Остров

Гот Ол

До своего появления на острове, у Речел никогда не было даже подобия близких отношений с крестницами Георга. По сценарию они были соперницами. Впрочем, и в жизни их разделяла пропасть меду теми слоями общества, к которым они принадлежали. Даже на Багамах, когда в их постелях часто спали одни и те же мужчины, отношения оставались не намного ближе. Речел была для сестер де Гре чужой. Женщиной, которой доверили роль в их общем спектакле, который они разыгрывали под руководством всемогущего режиссера.

Несколько более близкие отношения сложились скорее с их матерью. Но и Бет де Гре только выполняла свои обязанности, исполняя волю Теодоракиса – позаботится об одном из персонажей его очередной «постановки». Речел прекрасно понимала,

что точно также аристократка вела бы себя с любой другой девушкой, заботу о которой бы ей поручили.

В течение двух лет Речел была подручной Георга – шлюхой, которая за его деньги должна была соблазнить нужного ему человека. И хотя впоследствии она сама мечтала в любой роли продолжить дело, в которое ее вовлек «верховный Жрец», разницу между собой и двойняшками она видела ясно. Только после смерти Рона она поняла глубину своих чувств к нему и попыталась вырваться на свободу. Но возлюбленный погиб, и совесть ее довольно быстро успокоилась. «Жрец» с греческого острова и его подручные снова манили ее воображение. И о ней вспомнили, что собственно и стало причиной всех событий произошедших с ней в последнее время. Но эти события коренным образам изменили и отношения между женщинами. Общее несчастие. Добровольное заточение на отрезанном от всего мира клочке земли. В конце концов, дружба с Диком их объединили. Сделали близкими людьми. Настолько близкими, насколько близкими могут быть любящие друг друга женщины.

Участие двойняшек помогло Речел избавиться от ночных кошмаров. Теперь она спала в одной постели с Лиз. Тесса освободила место в постели сестры. Она, наконец, нашла замену неуступчивому Дику. Решительно прибрала к рукам его брата, как только тот рискнул появиться на террасе их дома. Прибрала настолько решительно, что любовное ложе в коттедже, где поселился Ричи, в тот же день было объявлено чуть ли не супружеским.

Память прошлого перестала тревожить Речел по ночам, но теперь и она сама не могла забыть того наслаждения, которое испытала при последней встрече с ушедшим. Тело томилось и просило, но для нее даже в мыслях было неприемлемо заменить образ Рона другим мужчиной.

Ричи оказался куда менее скромным, чем Дик и при первой же возможности попытался проверить «отзывчивость» девушки. Получив явный отпор, он отстал, но при любом удобном случае попытки возобновлял. Даже мысль о связи с мужчиной Речел отвергала. С некоторым недоумением она обнаружила в себе монашескую верность образу, пришедшему в сновидениях.

Однако надо было признать, что Ричи особо Речел не выделял. Его рук не миновали и младшие сестры двойняшек, которые откровенно висли у него на шее, и молодые японки, которые все это время обслуживали подруг и явно были близко с ним знакомы. Впрочем, во всех случаях дело дальше тесных объятий не шло и Речел, которой Тесс поручила следить за верностью любовника, могла с чистой совестью ее успокоить. Любовник был верен. Мелкие плотские забавы в счет можно было не брать.

Моряк сделал по настоящему доброе для подруг дело - благодаря ему, девушки тесно сошлись с японками. Впервые дни пребывания на острове у них даже ни возникало мысли о близком знакомстве с этим холодновато - корректными азиатками. Вначале Речел казалось, что даже легкие платья горничных на них сидят, как мундиры военных, а невозмутимый покой лиц не может нарушить ничто на свете.

Ричи растопил лед в отношениях азиаток с подругами, а события, которые вскоре вовлекли в свой водоворот всех, сблизили их до такой степени, что они стали настоящими, близкими друзьями. Друзьями внимательными, чуткими, всегда оказывавшимися «в нужном месте и в нужное время». Кроме всего прочего японки обладали такими специфическими талантами, что удивили даже двойняшек и тем более, куда менее сведущую Речел.

Девушка получила возможность сбрасывать груз истомленного желанием тела не только с двойняшками, но и с новыми подругами. Более того,

в конце концов, они стали основными партнерами, помогавшими ей израсходовать весь запас неизрасходованной страсти. Любовная связь с женщинами не казалась изменой «ушедшему», тем более, что ни сестры, ни тем более японки на ее верность и не думали претендовать.

Дружба с двойняшками не угасла, но события, в центре которых они оказались, просто на время их развели. Речел, двойняшки, Дик и его брат, да и все их окружение стали участниками грандиозного открытия, которое, казалось, давало возможность объяснить всю мистику произошедшего с ней за это время.

Мистическая связь ее сновидений с капищем самых разнузданных древних религий Средиземноморья для нее была очевидна. Она была убеждена, что все, что с ней произошло, не было случайностью, и она надеялась на новую встречу с Роном, одновременно ужасаясь чудовищ, его окружавших.

Девушка постаралась быть подальше от пещеры, и вся отдалась работе ныряльщиков в лагуне. В начале Ричи ее просто заставил надеть баллоны акваланга, и с ней произошло все тоже, что было с остальными девушками. Первые же погружения показали ей такой удивительный, прекрасный, ни на что не похожий мир, наделили такой свободой передвижения в пространстве, что она искренне была рада тому, что не стала копаться в прахе забытых пещер.

Ричи, как моряк, естественно был руководителем группы подводников и вначале был озабочен только тем, как развлечь собравшуюся вокруг него компанию молодежи. Подводная охота казалась единственным достойным занятием. Берти и молодые японки живо поддерживали командира в его развлечении. Марго же и Вив вместе с Речел, напротив, отдавали все время поискам подводных чудес. Рыбы, моллюски, актинии и прочая морская живность завораживали своей красотой и девушки были искренне рады, когда Макдедли, узнав об их увлечении, подарил им фотокамеру для подводной съемки. Речел, имевшая представление о фотографии, довольно быстро ее освоила и стала основным подводным «репортером». Все, что заслуживало внимания, оставалось на пленке, и теперь они могли поделиться увиденным с другими.

 Собственно первенство в подводных находках принадлежало тоже им. Пушки с французского фрегата нашла Маргарет, а первые снимки сделала Речел. Девушки дали всем остальным по-настоящему достойное приложение сил.

Речел была старшей и единственной, опытной женщиной в этой компании, к тому же старавшейся вести себя с молоденькими девчонками на равных и это сразу создало между ними доверительные отношения. Она стала тем человеком, к которому девушки в первую очередь обращались со своими проблемами. Неожиданно для самой себя, это помогло ей в то время занять место старших сестер, в отношении Маргарет и Вивьен. Да в немалой степени и Берти, который беспрекословно признал авторитет тети Речел, особенно, когда Ричи унес с острова очередной приказ командиров. А молоденькие японки просто стали ее близкими подругами-любовницами.

Точно также, она быстро поладила с Саэко, когда та стала руководителем подводников, после ухода Ричи и не было никаких проблем, когда командиром стал Дик. Благодаря ему, подводные пловцы стали основными героями открытия того, что про себя Речел в последствии всегда называла «Капищем».

Залы подземных храмов ни в коей мере не походили на то, что ей привиделось в ее ночных кошмарах, но все что она видела в них, по сути, было их новым воплощением. Даже откровенно поверхностные знания Речел подсказывали ей, что все храмы были местом поклонения разным воплощениям, но все же одной и той же богини. Во всех храмах она отчетливо находила варианты одних и тех же верований. Скульптура, а главное фрески на стенах не оставляли сомнений в том, какого рода ритуалы здесь совершались. Звероголовые боги, лохматые козлоногие сатиры и фавны сходились с опьяненными экстазом менадами и вакханками. Видеть все это не хотелось. Оживали недавние воспоминания.