Переход
Шрифт:
— М-м-м-ы — прорычал Стивенсон на обращение «господин» и с головой ушел под воду.
Вода пахла дубом и цветами, погружаясь в нее, он испытывал целую гамму чувств. Из такой ванны сложно было сразу вылезти, побриться и убежать по делам. Хотелось лежать, не шевелясь, ощущать каждым сантиметром кожи как аромат трав проникает внутрь, принося с собой энергию леса. Стивенсон вынырнул, оставляя на поверхности лишь нос и рот, его грудная клетка равномерно вздымалась, позволяя воздуху в легких поддерживать тело возле поверхности. Вообще Инвар сейчас испытывал чувство, сравнимое лишь с невесомостью. Хотелось только лежать и ни о чем не думать, послать всех подальше с их желаниями спасти мир или наоборот,
Скрипнула дверь, возвращая Стивенсона к действительности.
— Господин, — произнесла вернувшаяся Пегги, — ничего конкретного по друидам я не нашла, но на всякий случай прихватила несколько трактатов про ведьм.
— Спасибо, времени нет, — с сожалением произнес Инвар, — много дел, да и гости ждут.
Пегги подошла к ванной и стала массажировать плечи.
— Вы так напряжены, вам надо расслабиться.
— Не могу, гости ждут.
— Подождут, все равно им деваться некуда, — произнесла Пегги, расстегивая пуговицы на платье.
Видя это, Стивенсон ощутил прилив желания.
— В конце концов, гости и правда могут подождать, — подумал он, наблюдая, как девушка грациозно соскользнула в ванну. Через миг её груди прижались к нему, шаловливые руки под водой гладили низ живота. Пегги взглянула на Инвера серыми, полными невинности глазами, как бы спрашивая разрешение, на продолжение игры. Стивенсон не выдержал и обнял девушку, впиваясь в её губы.
Через час, покидая ванную комнату, Инвер чувствовал себя способным горы свернуть. Нервозность и беспокойство ушли, словно их смыла волна или растопили жаркие ласки девушки. Вспомнив Пегги, Стивенсон улыбнулся — она служила в замке третий год и никогда до этого дня не подавала даже намека на близость.
— Почему? — спросил он, когда вулкан страсти немного утих.
— Я всегда мечтала об этом, — пожав своими прекрасными плечиками, ответила Пегги.
— Но почему именно сегодня? — вновь спросил Стивенсон.
— Не знаю, наверно время пришло, — произнесла девушка.
— На что ты рассчитываешь?
— Я уже получила то, на что рассчитывала, — улыбнувшись, ответила девушка и вылезла из ванны.
Стивенсон ещё раз улыбнулся своим воспоминаниям.
— Надо ей обязательно что-нибудь в следующий раз привезти, — подумал Инвар, и от этого у него в груди приятно заныло.
— Похоже, у меня начался переходный возраст, раз стал западать на молоденьких девочек, — слегка пожурил он сам себя.
В личных покоях его ожидал Радж, и портной.
— Как ополоснулись, шеф? — ехидно усмехнулся начальник разведки.
— Неплохо. Что у тебя?
— Ничего срочного, — уклончиво произнес пакистанец, — все гости собрались. Просили передать, что готовы встретиться с вами после захода солнца.
— Понятно, хоть что за публика?
— Странная, необычная, — в двух словах охарактеризовал Радж гостей.
— Другого я и не ожидал, — уставившись на портного, сказал Стивенсон. — Ну а вы с чем пожаловали?
— Как же, сэр, последняя примерка! Это вам не костюмчики от итальяшек. Мое одеяние достойно чтобы его носили короли, — задыхаясь от возмущения, произнес портной.
— Эти костюмчики, между прочим, несколько тысяч евро стоят, — заметил Инвар.
— В большом мире люди совсем с ума посходили, платят тысячи, за то, что не стоит и сотни, — парировал портной, выкладывая перед Стивенсоном своё творение. Одеяние было выполнено в стиле средневековья, но сочетало в себе и удобства современной моды.
— Не слишком пышно? — спросил Инвар.
— По-моему, в самый раз, — высказал своё мнение Радж, чем поднял свой статус в глазах портного сразу на несколько пунктов.
— Вы хозяин этих
— Я согласен с вами, мастер Вильям, — поспешил успокоить портного Стивенсон.
Вильям Роуд, как большинство талантливых творческих людей, легко срывался в истерику, которая потом переходила в многодневный запой. Склонность к алкоголю как раз и разрушила карьеру молодого, подающего большие надежды модельера.
Впервые показав свою коллекцию, Вильям шокировал публику своими нарядами, в одночасье взлетев до небес. Заказы стали сыпаться на него со всего мира. Но все закончилось так же быстро, как и началось. Началом краха стал конфликт с одной голливудской звездой, которая заказала сначала у Вильяма целый гардероб, но затем отказалась, переметнувшись к более знаменитому кутюрье. Несдержанный Роуд, во всеуслышание обозвал звезду напыщенной куклой, и пообещал съездить ей по физиономии при встрече. Что он и сделал, встретившись со звездой, на одном из показов. Все это сошло с рук, публика любит скандалы, но Вильям запил и сорвал множество заказов. Богатые капризные клиенты, оставшись без обновок, быстро нашли место, где можно было потратить деньги, и звезда Вильяма Роуда вскоре погасла. Он скатился на самое дно, и особо не стремился оттуда вылезти. Стивенсон случайно увидел его пьяного на улице и узнал, так как был его почитателем и даже имел несколько вещей модельера, причем это были одни из самых его любимых вещей. Ему стало жаль талантливого портного и он, представившись Магдуглом, предложил Вильяму переехать в замок. Как не странно, модельер ухватился за это предложение. В замке он на удивление легко приспособился к нелегкой жизни селянина, с удовольствием занимаясь не только одеждой, но и огородом.
— Ещё бы вы не были согласны, — фыркнул Вильям и с гордо поднятой головой вышел из комнаты.
— Когда он не в духе, я его побаиваюсь, — признался Радж.
— Не ты один, — сознался и Инвар.
Едва солнце село за горизонт, в коридоре раздались шаги и бряцанье оружия. Стивенсон вышел из своих покоев, возле дверей помимо двух молодцов, стоящих на посту, (нововведение командира охраны замка), в полной экипировке выстроился почетный караул из четырех человек.
— А вы тут что делаете? — спросил у караула Стивенсон.
— Прибыли, чтобы сопровождать вас, милорд, — доложил один из воинов.
— Во как, меня удостоили новым титулом? — удивлено произнес Инвар. — Но я не помню, что получал какое-либо уведомление от королевской семьи.
— Таков был приказ называть вас, милорд.
— Да, — подумал про себя Стивенсон, — а здесь всё серьезней, чем я думал.
Он не стал больше ни о чем спрашивать воинов, решив, после как следует поговорить с Раджем и Дреком, командиром дружины.
Стивенсон шел по замку, и все встречные уступали ему дорогу, при этом он с удивлением отмечал: люди не просто отходили в сторону, они кланялись ему. Ничего не понимая, Инвар продолжал путь, однако он чувствовал, что-то изменилось в отношении людей к нему. Кроме привычного уважения как к хозяину замка, прибавилось ещё восхищение, что ли. И чем ближе они подходили к большому залу для приемов, тем больше народу попадалось им навстречу. Это были уже не случайные встречные, эти люди пришли сюда специально, чтобы увидеть его. Перед большими двухстворчатыми двери в зал, вообще было не протолкнуться. Сопровождавшие его воины остановились перед дверьми, оттесняя зевак и освобождая дорогу. У Стивенсона едва хватило самообладания, чтобы сдержать эмоции и не задавать глупые вопросы. В воздухе буквально витало ощущение торжественности и тайны.