищенных до блеска латах. Но не это привлекло внимание Стивенсона — в центре отряда рыцарей, в окружении нескольких старцев в белых балахонах, на черном жеребце сидел человек со смутно знакомым профилем. Это был мужчина лет шестидесяти, с гордой осанкой и ещё крепким телом.