Очи бога
Шрифт:
— Смотри, Теку, начинается.
Темнота медленно скрывала лик луны. Гилвин услышал радостные крики и подумал, что где-то в толпе довольно улыбается Фиггис. Юноша рассмеялся — он гордился наставником.
— Он сделал это. Он оказался прав.
Гилвин в восторге подбежал к краю балкона и перевесился через край. Теку взобралась ему на плечо, чтобы быть поближе к небу. Они вместе наблюдали за лунным затмением, медленно набиравшим силу. Кругом царила тишина. Но вдруг, посреди тишины, Гилвин услышал голоса.
Они раздавались где-то поблизости. Озадаченный, он всмотрелся и увидел две фигуры, сидящие на скамейке
Кто она?…
В прежние визиты в замок Гилвин не встречался с незнакомкой. Должно быть, гостья в Лайонкипе, может быть, дочь дипломата. В любом случае, ее персона заинтересовала его куда больше затмения. Гилвин опустился вниз, рассматривая ее сквозь балконную решетку. Девушка устремила палец в небо — похоже, объясняя компаньонке, что происходит. Гилвин вдруг понял, что старшая из женщин была слепой — несомненно, одна из слуг королевы Кассандры. Но младшая вовсе не напоминала служанку. Ее одежда выглядела чересчур дорого, а лицо и руки имели царственный вид.
— Она прекрасна, — прошептал Гилвин. Он ощутил внезапную боль в сердце. Как бы ему хотелось окликнуть ее, показаться на глаза и помахать рукой. Но он всего лишь ученик библиотекаря, к тому же увечный, и разве станет такая девушка иметь с ним дело?
Лунное затмение продолжалось почти час. Две фигуры в саду наблюдали за небесным спектаклем. Гилвин вообще не смотрел на небо. Он уже влюбился в темноволосую красавицу, поэтому едва замечал, как бежит время.
Затмение кончилось, и две незнакомки покинули сад, быстро скользнув между деревьями. Когда они ушли, юноша убедился, что его не заметили, вышел из укрытия и стал смотреть в сад.
— Теку, — тихо проговорил он. — Я встретил ее.
25
Каждую ночь Гилвин возвращался в уединенное место в саду, надеясь вновь увидеть темноволосую незнакомку. Каждую ночь он аккуратно причесывался, приглаживал одежду и выходил с Теку на балкон, с трепетом предвкушая встречу. И каждую ночь уходил разочарованный.
Девушка пленила Гилвина. Он проводил целые дни в библиотеке, мечтая о ней, отчего приносил ученым не те книги, а то и вовсе забывал о работе. Несмотря на настойчивые вопросы Фиггиса, что его беспокоит, Гилвин не рассказывал о незнакомке, уверенный, что ему попадет. Он пытался любыми путями получить от наставника задание доставить книги или сообщения в Лайонкип. Акила и его подчиненные частенько требовали для себя различные манускрипты. Многочисленные прогулки Гилвина в замок оставались безуспешными, поэтому он решился на более серьезную меру. Пробраться в закрытое крыло здания, где жила королева.
И тогда Гилвин подумал о Теку.
У Теку было множество талантов. Хоть она и обезьяна, но Фиггис выдрессировал ее так, чтобы она во всем помогала Гилвину. Она была уже не просто домашним животным, отличаясь умом и находчивостью. И к тому же была ганджийской обезьяной, особой породы. Ганджийские обезьяны стоят дорого, но их охотно покупают, ибо они легко обучаются — и не только трюкам. Они могут понимать человеческую речь и отвечать при помощи щебета и стрекота, общаясь с хозяином особым. Теку была правой рукой Гилвина. Точнее говоря, служила ему вместо левой, искалеченной руки. Когда юноше был нужен свиток или книга, мартышка приносила ему их. Она носилась по полкам библиотеки быстрее, чем Фиггис со своей лестницей. И вообще, была Гилвину лучшим другом. Теперь он нуждался в ее помощи.
Гилвину, как и прочим, вход в крыло королевы был запрещен. Но Теку ведь обезьянка, и вовсе не обязана соблюдать правила.
Так ли это?
Гилвин не знал, да его это и не заботило. Он напишет записку девушке, и Теку поможет ее передать. Дело рискованное, ведь записку могут прочесть другие, но он не станет подписываться своим именем. Нет, он поступит изобретательнее, попросит незнакомку встретиться с ним в заброшенном саду! Он спрячется на балконе и посмотрит: если она придет одна, то он выйдет к ней, если же нет — отсидится в укрытии… А если и вовсе не придет…
Гилвин немедленно отбросил эту мысль. Единственной его надеждой стало заманить девушку на свидание, и осуществить эту надежду он возлагал на хрупкие плечи обезьянки.
Годы работы под началом Фиггиса научили Гилвина искусному обращению со словами, и он не жалел нежных слов для послания. Он адресовал письмо «темноволосой красавице», описывал, как он встретил ее в саду в ночь затмения, просил встретиться с ним завтра ночью в том же месте. Закончив, задумался: все ли верно он написал. Решил, что подписаться все же стоит, и в конце письма изобразил следующее: «Обожающий Вас Слуга».
Удовлетворенный, сложил бумажку и сунул в карман. Усадив Теку на плечо, выскользнул из кабинета и отправился искать Фиггиса. Он обнаружил старика, старательно разбирающим манускрипты, прибывшие из Паараля, города на севере Лиирии, известного своей поэзией. Морщинистое лицо Фиггиса сияло от радости, когда он тащил коробку, заполненную бумагами, подыскивая для нее место среди бесконечных полок с образцами стихов. Ученый увидел Гилвина и помахал ему рукой.
— Гилвин, они прибыли, — сообщил он. — Ты нужен мне для составления каталогов.
— Хорошо, — отозвался Гилвин. — Займемся этим, как только я вернусь из Лайонкипа. Ты говорил, нужно доставить туда несколько книг?
— Это подождет, — Фиггис взял гроссбух, в котором содержались составленные им таблицы для нумерации книг. — Расставить все эти параальские книги по порядку займет у нас целый день.
— Но ты говорил, король Акила ждет книги.
Фиггис пожал плечами.
— Спешить некуда.
— Но я всегда доставляю книги в Лайонкип примерно в полдень. Грэйг, наверное, уже ждет меня.