Оттенок ночи

Диан Кэтрин

И не просто шпионит. Кто-то её предал.

Кто-то пытался её убить.

«Кинк» был контактным местом для этой работы. До сегодняшнего визита в убежище Антона на складе, Талия встречалась с ним здесь, чтобы обсудить контракт. Любой, кто предаст её, будет работать на обе стороны. Они придут сюда, чтобы собрать информацию об Антоне… и о ней.

По крайней мере, она так и поступила бы.

Поэтому она обойдёт клуб, затем зайдёт в комнату охраны и просмотрит видеозаписи.

— Ареталия.

От этого голоса у неё кровь застыла в жилах.

Талия медленно повернулась и увидела

знакомое лицо, знакомое во многих отношениях. Красивое лицо с гладкой кожей Луки и идеальной линией подбородка. Но глаза были другими: тёмными (тогда как у Луки они были янтарными), холодными и пустыми, хотя Лука только притворялся таким.

Такого же роста, такого же телосложения. Но отец обладал убийственным спокойствием, с которым не мог сравниться даже Лука — и спасибо за это Идайосу.

Талии потребовались годы, чтобы понять, что Лука стремился спасти её в ту ночь, когда она пришла в Орден, обагрённая кровью своей семьи, и когда он пытался помешать её вступлению в их тёмную компанию. Она негодовала, почти ненавидела его за это. В то время она была настолько переполнена болью и жаждой мести, что не могла представить себя, свою жизнь без этого момента.

Лука мог. И он хотел пощадить её, защитить. От того, каким, как он знал, будет её будущее. От того, как Орден извратил его самого. От его отца.

— Мастер Яннек.

Талия поклонилась ему, несколько сдержанно из-за публичной обстановки. В доме Ордена она бы стояла на коленях, уткнувшись лбом в пол.

Он сделал лёгкий жест в сторону бара, и Талия, опустив подбородок, пошла впереди него. Он был тенью позади неё, тёмным и молчаливым существом. Последовал ли он за ней в «Кинк» или уже был здесь? Она никогда не узнает, если только он сам не решит сообщить ей об этом, чего он точно не сделает.

Талию охватила паника. Видел ли он её с Лукой? Знал ли он об их контакте? Сочтёт ли он это нарушением её клятвы?

Выбрав место у стойки, откуда открывался хороший обзор, Талия повернулась лицом к Мастеру. Он подошёл и встал рядом с ней, небрежно облокотившись на стойку. Она могла бы принять это за попытку слиться с атмосферой, но он сильно опёрся на локоть, отдыхая. Её он бы наказал за такую небрежность.

— Статус, — сказал он.

Бармен с обнажённой грудью и пирсингом в сосках начал приближаться, но затем повернулся к другому клиенту, когда Мастер Яннек затенил его сознание.

Талия призналась в том, что, несомненно, было известно Мастеру.

— Моё задание остаётся незавершенным, — затем добавила: — Я не знала, что вы в Портидже.

Его бесстрастное лицо никак не отреагировало на её дерзость, но он сказал:

— Я последовал за одним из наших.

Талия нахмурилась, услышав странную фразу. Он имел в виду её? Или, что ещё хуже, Луку?

— Ты работаешь с Реном? — спросил Мастер Яннек.

Рен? Здесь? Она не видела Рена с тех пор, как уехала из Нового Орлеана, и это могло означать только одно.

Талия на мгновение отложила это знание, сказав только:

— Нет. Мы не контактировали. Почему он здесь?

Тёмные глаза Мастера Яннека изучали её.

— Именно это я и хотел бы выяснить.

Вот в чём дело: Талия не доверяла и никогда не будет доверять Мастеру Яннеку, только не после

того, что он сделал, только не после того, что он заставил её сделать. Он мог лгать. Возможно, Рен находится здесь по его приказу, мешает Талии тоже по его приказу. Тот факт, что она не могла вообразить себе какую-либо причину для этого, не означал, что такой причины не существовало.

Поэтому Талия ничего не сказала о камере в своей конспиративной квартире и о том, что произошло с Цезарем Мазаем. Она ждала, что Мастер что-то потребует от неё. Возможно, ей придётся подчиниться ему, но она не обязана была ничего предлагать по собственной воле.

Взгляд Мастера Яннека не отрывался от её лица, когда он сказал:

— Лукандер в здании.

Страх, словно электрический разряд, пронзил тело Талии, но она попыталась ничего не показать, попыталась не реагировать. Казалось, это было бессмысленное усилие, потому что Мастер Яннек приподнял бровь.

Поскольку ей нужно было что-то сказать, потому что он, очевидно, знал, она ответила:

— Это просто секс.

Это та же ложь, которую она сказала Луке, та же ложь, которую она говорила и себе.

— Тогда ты зря тратишь ресурсы, Ареталия.

Она уставилась на Мастера.

Чего бы она ни ожидала, но только не этого. Она могла ожидать обещания наказания. Она могла ожидать, даже от него, малейшего намёка на эмоции.

— Используй его, — приказал Мастер Яннек.

Талию охватила странная смесь облегчения и ужаса. Облегчение от того, что, по-видимому, никаких последствий не будет, по крайней мере, пока. Ужас от дальнейшего ухудшения её отношений с Лукой. Солгать о своих чувствах, солгать о том, почему она отвергла его — уже достаточно плохо. Но использовать его…

Ей не стоило следовать за ним в ту первую ночь. Это её вина, её промах, её ошибка — она это знала. И Боже, как она за это заплатит.

Талия предприняла безнадёжную попытку уклониться от приказа.

— Я не уверена, что это…

— Но не забывай, Ареталия, что ты принадлежишь Ордену. Не забывай о клятве, которую я дал тебе той ночью.

Как будто она могла когда-нибудь забыть это. Как будто она не чувствовала тяжести невидимых оков, которые он на неё надел.

«Я клянусь: если ты попытаешься покинуть Орден, если ты попытаешься последовать за ним, я убью вас обоих. Вам негде будет спрятаться, потому что нет такого места, где бы я не искал, и нет такой ночи, когда я перестал бы охотиться на вас. Ты можешь выиграть год или даже десятилетие, но я найду вас. Если ты уйдёшь, его смерть будет на твоей совести, Ареталия Вос».

— Сейчас не время для воссоединения семьи, — сказал Мастер Яннек. — Перехвати его. Займи его. Не говори никому о моём присутствии.

Поскольку ничего другого она сделать не могла, Талия склонила голову в знак покорности и приготовилась снова солгать мужчине, которого любила больше жизни.

Глава 20

Пока Кир обводил взглядом узкий переулок в поисках признаков присутствия оставшихся демонов, он не мог избавиться от ощущения, что они с Ронаном попали в ловушку. Конечно, они уничтожили эту ловушку, но Киру не нравилось ощущение того, что они побывали в ней.