Оттенок ночи

Диан Кэтрин

Гораздо проще и безопаснее сосредоточиться на сексе. Он хотел её. Она хотела его. Секс был хорошим способом отвлечься, идеальным прикрытием — и это всё, что Талия могла иметь с ним. В эти краткие моменты ей приходилось притворяться. В эти краткие моменты она получала его себе.

Она будет с ним сегодня вечером, и это будет грубо и необузданно. Она дразнила его, играла с его триггерами. Кроме того, под фасадом внешней невозмутимости Лука злился, и ему не шло на пользу такое подавление всякого дерьма. Он всегда был

склонен к подобному поведению, а чего ещё можно ожидать от мужчины, который был вынужден сам себя наказывать, даже будучи ребёнком?

Талия провела в Ордене несколько лет, прежде чем кто-то — не Лука — рассказал ей об этом. Именно тогда она поняла, какой организации посвятила себя. К тому времени было уже слишком поздно. Она уже принесла присягу. Она уже была влюблена в сына Мастера.

— Ты хочешь потрахаться, — сказал Лука почти обвиняющим тоном.

Талия пропустила это мимо ушей.

— А ты разве нет?

Лука сунул руку в карман куртки, и фары М5 вспыхнули, когда дверцы разблокировались. Талия обошла машину и села на пассажирское сиденье.

Когда они отъехали от тротуара, она изучала его профиль. Его взгляд был напряжённым, пока он смотрел сквозь ветровое стекло в холодную ночь. Его руки крепко сжимали руль, тело напряглось.

Он не стал расспрашивать её, как она ожидала, не стал продолжать их разговор с самого начала.

«Что случилось? Ты в порядке?»

Талии потребовалось некоторое время, чтобы отвлечься от этих вопросов и подобрать правильный тон, правильные слова.

— Разве ты не хочешь потрахаться?

Глаза Луки на мгновение закрылись, затем он потянулся и схватил её за руку, опустил её себе между ног и прижал к твёрдому бугру своего члена. Он отпустил её руку, но Талия сжимала его до тех пор, пока у него не перехватило дыхание. Он ни на секунду не отрывал взгляда от дороги.

Когда они заехали на парковку у его дома, Талия вышла и осмотрелась, как и Лука. Они направились к лифту.

Когда двери лифта закрылись за ними, Лука скрестил руки на груди, стараясь не обращать внимания на эрекцию, натягивающую ширинку.

— Что случилось? — спросила она, когда больше не смогла сдерживаться. — Ты…

Двери лифта открылись, и Лука вышел, доставая из кармана ключи, и направился по чистому пустому коридору к двери своей квартиры.

— Что случилось? — повторила Талия, когда они оказались внутри.

— Это не имеет значения.

— Ладно. Это не имеет значения, — раздосадованная Талия упёрлась рукой ему в грудь и толкнула к стене.

Его глаза сверкнули, а губы разомкнулись, обнажив удлинившиеся клыки. Талия прижала руку к его эрекции через плотный материал его тактических штанов.

— Тебе это нравится, не так ли? — сказал Лука, что отчасти было попыткой пошлых разговорчиков, отчасти выражением злости.

Талия сжала его.

—

Ты же знаешь, что нравится.

Лука зарычал, когда её рука скользнула ниже и коснулась его набухшей мошонки. Не имело значения, что Талия тоже расстроена и обеспокоена, раздражена, ожесточена и зла — её тело всё равно хотело его. Так было всегда. Она с болью и отчаянием ждала, чтобы Лука схватил её и дал ей что-нибудь. Иногда он был таким чертовски упрямым.

И она сжимала его всё сильнее, пока он не сделал то, что она хотела. Она обнаружила, что её разворачивают. Она упёрлась руками в стену, когда Лука придвинулся к ней сзади. Его рука потянулась к молнии её комбинезона. Когда он оторвал её от стены, чтобы стянуть комбинезон с её плеч, она оттолкнула его локтем и сама закончила раздевание.

Как только она освободилась от одежды, Лука снова прижал её к стене, раздвинув ей ноги и просунув руку между ними. Его пальцы вонзились в неё. Она втянула воздух, выгибаясь навстречу ему.

Его пальцы исчезли, и Талия услышала звук посасывания.

— Боже, ты такая вкусная.

Одна из его рук легла ей между лопаток, пригвождая её к стене. Когда она услышала, как Лука расстёгивает ширинку, предвкушение охватило её, воспламенив кровь.

— Держись, — приказал он, и Талия вскрикнула от внезапного, горячего проникновения его твёрдого члена.

Её лоно сжалось вокруг него. Одной рукой он обхватил её косу, а другой держал за бёдра, доминируя над ней так, как ей нравилось. Он медленно отстранился, прежде чем жёстко и глубоко толкнуться в неё. Талия вскрикнула от облегчения и удовольствия.

Боже, она нуждалась в этом. Ощущать его, чувствовать, как его тело погружается в неё. Это заставляло всё остальное исчезнуть. Он всегда был для неё возможностью сбежать.

Лука отстранился и снова вошёл в неё. И снова.

И снова.

Он внезапно вышел и сделал шаг назад. Талия привалилась к стене. Она повернулась, и её бёдра дрожали, её опустевшее лоно сжималось. В тусклом свете, льющемся из окон гостиной, Лука казался таким мрачным и властным. Его эрекция торчала из расстёгнутых брюк, он взял себя в руку и поглаживал.

— Так вот чего ты хочешь от меня.

Да, это одна из тех вещей, которых она хотела, но Талия не могла этого сказать, поэтому она скользнула рукой к своей промежности.

— Тогда покажи мне, как сильно ты этого хочешь.

С удовольствием. Талия любила эти игры власти так же сильно, как и он. Потому что они иногда менялись местами. Потому что так играть было безопасно — но только с Лукой.

Талия подошла к нему и опустилась на колени. Он уступил ей свой член. Пока она брала его в рот, он снял куртку и футболку. Он был восхитительно твёрдым, и его щёлка сочилась предэякулятом в её рот, но он никак не реагировал на её внимание. Сегодня вечером он был очень раздражён.