Охота за тенью

Velena А.

***

...-Как же мне осточертел этот город... Как же я хочу куда-нибудь в лес, к тишине и спокойствию!

– Поближе к комарам, клещам и диким змеям?
– Иронично вопрошает молодой человек, расположившийся за соседним столом, боком к окну. В отличие от меня, сгорбившейся над бумагами, он откинулся на спинку стула и закинул ноги на стол. Видите ли он до того устал, что не может разбирать корявки молодых дежурных стражей. А я можно подумать, после слежки длиной в сутки, не

устала!

– К нечисти.
– Мрачно поясняю я.
– К привычной понятной, и считай уже родной нечисти, по которой сразу видно, что она - это она, и бить нужно именно ее. А вместо этого сиди здесь, прирастай к стулу, разбирайся в этом клубке и думай, выясняй, кто плохой, кто хороший, а кто ни то и ни это, просто мимо проходил!

Я подпираю кулаком подбородок и тоскливо гляжу в окно, за которым мелькает и бурлит разношерстная толпа - окна управления городской стражи выходили прямо на центральную городскую площадь.

– Тем более, уже давно не тальник.
– Добавляю я задумчиво.
– Можно с комфортом ночевать прямо в лесу, а не рыскать в поисках избушек лесников. Кстати, а какое сегодня хотя бы число!?

– Сейчас первый день зарника.

– Вот, я даже счет времени потеряла!
– Я с тоскливым стоном утыкаюсь головой в стопку отчетов.

– Так ты девятый ранг никогда не получишь - укоряет меня Виктор.
– Простой путь, как правило, неверный. Обычную нежить и бить проще. Ее и ученики легко гоняют. А самый интерес как раз в сложности. Того же зубаря найти проще простого, а ты попробуй разыщи в городе замаскированную шайку вурдалаков, или как у нас, демонопоклонников!

– Вот и искал бы, а не втягивал в это кодло простодушную меня!
– Бурчу я, перелистывая страницу, исписанную убористым почерком. Экономят они эту бумагу, что ли...

– А вы, женщины, более усидчивы - спокойно парирует охотник.
– И внимательны к мелким деталям. Это известный факт. И если бы не ты, я бы не додумался, что в ритуале был использован порошок из корня ирмета. С обонянием у вас тоже как-то получше.

– Не расхваливай, не куплюсь!
– Огрызаюсь я вяло, но лесть все равно сработала. Становится как-то даже приятнее работать. Вот ведь зараза, как он хорошо меня знает!

– Но знание того, что один из них настоящий колдун, пока ничего не дало.
– Вздызает он и морщится, потирая виски.
– Второй уровень как минимум у одного, но я думаю, что их таких должно быть двое. Следы настоящей, а не заемной силы, слишком отчетливо чувствуются. И к сожалению, они в курсе, что я здесь, а тебя в лицо еще не знают.

– Как ты говорил, легкий путь чаще всего неверный? Колдовали бы себе, наращивали резерв естественным путем, и лет через шесть дотянули бы по уровню силы до третьего ранга.

Но нет, сила им нужна именно здесь и сейчас. И ничего умнее эти энтузиасты не придумали, чем призвать хаос.

В дверях появляется молодой стражник:

– Госпожа Хельдин, а вы еще не убирали мой рапорт? Я тут вспомнил, там бы дописать кое-чего...

Я, не отводя взгляда от изучаемого отчета, протягиваю руку к краю стола, беру скомканный шарик дешевой бумаги. Подтягиваю его к себе и начинаю медленно разворачивать. Он до последнего не понимает, что это и есть тот самый рапорт, который он писал весь вчерашний вечер.

– А... а чего вы сделали?

– Там нужно не "кой-чего дописать", а переписать его весь. Место происшествия - подворотня, на которую выходят окна двух домов на несколько семей, и у тебя только один свидетель!?

– Так спали же все, госпожа Хельдин!

– Спали поголовно, беспробудно, включая бдительных старушенций, которые круглую ночь, аки псы, бдят у окна едва ли не с подзорными трубами?

– Да что нам, этих сплетниц опрашивать!? Они ж навертят с три короба, такого наплетут про весь дом, что волосы дыбом встанут!

– Ваше дело - сурово отзывается Виктор из угла - выслушивать всех, кто хоть краем глаза мог видеть подозреваемых. И пусть они хоть всю улицу выставят упыриным кодлом, вы должны найти самого подозрительного упыря. Или вы старушке принципиально не поверите, даже если она увидит, как ее сосед тащит окровавленный труп по коридору?

– Ну, труп-то это другое...

В разговор включается второй страж, начав еще в коридоре:

– Мы лучше знаем эту работу, знаем местных, кому можно верить, а кому нет, и методы у нас уже налажены свои!

Я поднимаю голову.

– Тогда как же так получается, что мы вынуждены говорить вам, что делать?

Возмущенное лицо старшего стража явно говорит о том, что вместо моих слов он услышал что-то вроде: "Заткнитесь и слушайте нас, заезжих молодых выскочек, потому что мы умнее!" Но почему-то молчит. Наверное, подавился. Зато воодушевляется первый, почуяв за спиной поддержку.

– В отличие от ордена, у нас еще почти тридцать дел, из них восемь - убийства с грабежами, и нужно расследовать их все, а не только то, которое вам показалось интересным! А у нас и без того людей мало, и времени.
– Добавляет он уже тише, поняв, что мы можем интерпретировать его слова как попытку обвинить орден в злоупотреблении полномочиями. Если захотим.