Ожидание
Шрифт:
Стукнула дверь. Кажется, кто-то вошел. Неторопливые шаги слышны далеко в пустын-ном здании. Странно! Такая тишина, и…шаги, которые словно секунды, приближают её к чему-то неотвратимому…
Неужели девчата не закрыли входные двери? Все словно вымерли…или просто разбе-жались, оставив её наедине с этой страшной тишиной и гулкими шагами, которые ос-торожно приближаются к её кабинету…Нет!
И Ника, вдруг схватив лежащий на полу молоток, прижала его к груди, крепко обхва-тив тонкую ручку двумя руками. Осторожно ступая по полу, приблизилась к слегка при-открытой двери. Она прижалась к стене, с ужасом, и напряжением
— Это он, он, он! — стучало сердце, отдаваясь эхом в её мозгах, перекликаясь, как ни странно с шагами, неотвратимо приближающимися к дверям… Но вот шаги замерли, ручка дернулась и дверь, тихо скрипнув, стала открываться…
Затаив дыхание, Ника следила за тем, как медленно открывается дверь. Сейчас он войдёт, и если она успеет ударить первой, то…
— Вероника, ты здесь? — раздался негромкий мужской голос, и, Ника, с изумлением ус-тавилась на дверь.
Пальцы её рук мелко задрожали, и, ослабев, она медленно поползла вниз, всё также продолжая прижимать молоток к груди. А мужчина, постояв в открытом проёме, тихонь-ко закрыл дверь, и через минуту его шаги стали затихать в пустынном зале.
Наверное, Ника сидела недолго в своём кабинете на полу, потому-что вскоре непода- леку раздались весёлые голоса девчат продавщиц, и тут-же тётя Нюра, пожилая тех-ничка, хриплым прокуренным голосом прокричала:
— Девчата! Двери за собой сами закрывайте!
Лишь тогда Ника словно очнулась, и, кое-как встав с пола, с недоумением уставилась на молоток, который продолжала крепко сжимать в руках
— Господи, что со мной происходит? — прошептала она, с отвращением отбрасывая его от себя. — Неужели, я готова была убить человека, не зная, кто он? Не видя его? Нет, так нельзя! Страх нельзя допускать к себе. Нельзя, но…мне страшно, страшно, и это ужасно!
Ника закрыла ладонями лицо, но в это время послышался негромкий стук в дверь, и, через секунду на пороге показалась улыбающаяся Лариса.
— Вероника Антоновна, вы идёте домой?
— Да, конечно! — засуетилась Ника, поспешно скидывая с ног лёгкие тапочки, и натяги-вая сапоги.
Как-же она забыла, что сегодня сама всех отпустила пораньше домой. Лариса уже почти закрыла за собой дверь, когда Ника крикнула:
— Лора, ты видела сейчас Колесова?
Дверь вновь приоткрылась, и Лариса, пожимая плечами, ответила:
— Нет! Сегодня к нам никто не приходил!
— Как никто? — остановилась Ника, — а минут десять тому назад мужчина заходил в здание…Разве его никто не видел?
Лариса густо покраснела, смущенно опустила глаза, и сбивчиво принялась объяснять:
— Пока тётя Нюра мыла пол в отделах на втором этаже, мы с девчонками сбегали в соседний магазин за продуктами. Это же рядом, всего пять минут, туда и обратно. А что? Разве что-то случилось? — с испугом спросила женщина, но Ника, махнув рукой, устало пробормотала:
— Да нет! Ничего не случилось, слава Богу! Мне видно что-то показалось! Да и не муд-рено чему-то померещиться в этом огромном пустынном здании.
И тут-же, откинув назад длинные черные волосы упавшие ёй на лицо, она весело засмеялась:
— Ой, Лора! Надо нам быстрее открываться, а то ведь такое в голову лезет…
— Конечно надо! — обрадовано подхватила Лариса. — Девчонки уже сами переживают. А если постараемся, через
— Знаю, знаю! — грустно кивнула Ника. — Я вас прекрасно понимаю. Ладно, иди Ла-риса домой. Ну, а двери, уходя, за собой всё-же прикрой хорошо!
Закончила она укоризненно, и продавщица, смущенно опустив глаза, согласно кивнула головой.
— Ма, ты помнишь, что завтра у бабушки день рожденье!
Гера насмешливо уставилась на свою мать удивительно красивыми, небесно-голубы-ми глазами. Ника, вдруг с горечью отметила, за всеми передрягами, она совершенно забыла о том, что бабушка будет обязательно ждать их в этот день. Она накроет празд-ничный стол, сядет у окна, и будет просто ждать! Все эти годы, Ника вместе с детьми приходит к маме поздравить её с днем рождения, и с первым днем весны. И хотя, все-го неделю назад дети ушли от бабушки, и ночуют теперь дома, но завтра день осо-бенный. Завтра, они все вместе выберут бабушке цветы. Наверное, это будут розовые хризантемы, или лучше всего белые.
Ника помнит с детства, тот куст белых хризантем, что стоял в старой желтой каст-рюле, в кухне, на подоконнике их огромного окна. До сих пор, она помнит терпкий по-лынный запах растения, яркую белизну цветов, похожих на снег. Они цвели так дол-го, что казалось, ни одного дня невозможно было прожить, не полюбовавшись на эти бе-лоснежные цветы, не почуяв их запах, отдающий летним зноем, полынью и солнцем. Она и сейчас помнит, как долгими зимними днями, часами любовалась этими цве-тами, вдыхая их аромат, бессознательно вглядываясь через окно на соседский пле-тень, за которым иногда мелькала кожаная ушанка соседского мальчика…
Ну, а помимо цветов, завтра они купят ещё какой — нибудь незатейливый подарок, и вскоре появятся у мамы.
Да! Она совсем забыла о мамином дне рождении, замотавшись со своими делами и магазином. Мама её поймёт, даже если Ника в этот день не появится в её доме. Но де-ти… Дети её не поймут…
Странно! Чем старше становятся дети, тем чаще ты о них забываешь, тем меньше ты стараешься удивить их, поразить чем — то, напомнить о чём — то важном…Тем чаще, уже сами дети напоминают тебе о том, о чем ты обязан помнить всегда, и что должен ещё сделать. Следует ли из этого, что мы стали более занятыми, по самые уши погрязли в делах, или наши дела сделали нас более медлительными, ленивыми и равнодушными в какой-то степени. Или так много стало у нас важных дел, за которыми мы порой не замечаем, как вырастают наши дети, как уходят в мир иной наши родители, и как ста-реем мы. И, не это ли первый признак надвигающейся старости?
Нет! О старости ещё рано говорить, и даже думать. Просто она закружилась в делах, как белка в колесе. И о маме она помнит, и о детях. Она знает, что дети всегда ждут от каждого прожитого дня какого-то праздника, или чуда! Пусть это чудо они сделают свои-ми руками, в виде яркой поздравительной открытки, или маленького сюрприза в виде расчески- гребенки, купленной в магазине, доставившей удовольствие и взрослым и де-тям, но это удовольствие будет потом долго помнится, если не всю жизнь. Итак, само- дельные открытки с поздравлением уже готовы, и завтра они все вместе едут к маме!