Один мертвый керторианец
Шрифт:
— Ну что, майор, по-моему, штурмом нам эту крепость не взять?
— Уж не собираетесь ли вы постучаться?
— Именно. — Я направился к переговорному устройству, вделанному в решетку рядом с замком калитки.
— Остановитесь, босс! Это безрассудство! С досады я чуть не врезал кулаком по чугунному цветку: сегодня Уилкинс очень меня раздражал — обычно он был посообразительнее.
— Пошевелите мозгами, майор! Даже если Бренн исполнен самых кровожадных замыслов — о чем мне надоело спорить, — сейчас будет самое неподходящее время для их исполнения. Куча народа знает, куда мы направляемся, поэтому наше исчезновение не пройдет
Вдохновив таким образом самого себя, я, не дожидаясь ответа, нажал на кнопку с меткой «вызов». Раздавшийся через пару секунд щелчок и женский голос, спросивший:
«Кто там?», настолько смутили меня своей обыденностью, что я даже растерялся. Воспользовавшись этим, Уилкинс высунулся из-за моего плеча и ехидным тоном сообщил в интерком:
— Герцог Галлего к барону Лагану! Теперь уже пауза наступила на том конце, а затем женский голос без уверенности поинтересовался:
— Это шутка?
— Да. Розыгрыш. Герцог уже смеется. Не знаю, как барон!..
В последовавшей куда более длительной тишине между нами состоялся краткий обмен мнениями:
— Зачем выпендриваетесь?
— Злость срываю!
Однако Бренну, видимо, стало не слишком смешно, — во всяком случае, голос секретарши звучал достаточно торжественно:
— Профессор ждет вас. Следуйте за стрелками! Вслед за этим не вполне понятным заявлением раздался еще один громкий щелчок, разблокировавший замок калитки, и интерком отключился.
— Следуйте за стрелками, и они приведут вас в маленькое и уютное подземелье, где легко и приятно, а главное — очень по-керториански, можно сдохнуть от жажды, — ворчал Уилкинс, следуя за мной по дорожке. — Какие еще, к матери, стрелки?!
Это выяснилось, лишь только мы переступили порог непосредственно здания. Прямо перед нашими глазами в полутемном холле в воздухе загорелась небольшая указательная стрелка, направленная по диагонали в левый угол. А там горела еще одна: вверх и налево. И так далее — до самого кабинета Бренна, расположенного на третьем этаже в фасадной части дворца. Стрелки появлялись из ниоткуда, указывая нам путь, и исчезали, стоило нам их миновать. Эффектно — я и на Кертории такого не видывал… В остальном же дворец Бренна был так себе — в смысле дворцовости. Никакой особой роскоши — ковров там или картин… По-видимому, в качестве лаборатории он был более состоятелен. Во всяком случае, за многими дверями слышался шорох работы компьютеров, кое-где — обрывки разговоров, хотя собственно сотрудников мы не встретили.
За дверью же, в которую уперлась последняя стрелка, оказалась небольшая приемная, где за столиком сидела секретарша, с которой мы, очевидно, и разговаривали. Яркая блондинка, богато украшенная косметикой, она изящным жестом указала на еще одну дверь за своей спиной:
— Сюда, пожалуйста! — и тут же осеклась, глядя куда-то за меня, то есть на Уилкинса.
Ну я тоже посмотрел. Причина замешательства была ясна: в правой руке майора покоился бластер. Один из крупнокалиберных бластеров, первым делом приобретенных нами на Денебе. Поймав мой взгляд, Уилкинс чуть пожал плечами, но оружие не опустил. Честно говоря, я хотел попросить его хотя бы не палить в Бренна, едва он его увидит, но тут дверь распахнулась… Обернувшись, я увидел на пороге Бренна, широко мне улыбающегося:
— Привет,
— Привет! — Я не мог не улыбнуться в ответ.
— Мистер Уилкинс! — Бренн кивнул моему спутнику. Убрав улыбку, но как будто и бластер не замечая.
— Здравствуйте, — достаточно угрюмо отозвался Уилкинс.
— Ну проходите. Стрелять можно и сидя! С этими словами он развернулся и скрылся за порогом, а мы последовали за ним.
Кабинет у Бренна оказался невелик — значительно меньше моего — и сплошь заставлен аппаратурой. В основном, насколько я мог судить, компьютерного происхождения, но не только… Чуть разведя руками, словно извиняясь за тесноту, Бренн распорядился:
— Ты, Ранье, давай вот сюда. — Он указал на единственный, кроме его собственного, стул. — А вы, мистер Уилкинс, присаживайтесь на коробки рядом с дверью. Да-да, вот там… неудобно, но не обессудьте — обычно я здесь гостей не принимаю.
— А где ты их принимаешь? — поинтересовался я, втискиваясь на стул, зажатый между двумя шкафами, набитыми всякой всячиной.
— В гостиной. На первом этаже. — Бренн крутнул свое вертящееся кресло и уселся лицом к нам. — Но это помещение более надежно. И в смысле конфиденциальности, и защищенности.
— Кстати, о защищенности, — подал голос Уилкинс (бластер он по-прежнему не выпускал из рук, хотя держал менее угрожающе). — Я тут видел у вас кучу всякого барахла на стенах, но кто им управляет? Я что-то не заметил… э-э… охраны.
— А ее и нет, — радушно улыбнулся Бренн; — Здесь работают только гражданские. Держать телохранителей слишком дорого, а я не так богат, как Ранье.
— Так что же, это пугачи? — Уилкинс явно не верил ни единому его слову.
— Ни в коем случае. Я принял исключительные меры безопасности после — Не будем забегать вперед. Управление всем оружием ведется отсюда. — Он кивнул затылком в сторону огромного монитора, занимавшего добрую половину его рабочего стола.
— Всем оружием? — уточнил я.
— Ага, — кивнул он не без гордости, — я свалил все в единую компьютерную систему: и наше, и их. Пришлось повозиться, но получилось удачно. А управление я наше оставил — мысленное.
Я понимал, что все это говорится в основном для Уилкинса, дабы тот не питал иллюзий относительно того, кто контролирует ситуацию. Впрочем, я хорошо знал Бренна, и, казалось, вероятность серьезного конфликта между нами он всерьез не воспринимал, а очевидная враждебность Уилкинса его попросту забавляла. Да и вообще, Бренн отнюдь не выглядел мрачновато-угрюмым, как на нашей встрече в Нью-Фриско; в этот раз он больше походил на себя прежнего.
— Что молчим? — поинтересовался он. — Впрочем, я сам виноват — вы же все-таки у меня в гостях. Кофе? Или что покрепче?
— Кофе, — в один голос ответили мы. Бренн быстренько отдал секретарше указание, а затем подмигнул мне:
— Ты, кстати, кури, Ранье, если хочешь. Я проветрю йотом.
Я с удовольствием последовал приглашению, а он тем временем заметил:
— А ты не терял времени, старик. Просто разительная перемена. Выглядишь молодцом — не то, что тогда.
В его тоне проскользнула нотка уважения, и я польщенно хмыкнул, про себя отметив, что, сам-то Бренн изменился мало — те же джинсы, та же куртка. Нету только зеркальных очков, да рубашка другого цвета. Впрочем, судя по рельефной мускулатуре, просматривавшейся на неприкрытых участках тела, проблема утери формы перед Бренном и не стояла.