Очи бога
Шрифт:
— Лучше уж заблудиться, — сказал он себе, продолжая идти по улице. Улица сужалась, становясь грязнее, и Гилвин пожалел, что не попытал счастья в таверне. Тяжелое предчувствие заставило сердце уйти в пятки, и он решил вернуться. Но вдруг услышал шаги за спиной. Они слабым эхом отзывались от мрачных стен домов. Гилвин оглянулся, пытаясь увидеть что-нибудь сквозь тьму и туман. Жаль, что у него теперь нет с собой костыля или другого оружия. Теку еще крепче обвила его шею хвостом.
— Не бойся, — сказал Гилвин — скорее себе, чем обезьянке. Шаги зазвучали громче и вдруг смолкли. Гилвин,
— Теку, похоже, мы в беде, — шепнул он мохнатой товарке.
Впереди улица упиралась в кирпичную стену. Гилвин лихорадочно осматривался в поисках выхода, хотя бы узкого лаза. С усилием волоча ногу, он приблизился к стене. Шаги за спиной убыстрялись. Он пытался придумать, как спастись. Но единственный проход оказался слишком узким — разве что для Теку. Гилвину было не протиснуться, поэтому он набрал полную грудь воздуха и повернулся к догонявшим его преследователям.
Больше не слышался смех из таверны, не стучали копыта по мостовой. Только неумолимый звук шагов. Гилвин всматривался сквозь пелену тумана. Его пробирала дрожь от моросящего дождя. Теку тряслась от страха. Приближающиеся фигуры с трудом можно было рассмотреть в темноте. Оба в обветшалой одежде: длинные плащи болтались на сутулых плечах. Драные ботинки шаркали по мостовой, лиц невозможно разглядеть. Гилвин отвернулся от стены. Мужчины подошли и остановились, когда поняли, что он в западне. Более низкорослый преследователь с грязными светлыми волосами улыбнулся, продемонстрировав обломки зубов.
— Что, парень, заблудился?
Гилвин помотал головой:
— Нет. Я… иду домой.
— О да, конечно, тебе пора домой, — заметил второй мужчина. Он был темноволосый и долговязый; лицо его частично скрывала клочковатая борода. — Сейчас опасно шляться по улице.
И оба придвинулись ближе. Луна осветила лица: худые, болезненные. Но, несмотря на жалкий вид бродяг, Гилвин понимал: шансов убежать нет. Его загнали в угол.
— Что вы хотите? — спросил он. — Денег у меня нет.
— Нет денег? — удивился блондин. — Ага, вот теперь мы говорим неправду. Мы же видели, как ты якшался с ювелиром. Что ты себе прикупил?
— Это не ваше дело! — Гилвин угрожающе приподнял плечи, стараясь выглядеть старше. — Только посмейте тронуть меня — я закричу так, что вы оглохнете.
Мужчина переглянулся с компаньоном.
— Ого, Джорри, может, нам лучше его послушать? Здесь, в этих трущобах, еще никто никогда не кричал.
Темноволосый Джорри так и шарил глазами по карманам Гилвина.
— Давай сюда, что там у тебя!
— Ничего у меня нет, — Гилвин протянул пустые руки. Эти двое заметили его изуродованную кисть и захихикали.
— Что бы у тебя там ни лежало, тебе лучше не пытаться сопротивляться, — засмеялся Джорри. — Так что будь хорошим мальчиком и не заставляй нас делать тебе бо-бо.
Теку гневно закричала, выставив острые когти. Джорри сделал шажок вперед.
— Заткни эту тварь, не то я сдеру с нее шкуру живьем, — прошипел он. Гилвин выставил кулак.
— Только тронь ее…
Джорри выхватил кинжал из-под грязного
— Оставьте меня в покое, — сказал он. — Не то отведаете гнева короля.
— Короля? — низенький изобразил удивление. — О, так перед нами сам король? Это хорошо. Значит, из тебя вывалится немало золотишка, если потрясти как следует…
Они приблизились к нему; кинжал Джорри опасно поблескивал. Гилвин прижался к мокрой стене, ощущая ее через рубаху. Будучи не в состоянии защитить себя, он сунул руку в карман.
— Стойте! — закричал он. — Вот, заберите.
Но, еще до того, как он вытащил безделушку, чья-то рука схватила его за запястье. Гилвин прыгнул в сторону, думая, что это еще один грабитель, но, приглядевшись, понял: рука высунулась из стены. Он задергался от страха, в то время как его крепко держали. Рука оказалась маленькой, как будто детской. Джорри и его товарищ смотрели на нее, словно громом пораженные. Кинжал в руке Джорри заходил ходуном.
— Что это? — прохрипел низкорослый вор. Рука высунулась на всю длину, потом появилось плечо. Гилвин оказался на свободе, когда показалось лицо. Женское лицо с жуткой улыбкой, в обрамлении белоснежных волос, из-под которых выглядывали эльфийские уши. Гилвин попятился, думая, что видит привидение. На месте стены возникло разноцветное сияние. Из радуги выступила женщина. На ней был плащ из цветных заплаток, колыхавшийся вокруг тела, как живой. Когда стена снова обрела прочность, она посмотрела на Гилвина горящими черными глазами.
— Привет, — улыбаясь, промолвила она. У нее на шее висел амулет, видневшийся из-под плаща. Женщина повернулась к ворам, и улыбка исчезла с ее лица. — В чем дело? — спросила она, строго глядя на кинжал. — Разбой?
Джорри сжал рукоятку кинжала.
— Что ты такое? — спросил он.
Маленькая женщина приблизилась к Гилвину и обняла его за плечи.
— Я друг этого мальчика. И тебе не лишне будет это узнать.
Лицо светловолосого исказилось от гнева.
— Ну ладно, малютка. Значит, вы оба хлебнете кровушки.
— Ах, ах, пожалуйста, не так быстро, — захихикала женщина. Ее странный амулет загорелся неземным светом. — Оглянитесь-ка назад.
Воры оглянулись. И вдруг поняли, что они в тупике. Появилась еще одна стена, не менее крепкая, чем три уже стоявших здесь. Загораживая узкий проход, стоял здоровенный мужчина с плечами борца и бритой головой. Глаза смотрели без всякого выражения, а шерсть на руках напоминала жесткую проволоку. Он не двигался и ничего не говорил. Просто наблюдал за ворами, стоя, как часовой.
— Видите моего друга? — спросила женщина. Она сняла руку с талии Гилвина и свободно оперлась на стену. — Нападать на мальчика-калеку довольно легко. Попробуешь свой нож на Троге, а, Джорри?
— Откуда вам известно мое имя? — недоумевал тот.
Маленькая леди пожала плечами.
— Читать мысли простаков — самое обычное дело, — тут она взглянула на белобрысого. — А ты — Харл, — заметила она. — И сейчас размышляешь, как бы удрать. Тебя даже на заботит, что будет с Джорри, если ты смоешься, оставив его с нами.