Охота за тенью

Velena А.

А все потому, что после того как родные узнали, что я ведьма, житья мне дома не стало.

– Все так - кивнула ведунья.
– А в школу магов тебе, значит, не надо?

– Ну... Оно же там все за одним забором вроде как, и если что, пойду к магам. Но хочу быть охотницей!

Она вздохнула, словно слышала это тысячу раз, и посмотрела на меня с жалостью.

– Ты хоть понимаешь что это значит, воробушек?

Я

непреклонно замотала головой.

– Не надо меня отговаривать! Я все обдумала. И об охотниках много знаю. У них очень тяжелые тренировки, они постоянно пьют зелья, а потом всю жизнь ездят и сражаются с нечистью. Ни минуты покоя. Знаю. Меня с сестрой когда-то от слун охотники спасли. Я у них и расспросила. Я смогу!

А сама так и сжалась за маской детской самоуверенности. Идти мне было больше некуда и не к кому, за спиной ничего - ни прошлого, ни имущества. Это был последний шанс. К тому же...

– Ладно, подойди сюда.
– Вздохнула старушка.
– Бесполезно разубеждать. Ты у меня за этот месяц четвертая.

Я встала, стянула шапку, оставила лежать на лавке.

– И все неудачи?

– Да. Ломитесь, не зная куда...

Я послушно встала перед ведуньей. Она прошептала что-то и положила теплую ладонь мне на лоб. Прикрыла глаза. Я задержала дыхание.

Вдруг все перед глазами поплыло, и я рухнула на пол, почему-то слыша вокруг грохот разбитой посуды.

Глаза открыла и закашлялась от запаха бодрящего зелья, которое мне сунули под нос. Разбито ничего не было. Так наверное, полку только задела.

– А-а-а... ой, голова болит!

– Еще бы она не болела. В разум тебе не влезешь, крепкая защита от природы.

Я испуганно повернулась к ней, и женщина успокаивающе кивнула.

– Успела я увидеть, успела. Ты не как те, трое. Ты - сможешь. Хотя так и не сказала бы... Будет трудно, но если выживешь, обучение не бросишь. Так что я объясню дорогу. И даже могу дать на нее денег. Но ответь еще на один вопрос: ты уверена, что знаешь, куда направишься, и что там тебя ждет?

– Нет.
– Я шмыгнула носом, кляня холод и свою простуду, и поспешила добавить - То есть, я же не знаю точно, чему там учат, но понимаю, что будет гораздо хуже, чем в Магике. Конечно трудно будет, и больно, наверное, но... Я всю жизнь мечтала, что сделаю жизнь других лучше. Что...

– Я видела.
– Призналась ведунья.
– У тебя убили отца. И теперь ты хочешь сделать так, чтобы у кого-то отец остался жив. Этого не осуждаю. Но я не зря сказала "если выживешь". Ты знаешь, что некоторые из учеников до получения метки просто не доживают? Когда ты ступишь на порог и заявишь о том, что пришла на обучение, обратной дороги не будет. Только в охотники, или в могилу.

– А я понимаю.
– Ответила я тихо.
– Только все равно пойду. Там от меня будет какой-то смысл. А не здесь.

Она

махнула рукой.

– Ты сама выбрала. Жди. Сейчас отправлю им послание, чтобы ждали...

Снова темнота. Словно черный занавес перед глазами, словно кто-то спрашивает: а ты готова увидеть, что за ним?

Не знаю, готова или нет. Но не прятаться же от собственного прошлого.

...На крыше было холодно. Только недавно с земли сошел снег, оставшись лежать во впадинах и оврагах грязными комками, и несмотря на солнце, здесь, на крыше корпуса, до костей пробирал промозглый ветер. Солнце катилось к закату.

За толстыми каменными стенами, окружившими громадный, вымощенный камнем внутренний двор, простирался пустырь, еще прошлым летом выкошенный от травы. Слева он уходил до самой реки, далеко блестевшей под солнцем. А впереди, куда я смотрела, через пустое место заканчивалось, и начинался лес. Он густел, поднимал кверху кроны массивных сосен, и тянулся до самого горизонта.

Над лесом уже почти час вился густой дым, плотным столбом уходя вверх. Там, наверное, ветра не было...

Шаги были мягкими, как кошачьи, и почти неразличимыми, но я их узнала и вздохнула. Рано или поздно, он бы все равно меня нашел. Но лучше бы поздно.

Он не спеша подошел ближе и сел рядом, тоже взглянув на лес. Дым уже начал истаивать, и легкий ветерок погнал его над кронами вдаль, к самому горизонту.

– Почему ты не пришла на погребение?
– Спросил учитель.

Я поежилась. Очень не хотелось даже рта раскрывать, и выдавливать из себя какие-то объяснения было выше моих сил. Но он не требовал их, а просто спрашивал. Мягко, ненавязчиво, и вроде как оставляя возможность проигнорировать его.

– Этого ведь могло не случиться.
– Произнесла я тихо. - Всего лишь маленький промах. Всего лишь неосторожность. Сколько раз такая неосторожность сходила нам с рук? Откуда ему было знать, что рядом гнездовье?
– На последнем слове мой голос чуть не сорвался.

– Да, ты права. Это могло случиться с кем угодно. Даже со взрослым охотником. Но как ни называй, Хельдин, это была ошибка, совершенная из желания рискнуть и показать себя там, где это не требовалось.

Я промолчала.

Один из учеников, Дарис, во время учебной вылазки решил задержаться, и в одиночку расправиться с нечистью, которую мы называли "неяра". Нас учили драться с такими, и не раз. Мы их уже не боялись. Подумаешь, тело и крылья птицы, руки и голова от человека.

Двоих он убил без особых задержек, но потом почему-то решил пойти глубже в лес. Удаляясь от своего наставника, который, дав задание, ждал его на условленном месте. И когда Дарис наткнулся на гнездовье неяр, никто его уже не услышал... Старший охотник уловил сигнал с амулета, который был зовом о помощи, но успел только отбить его тело у озверевших хищниц. Не бросил, дотащил до крепости и Целителей, но поздно.