Очи черные

Рихтер Уильям

Валли выглянула в окно и посмотрела на пятидесятикомнатную громадину на береговой линии.

– Ну, может, не в таких больших.

– Там внутри, наверное, так прикольно, да?

– Конечно. Но, думаешь, у них на потолке в спальне есть мозаика на темы Троянской войны? Сомневаюсь.

– Лузеры, – согласилась Элла. Она еще немного помолчала. – На самом деле это все не нужно для дома. Нужно совсем небольшое пространство.

– Да.

– Может быть, мы могли бы сделать… что-нибудь такое.

– Какое?

– Ну найти себе настоящее жилье, –

сказала Элла. Она сделала вид, что это случайно только что пришло ей в голову, но Валли насторожилась. У Эллы явно появилась конкретная идея. – Не какое-то большое. А просто снять что-то, официально.

Элла уставилась в окно, притворяясь, что ее не волнует ответ Валли.

– Да, – ответила Валли, застигнутая врасплох, что-то в глубине ее души сопротивлялось этому. – Мы можем это обсудить.

– Если мы найдем работу, мы могли бы. Я видела в «Старбаксе», что они учат на баристу, ну, там, делать латте, капучино и все такое. Я бы точно смогла научиться.

– Ну, конечно, смогла бы.

Элла кивнула и больше ничего не сказала. Валли чувствовала, что разочаровала Эллу, не поддержав ее идею, но она просто не знала, что сказать. В ее жизни не было ничего устойчивого – казалось, что кругом только хаос, – и ей не хотелось врать Элле. И в то же время ей было стыдно, что она не может предложить ничего лучшего. Она повернулась к Элле и взяла ее за руку, пальцы их переплелись, но они так и не сказали ни слова, пока поезд не подошел к нужной станции.

Четверо друзей вышли из поезда в Гринпорте в час дня. Это была маленькая станция в конце главной железнодорожной линии. День был солнечный, но прохладный, с океана дул пронизывающий ветер. Валли посмотрела в Интернете расписание парома, он ходил каждые полчаса с шести утра почти до полуночи – и друзья прибыли как раз вовремя. Причал был всего метрах в ста от станции, небольшой паром уже стоял там и, казалось, собирался отчаливать.

Валли заскочила в сувенирный магазин и купила подробную карту острова Шелтер, а затем присоединилась к остальным на причале. Других пассажиров на пароме не было, только одна машина: старое, потрепанное и помятое такси «Мерседес» с маленькой пластиковой танцовщицей, висящей на зеркале заднего вида. Паромщик дал знак ребятам, что можно заходить, и машина тоже въехала на паром. Паром с гудком отчалил, начиная свое короткое путешествие по Гринпортской гавани. Валли присоединилась к остальным на носу парома. По мере того как они медленно пересекали бухту, лицо Тэвина постепенно зеленело.

– Первый раз плаваю на пароме, – признался он.

– И я, – радостно сказала Элла. – Нас что, будет тошнить и рвать? – Судя по ее тону, она ничего не имела против.

Валли увидела на их лицах настоящий восторг, и это ее утешило. Конечно, она беспокоилась о том, что их ждет на острове, но то удовольствие, которое получали ее друзья от первого в жизни плавания на пароме, уже делало эту поездку стоящей.

Водитель такси вышел из машины покурить. Это был местный парень, лет двадцати, рыжий и кудрявый, в вязаном рыбацком свитере под теплой жилеткой.

Он вел себя спокойно и непринужденно, явно чувствуя себя в своей стихии. Закурив, он взглянул на ребят и заговорил.

– Вам нужна машина, – сказал таксист, глядя в сторону Валли скорее утвердительно, чем вопросительно.

Валли посмотрела на него пару секунд и кивнула. Таксист кивнул в ответ и оперся о капот своей машины, глядя поверх перил на постепенно приближающийся остров Шелтер. В маленькой бухте было пришвартовано около дюжины лодок, и все были задраены, вероятно, их не собирались использовать в ближайшие шесть месяцев. Вскоре паром причалил к острову Шелтер, и ребята устроились на заднем сиденье «Мерседеса».

– Куда? – спросил водитель.

– Знаете, где Кричтон-роуд? – ответила вопросом Валли.

Водитель кивнул. Он повел машину из гавани по Ферри-роуд, тянувшейся к северо-востоку острова. Они проехали очень маленький торговый район с продуктовым магазином, видеомагазином, бензоколонкой и двумя ресторанами. Везде было пусто и тихо. Валли следила за дорогой, сверяясь с купленной картой, осматривая местность и вычисляя, где находится дом Хатчей.

– Вы живете на этом острове? – спросил Тэвин.

Таксист покачал головой:

– Неа. У меня тут бабушка живет, а я приезжаю несколько раз в неделю, привожу ей продукты. Она уже не может водить машину.

– Тут так спокойно, – сказала Элла.

– Девять месяцев в году – да, зато летом тут толпы.

– А вы знаете…

– Братьев Хатч? – перебил он ее. – Не особенно. Они сами по себе.

Валли почувствовала прилив адреналина, застигнутая врасплох тем, что таксист знает, куда и к кому они направляются. Она недоверчиво взглянула на него в зеркало заднего вида, и он заметил этот взгляд.

– Кричтон-роуд очень маленькая, – сказал водитель. – Там всего семь или восемь домов. Причем все, кроме Хатчей, приезжают только на лето.

– А-а.

Проехав километров пять по острову со скоростью не более шестидесяти километров в час, они свернули на развилке на Кричтон-роуд. Рядом с указателем на Кричтон-роуд был другой, указывающий в противоположном направлении: «Въезд в заповедник Машомак». Валли сверилась с картой и увидела, что заповедник занимает значительную территорию и, похоже, все дома восточной части Кричтон-роуд стоят на границе с ним. Вся эта часть острова Шелтер была частной территорией.

Водитель повернул на Кричтон, проехал метров пятьдесят и остановился на обочине с правой стороны.

– Приехали, – сказал он.

Валли и ребята увидели дом Хатчей, большой, двухэтажный, не менее чем с пятью спальнями, отстоящий от дороги. С одной стороны к нему примыкал крытый гараж на три машины, сзади виднелся садовый сарай. Вокруг дома все выглядело аккуратно и ухожено, но сами здания требовали некоторого ремонта, на крыше кое-где недоставало покрытия, краска на окнах потрескалась и облезла. Позади дома виднелась широкая полоса леса – западная граница заповедника Машомак, как Валли заключила по карте.