Очи черные
Шрифт:
– Милая, – сказала Клер нерешительно. – У тебя есть подруга по имени Софи?
Пораженная Валли сначала не ответила. Это совершенно точно не предвещало ничего хорошего. Валли знала – знала! – что никогда не упоминала при Клер никого из компании.
– А что, мам? – Она старалась говорить как можно безразличнее.
– Пожалуйста. Можно ведь просто сказать «да» или «нет».
Валли колебалась.
– Да.
– София Манетти?
У Валли сжалось сердце. Полное имя. Звучит так официально, так строго.
–
– Ты… ты ничего не слышала о ней в последнее время? – спросила Клер.
– Мама, скажи мне сейчас же… – потребовала Валли.
– Она умерла, – сказала Клер тихо. – Мне жаль, милая.
– Она…
– Ее убили, Валли. Она мертва.
У Валли вдруг подкосились ноги. Она опустилась на тротуар, прислонившись спиной к стене библиотеки. Несколько секунд она молчала, и голос Клер, испуганно-пронзительный, заполнил пространство между ними.
– Мне жаль. Ее убили. В Риверсайд-парке. Около недели назад.
– О чем ты говоришь, мам? Откуда ты…
– Валли, ты видишь, как это ужасно? – рыдала Клер. – Видишь, чем это кончается? Боже мой, чем ты там занимаешься? Прости! Прости за все, что я сделала…
– Перестань! – взвыла Валли в трубку, и крик этот прозвучал как взрыв у нее в голове. – Перестань извиняться за все! Ты ничего плохого не сделала.
– Нет, сделала.
– Нет! Ты мне не делала плохого. Ты ничего не сделала Софи. Я такая, какая есть. Мы такие. Ничего не изменишь.
– Но мы могли бы! Просто вернись домой…
– Мне пора, мам.
Валли повесила трубку. Ей было не по себе, болел желудок, она боялась, что ее стошнит прямо здесь, на тротуаре. Хотелось плакать, но шок был слишком сильным, чтобы позволить такой выход эмоций. Ей надо было к ребятам, но мысль о том, что она принесет им эту новость, была невыносимой. Что Валли могла сказать им, кроме правды, которую они и так знали: она сама прогнала Софи. Она это сделала.
– Боже мой, – прошептала Валли. Она поднялась и пошла домой, не обращая внимания на станции метро и собираясь все пять миль пройти пешком, быстрым шагом, пока в городе становилось все холоднее и солнце опускалось за дома.
Валли нашла их в банковской комнате отдыха, у Эллы по щекам текла тушь вперемешку со слезами, она уткнулась лицом в шею Джейка. Тэвин сидел один, вид у него был ошарашенный.
– Что случилось? – спросила Валли, боясь услышать еще одну плохую новость.
Ребята медлили, не решаясь рассказать.
– Это не твоя вина, Валли, – сказал Тэвин. – Ты скажешь, что твоя, но это не так…
– Мы пошли на Вашингтон-сквер, чтобы продать еще телефонных карточек, – объяснил Джейк. – Там были Джеймс, Грета и Стоуни. Они все уже знали. Какой-то коп приходил туда.
И Валли поняла, хотя ребята не могли решиться произнести это вслух. Они узнали про Софи.
– Про Софи… Я тоже слышала, – сказала Валли, и снова
– Нет, – сказал Тэвин. – Валли, ты была права. В том, что ты говорила. Это Софи ушла от нас.
– Я ее прогнала…
– Мы знаем, – сказала Элла. – Но ты сделала для нее все что могла.
Казалось, остальные хотели прежде всего оправдать Валли, так чтобы и самим им было легче простить себя за то, что бросили Софи в беде. Они плакали, обнимая друг друга, а затем медленно отстранились.
– Мне нравилось, как Софи танцует, – сказала Валли, вытирая слезы, – даже когда это было неприлично.
– А неприлично это было всегда, – заметил Тэвин с легкой улыбкой.
– Мне нравилось, как Софи молчала, – сказала Элла, – а потом вдруг улыбалась самой себе…
– И никогда не говорила, о чем это она подумала, никогда не признавалась, сколько ни выпытывай, – добавил Джейк.
– Мне нравилось, что она была сильной, рвалась в бой, – сказал Тэвин. – Даже когда была не права. – Тэвин еще обдумал это. – Я думаю, она поэтому оттолкнула нас.Они все задумались об этом, и Элла снова начала тихо плакать, а остальные обняли ее и бережно держали, пока плач не затих.Когда настала ночь и ребята улеглись спать, Валли вышла из банка через черный ход и остановилась в узком коридоре. Откопала в сумке визитку, которую дала ей Лоис Чао в «Доме гармонии». При свете уличного фонаря она прочла на визитке имя – детектив Грир, 20-й участок. Со всеми этими навалившимися делами она совсем забыла про сообщение копа и вспомнила только теперь, узнав о Софи.
Почему коп первым делом бросился разыскивать ее? Валли помнила о потерянном удостоверении. Если Софи нашли с удостоверением Валли, оттуда могли узнать ее домашний адрес. Вот почему Клер первой узнала об убийстве. Валли набрала номер полицейского, намереваясь выяснить все, что сможет, о смерти Софи.
– Да? – послышался голос в трубке, звучал он озабоченно и рассеянно.
– Детектив Грир?
– Да.
– Это Уоллис Стоунман.
Пауза.
– Ну что ж. Как твои дела, Уоллис?
– Хорошо.
– Все хорошо? Правда? – и сразу же этот тон. Требовательный, допрашивающий.
– Вы мне звонили.
– Больше недели назад, – сказал Грир. – Ты знаешь, по какому поводу?
– Кажется, теперь да. Я только что узнала о Софи.
– Правильно. Мне очень жаль твою подругу. Я бы хотел встретиться с тобой, Уоллис. Я пытаюсь найти того, кто убил Софию, и мне кажется, ты могла бы помочь. Ты могла бы прийти в участок…
– Ха.
– Ну да. На тебя все еще выписан ордер судом по семейным делам, да? Я обещаю, что не буду пытаться…