Очи черные
Шрифт:
– Ладно, – сказал Этли. – То есть ваша система идентификации лиц просканировала лица людей на вокзале, прогнала их через базу данных, и так всплыл мой запрос. А может ваша сверхсекретная программа сказать мне, что Уоллис Стоунман и ее друзья делали в этом чертовом Лонг-Айленде?
– Понятия не имею, друг мой, – ответил Билл с довольной усмешкой, – и теперь, мне кажется, это твоя проблема, а не моя. Твое здоровье.
11
На следующий день после поездки на остров Шелтер Валли проснулась, чувствуя себя более целеустремленной, чем когда-либо. Поиски биологической матери начались с мечты, как начинаются сказки, но ощущение сказочности мгновенно испарилось, стоило двум вооруженным незнакомцам появиться в доме Хатчей, в особенности того из них,
Валли пришла к ребятам в комнату отдыха для банковских служащих, где они пили горячий шоколад из микроволновки и ели вчерашние баранки.
– Я в библиотеку, – сказала она. – Эндрю Хачт что-то сказал о «людях Эмерсона». Я хочу прояснить, кто это, если получится.
– Мы и так уже в шоке от этого всего, – пожаловалась Элла.
– Тут теперь еще и вооруженные чуваки замешаны, – сказал Джейк. – Ты вляпалась в какое-то серьезное дерьмо, Валли.
– Я знаю.
– А на братьев Хатч ты уже забила? – спросил Тэвин. – Не собираешься туда возвращаться?
– Сейчас я хочу просто выяснить, кто такой Эмерсон, – сказала Валли, размышляя, а не слишком ли большое значение она этому придает, но при этом понимая, что если она не выяснит этого, то никогда себя не простит. – Мне просто надо двигаться дальше. Я скоро к вам присоединюсь.
Валли закинула сумку на плечо и пошла к заднему выходу из банка, через узкий проход на улицу. Там она внимательно осмотрелась кругом, чтобы удостовериться, что за ней не следят; встреча на острове Шелтер сделала ее осторожной. Если она и эти люди действительно ищут одного и того же человека, их пути могут снова пересечься в любой момент. На 87-й улице она огляделась по сторонам в поисках чего-либо необычного. Насколько она могла судить, проход был свободен, и она направилась к Амстердам-авеню и уже сворачивала на север, когда вдруг услышала сзади чьи-то шаги и, обернувшись, увидела Тэвина.
– Ничего, что ты одна? – спросил он.
Валли была бы рада думать, что Тэвин хочет, чтобы она позвала его с собой, чтобы нуждалась в нем. Но в настоящий момент это было бы слишком большой ответственностью.
– Спасибо, Тэв, – улыбнулась она. – Все в порядке.
Он кивнул, изо всех сил стараясь не показать своего разочарования, развернулся и пошел обратно к банку.
В библиотеке для свободного доступа в Интернет предоставлялось двадцать компьютеров, так что Валли пришлось ждать всего десять минут, прежде чем один из них освободился.
Она сняла пальто, села за компьютер и открыла страницу поисковика. Она ввела имя «Эмерсон», просто чтобы посмотреть, что выдаст поиск: более четырех миллионов страниц. Валли немного подумала и ввела слова «Эмерсон» и «Хатч». Сто сорок тысяч страниц. Тогда она ввела три слова: «Эмерсон», «Хатч» и «Россия». Результат был все равно неутешительный – несколько сотен страниц. Первая была посвящена Каботу Эмерсону Третьему, бывшему американскому послу в Советском Союзе.
Валли открыла «Википедию» и ввела имя Эмерсона. Открылась полная биография, сообщающая, что этот человек служил в Советском Союзе на протяжении почти двадцати лет и был советником по делам Советского Союза при четырех американских президентах. Умер он в середине семидесятых. Внизу страницы «Википедии» был список страниц на смежные темы, и одна из них заинтересовала Валли: «Школа Эмерсона, названная в честь Кабота Эмерсона Третьего и расположенная в Москве».
Разве в «Уолл-стрит Джорнал» Бенжамин Хатч не был назван «бывшим учителем»? Валли набрала в «Гугле» «Школа Эмерсона» и открыла первую страницу в списке результатов. Это был сайт школы, но тут Валли натолкнулась на непреодолимое препятствие: для входа на сайт школы необходимо было ввести логин и пароль.
Странно это, подумала Валли.
Прочитав статью, Валли поняла, почему собственный сайт школы оказался таким засекреченным. Школа Эмерсона была частной американской школой в Москве, названной в честь выдающегося американского посла и созданной специально для западных дипломатов, постоянно проживающих в России. Учениками ее были исключительно дети дипломатов и руководителей крупных компаний из Соединенных Штатов и других стран Запада, безопасность учеников ставилась в школе превыше всего.
Преподавал ли Бенджамин Хачт в школе Эмерсона, пока жил в России? Была ли Елена Маякова сама как-то связана с этой школой? Если да, может быть, отношения Елены и Бенджамина Хатча начались там. Если этот так, может быть, Бенджамин Хатч помог Елене перебраться в Америку. Может быть, единственной возможностью для Валли приблизиться к матери был путь не вперед, а назад; не надо ли повторить путь Елены в Америку, чтобы узнать, почему она покинула Россию и где в настоящий момент находится.
Слишком уж много было допущений. Валли не знала наверняка, поможет ли ей более подробная информация о школе Эмерсона в поисках Елены здесь, в Штатах, но эта цепочка возможных связей – от Елены через школу Эмерсона, Бенджамина Хачта в Америку – была для Валли единственной зацепкой. Ей необходимо было получить доступ к сайту школы Эмерсона.Из всех знакомых Валли только один человек обладал достаточными компьютерными знаниями, чтобы взломать защищенный веб-сайт, – до того как начать разгульную уличную жизнь, Ник Пирс был помешанным на компьютерах школьником из Нью-Джерси. Ник мог помочь Валли, но захочет ли он помочь – это другой вопрос. Все же они в ссоре.Валли побывала в двух старых прибежищах Ника на нижнем Ист-Сайде, но ушла ни с чем – два из них были наглухо заколочены, третье превратилось из старого захламленного промышленного склада в дорогой лофт. Она пошла по Авеню В, пересекла Ист-Хьюстон и направилась в последнее известное ей место, где можно было встретить Ника, – к станции метро на Эссекс-стрит.
С каждым шагом Валли все больше волновалась. Раз она до сих пор не нашла Ника, значит, найдет скорее всего уже под кайфом – к тому времени когда она с ребятами ушла от него, его пристрастие к наркотикам совершенно вышло из-под контроля, и до Валли доходили слухи, что с тех пор все стало еще хуже. Его настроение теперь полностью зависит от того, что он принял в этот день: крэк, героин, матамфетамин, оксикодон – вариантов много плюс ему могло попасться что-то еще.
В каком бы наркотическом состоянии он ни находился, Валли была уверена, что он все еще порядочно зол на нее. Это Ник втянул Валли в уличную жизнь, пригласил ее в свою компанию и научил большинству того, что ей было необходимо каждый день, чтобы выжить. Но в конце концов оказалось, что из них двоих самой сильной была Валли.
Они повстречались за полтора года до того и за несколько месяцев до ухода Валли из дома. Валли и Дариен, ее школьная подруга, прогуливали занятия и направлялись в сторону Нью-Йоркского университета, чтобы заглянуть там в пару клевых магазинов. Они купили буррито в продуктовом фургоне на Уэйверли и ели их на скамейке в парке, когда встретили Ника, раздававшего флаеры на вечеринку в Чайна-тауне.
Тогда Ник Пирс был красив: высокий и худой, с непослушными темными кудрями и веселыми зелеными глазами. Он был всего на несколько месяцев старше Валли, но казался доверчивым и беспокойным – и это делало его совершенно непохожим на мальчиков, знакомых Валли по школе.