Оттенки Тьмы
Шрифт:
И Рейме с ужасом чувствовал, что постепенно в его сознании начинает тяжёлым туманом расползаться отвратительное ощущение — что так было всегда. Что именно так и должно быть. И так будет и дальше.
Рейме скучал по Вельстадту. Переживал за Вендрика. Злился на Нашандру.
И искренне сочувствовал брату короля.
Алдия, конечно, освоился с ролью правителя. Рейме помогал ему чем мог, он же взял на себя проведение совещаний с министрами и консультантами в других областях — пока они не привыкли к самому регенту и не перестали вести себя на собраниях как мыши в присутствии кота. Нашандра тоже старалась изо всех сил —
За прошедшие полгода капитан стражи узнал об Алдии достаточно, чтобы проникнуться к нему уважением. И достаточно, чтобы понять, почему люди так его боятся.
Мимоходом кивнув Велладжеру, сидящему в приёмной за столом, заваленным бумагами, Рейме прошёл в королевский кабинет, замедлившись лишь на мгновение, чтобы пару раз стукнуть по двери — чисто приличия ради. Он уже давно не спрашивал разрешения и не просил доложить о себе, входя к работающему регенту.
В кабинете было сумрачно и зябко. На столе горели три свечи в канделябре, и в их свете лицо сидящего в королевском кресле человека выглядело маской, вырезанной из тёмного рассохшегося дерева.
Заметив вошедшего, Алдия на мгновение оторвал взгляд от документа, кивнул и продолжил чтение.
— Отвратительно выглядишь, — сказал Рейме, усаживаясь в кресло напротив. — Не краше своих подопытных.
Алдия отложил лист бумаги и потёр глаза. Руки его были все в чернильных пятнах.
— Тоже мне новость, — сказал он. — Знаешь, сколько я не спал?
— Сколько? — тут же заинтересованно спросил Рейме. — Даже дольше, чем я предполагаю?
— Лучше тебе этого не знать, — Алдия откинулся на спинку кресла и протяжно зевнул. — Да ещё и погода такая… Опять дождь, да? Пожалуй, тебе не помешает согреться. Да и мне… — он наклонился и извлёк откуда-то из ящика огромного письменного стола круглый графин и два небольших стакана.
— Вообще-то я на службе, — заметил Рейме.
— Да брось ты, — Алдия поморщился и налил в каждый из стаканов на два пальца тёмно-красной жидкости. — Тебе, чтобы опьянеть, надо это всё выпить и ещё три раза по столько, — он кивком указал на графин. — А это — так, символически. Ты промок, я устал…
— Ну, если символически — тогда давай, — Рейме взял стаканчик.
— Всё в порядке? — спросил Алдия, отхлебнув крепкой настойки и снова откинувшись в кресле. — Ты и сам выглядишь… Не очень бодрым.
— Да уж, — Рейме улыбнулся одним уголком губ, — особенно сейчас — такой мокрый и жалкий, что сам кошмарный архимаг и регент Дранглика собственноручно наливает мне выпить, чтобы я не простудился… Ну что тебе сказать. В замке всё спокойно. В государстве — как минимум не хуже, чем было вчера. А в остальном… — он вздохнул и быстро глянул в сторону окна.
Алдия сделал то же самое.
— Ты веришь, что они вернутся? — неожиданно спросил Рейме.
— Да, — не задумываясь ответил архимаг. — Как же иначе?
— А вот я, — капитан вздохнул и через стол протянул Алдии свой стакан, — поймал себя на том, что уже как-то… — он замолчал и скривился.
Алдия молча налил им ещё по паре глотков настойки.
Некоторое время они молча сидели, держа стаканы в руках, не отпивая, но и не ставя их на стол.
Рейме вдруг встряхнулся и сел прямо. Осторожно поставил стакан на край стола. Чуть наклонил голову, прислушиваясь к чему-то.
Алдия удивлённо уставился на него.
— Слышишь? Ты слышишь?!. — капитан сорвался с места, отшвырнув кресло, и бросился прочь из кабинета.
Колокол… Это колокол на башне, на которой установлена подзорная труба.
Алдия. Давно
Огоньки парусов в сером мареве горели тускло, как остывающие уголья. И было этих огоньков намного меньше, чем полгода назад, когда они постепенно таяли на горизонте…
Алдия, с трудом различая ступени из-за бьющих в лицо косых струй дождя, бежал вниз по лестнице на причал, в десятке шагов позади по ступеням катилась разноцветная гомонящая толпа придворных. А впереди белой чайкой, увлекаемой безжалостным штормом, летела Нашандра — совершенно не по-королевски подобрав подол мокрого, липнущего к ногам платья. Справа и чуть позади за ней чёрной тенью следовал капитан Рейме.
Флагманский корабль ткнулся в берег как раз в тот момент, когда королева выбежала на причал. Она остановилась, будто налетев на стену, и застыла, прижав руки к груди. Алдия, задыхаясь от быстрого бега и глотая попадающие в приоткрытый рот дождевые капли, остановился чуть позади Нашандры, пытаясь сквозь сплошную пелену дождя разглядеть, что же происходит на палубе.
С борта на берег скинули сходни. К ним тут же подбежали двое портовых работников, повозились у их свободного конца, что-то проверяя, закрепляя… И замерли, вытянувшись по стойке «смирно», когда на сходни ступил и начал торопливо спускаться, балансируя на скользких досках, первый из прибывших. Алдия шагнул вперёд, силясь рассмотреть его лицо. С досадой протёр глаза, которые тут же снова залило дождём. Рост и осанка… Это ведь он?.. Ничего не видно. И так страшно ошибиться…
Нашандра со сдавленным криком сорвалась с места и кинулась прибывшему на шею. Вцепилась в него, заплакала, выкрикивая что-то неразборчивое. Вендрик обнял её и замер, поглаживая супругу по мокрым волосам. Поднял голову и встретился взглядом с братом. Улыбнулся — устало и как-то жалобно.
У Алдии подогнулись колени. Только сейчас, когда бремя упало с его плеч, он до конца осознал, каким тяжёлым оно было.
Дождь продолжал хлестать по лицу, и теперь Алдия был ему за это очень благодарен.
***
Суматоха во дворце ещё не улеглась, придворные сновали туда-сюда, готовились какие-то празднества — пир, бал, приём, демоны знают что ещё… До Вендрика пока было не добраться. Алдия перекинулся с братом буквально парой слов, и того унесло вихрем всеобщего ликования. Да и Нашандра не отпускала его ни на мгновение, плача и смеясь, осторожно прикасаясь к лицу, плечам, волосам супруга и не обращая ни малейшего внимания на окружающую толпу.
Надо как-то переждать это безумие… Алдии отчего-то было сильно не по себе. Как будто он всерьёз опасался, что один из его повторяющихся кошмаров прошедших месяцев стал явью: что вместо Вендрика из-за моря вернулся кто-то другой, принявший его облик…