Один мертвый керторианец
Шрифт:
— У компьютера есть! Но что толку! — проскрежетал зубами Бренн. — Вся сеть в целом парализована. У меня же нет автономной электростанции!
«А у меня есть…» — очень к месту подумал я, но Бренн уже вскакивал.
— Похоже, нас поймали! Надо уносить… — Обернувшись, он замер, и, чуть повернув голову, я увидел рядом с собой Уилкинса, наведшего бластер на голову моего друга.
— Послушайте, Лаган, завязывайте этот театр! Ловко придумано, да не слишком. Вы-то в данный момент у нас в руках. Или отзывайте своих людей, или вы покойник! — По его тону я понимал, что майор далек от шуток.
— Что он мелет, Ранье!? Мы же теряем время!..
Я видел, как поблескивающие в воцарившейся полутьме глаза Бренна лихорадочно шарят
— Ну как знаете!
Я почувствовал, что сейчас последует выстрел, и, вскочив, не своим голосом заорал:
— Уилкинс! — Он не пошевелился, но и не выстрелил.
— Опустите бластер! Немедленно! Это приказ!
Одно долгое мгновение он колебался, но затем подчинился и, выругавшись, бросился к двери. Приоткрыл, глянул в щелку, затем распахнул чуть пошире: в приемной, не имевшей окон, было темно — хоть глаз выколи. Однако Уилкинс, видимо, что-то различал, так как скомандовал:
— За мной, герцог! Быстрее! — и шагнул вперед. Но не успел я сдвинуться, как услышал шипение бластера и еще один окрик:
— Поздно! Назад!
В следующую секунду я увидел, как Уилкинс спиной входит в дверь, стреляя куда-то в темноту. Оттуда донесся крик боли, а затем два ответных луча под углом пронзили проем, чудом не задев майора. Выстрелив последний раз, Уилкинс захлопнул дверь с нашей стороны, и в то же время я заметил движение справа — это Бренн, копошившийся в нижнем ящике какого-то шкафа, выпрямился, держа в каждой руке по метательному ножу керторианского производства…
«Интересно, в кого полетят эти ножи?» — как-то отстранение подумал я, продолжая стоять столбом посреди комнаты. А что было делать? Никакого оружия, кроме рук, у меня не было.
Но долго расстраиваться мне не довелось — через несколько мгновений все уже кончилось. Но в эти несколько мгновений уместилось многое… Внезапно Уилкинс отскочил назад и упал ничком, и тотчас же дверь взорвалась, по-видимому подорванная гранатой. Полуоглушенный от вспышек и грохота, я инстинктивно отпрянул назад и увидел две тени, появившиеся в проеме. Левый не сделал внутрь и шага, сраженный Уилкинсом, стрелявшим с пола практически в упор, правый успел выстрелить в Бренна, но промахнулся и тоже пал с кинжалом в горле. Но за первыми в кабинет ворвались еще двое, и один из них уже навел на меня ствол. Я дернулся влево, к стене, и смертоносный луч нронесся мимо, но убийца, взяв поправку, вновь нажимал на курок… И тут Уилкинс каким-то непостижимым обращаем вскочил с пола, бросаясь наперерез лучу и одновременно стреляя сам! Они оба рухнули на пол, справа раздался глухой вскрик Бренна, и его второй кинжал, сверкнув в воздухе, вонзился в грудь последнего убийцы.
Вот так я и обнаружил, что единственный безоружный единственным и остался на ногах после схватки. Идиотизм!..
Однако надо было что-то делать, и я засуетился: моя левая шагнула влево, к Уилкинсу, а правая соответственно вправо — к Бренну. Я чуть не упал и посоветовал себе не сходить с ума. Уилкинс вроде шевелился, а вот Бренн распростерся на полу без намека на движение, поэтому я кинулся к нему.
К счастью, даже беглый осмотр показал, что все не так уж и плохо. Бренн был без сознания, но жив. Лазерный луч угодил ему в левую половину груди, основательно ее разворотив, но сердце Бренна было с другой стороны, так что рана оказалась не смертельной. Существовала лишь угроза большой потери крови. Я огляделся в поисках какого-нибудь перевязочного материала, но тут услышал хриплый голос Уилкинса:
— Бросьте это!
Не вставая с колен, я обернулся — майор уже перевел себя в сидячее положение, опершись спиной на обломки мебели и зажимая рукой рану в левом плече. Поймав мой взгляд, он повторил:
— Бросьте это, босс. Он же сам говорил… остался жив, значит, выкарабкается. А вам надо убираться. Для полного счастья не хватает только… чтобы вы еще в кутузку загремели.
Этот
— Впрочем, погодите! — С силой вытолкнув эти слова, он оперся целой рукой об пол и попытался подняться, но тотчас тяжело осел обратно. — Нет… Я выбыл… на время… Да не стойте же!
Сделав несколько шагов по направлению к двери, я поравнялся с ним и снова запнулся — на лице Уилкинса возникло подобие его обычной усмешки…
— Ох, говорил же я вам — купите себе бластер! — непередаваемым тоном изрек он, и я не счел возможным указать, что лежащий неподалеку Бренн является наглядным примером того, что он не всегда бывает прав. — Но хоть теперь меня послушайте! Черт, мысли путаются… Во-первых, возьмите оружие. Во-вторых… Что во-вторых?.. А-а… Ни в коем случае не расставайтесь… со своими кредитками. Иначе я вас не найду… потом.
Его голос все больше слабел, а после последних слов и голова бессильно откинулась в сторону, — казалось, он тоже потерял сознание. Скрепя сердце я поднял бластер, выпавший из его руки, и бросился к двери, но на пороге он еще раз меня окликнул:
— Эй, босс…
Когда я обернулся, он слабо кивнул на тело, рядом с которым я стоял:
— Добейте-ка этого… Он еще дышит… С удовольствием выстрелив в затылок лежавшего на полу убийцы, я помчался прочь.
Глава 5
Когда я понял, что проснулся окончательно и бесповоротно, то открыл глаза и, сверившись с приборами, обнаружил, что до Сван-Сити еще два с лишним часа лета. Сплошная пелена облаков внизу и небогатое убранство кабины флаера — единственное, что я мог наблюдать уже около полутора суток, — успели достать меня так, что оставалось только взвыть. Что я и проделал — не очень музыкально, зато с большим чувством.
Но почему же я так долго болтался в небесах, ведь за это время можно совершить кругосветный перелет? Можно. Я и совершил. Просто, покинув университет и продравшись сквозь шторм в верхние слои атмосферы, я прикинул, что если отправлюсь прямиком в Сван-Сити, то прибуду туда за целые сутки до назначенного рандеву с Гаэлью. И все эти сутки мне придется непонятно как скрываться от властей, от убийц, от черта в ступе… Подобная перспектива показалась мне худшей, нежели проболтаться денек в воздухе без жратвы, воды и удобств, зато с гарантией, что тут-то меня никто не сыщет, — в силу метеорологических условий радиолокационные устройства на Денебе IV надежно не работали. Ну конечно, теоретически меня могли засечь из космоса, но знаете: флаер маленький, а планета — ой какая большая!.. В общем, мой полет протекал бестревожно.
Кстати сказать, и убраться из университета мне удалось без особых проблем, хотя парочка неприятных моментов была… Первый, когда, пробираясь по полутемному дворцу Бренна, я обнаружил, что полиция уже движется мне навстречу. Однако с этим удалось справиться достаточно легко: поле (или хрен знает что), не дававшее действовать керторианским приборам, исчезло столь же внезапно, как и возникло, и я благополучно прошмыгнул под самым носом у полицейских, завернувшись в кокон невидимости. Дальше было еще проще — в ближайшем проулке я наткнулся на припаркованную машину с водителем, и тот после сунутого под нос бластера любезно согласился отвезти меня к внешней стене. Там, правда, я чуть было не совершил ошибку, которая вполне могла оказаться роковой: решил зайти в бар за плащом. К счастью, в последнее мгновение вылезшая откуда-то из глубин сознания осторожность настойчиво посоветовала этого не делать. Оказалось очень мудро: в тот момент, когда передо мной открылись створки скоростного лифта, позади раздался взрыв — бар взлетел на воздух. Тогда, глядя на разлетающиеся в вихре пламени обломки, я сказал себе: «Все, хватит! Пора начать сводить счеты — графа „кредит“ может больше не выдержать!..»