Объявлено убийство
Шрифт:
— А вас тоже не было дома, миссис Истербрук?
— Нет, нет, я как раз слушала радио. Я никуда не выходила. Не тогда. Я выходила раньше. Около половины третьего я пошла прогуляться. Неподалеку.
Казалось, она ждет дальнейших расспросов, по Креддок спокойно сказал:
— Достаточно, миссис Истербрук. Показания будут отпечатаны на машинке. Вы сможете прочитать их и, если они по существу правильны, подписать.
Миссис Истербрук взглянула на него с неожиданной злобой:
— А почему вы других не допрашиваете, где они были? Эту Хаймес? Или Эдмунда Светтенхэма? Откуда вы знаете, что он спал у себя дома?
— Перед смертью мисс Мергатройд сделала заявление. В вечер налета одного человека не было в комнате. По идее, он должен был находиться там все время. Мисс Мергатройд назвала своей подруге имена людей, которых она видела. Путем исключения она пришла к выводу, что был некто, кого она не видела.
— Но никто не мог ничего увидеть, — сказала Джулия.
— Мергатройд могла, — неожиданно сказала мисс Хинчклифф грудным голосом. — Она стояла за дверью, там, где сейчас стоит инспектор Креддок. Она была единственной, кто мог видеть все происходящее.
— Ага! Вы в это уверена? — заявила Мици.
Это было одно из ее театральных появлений, она распахнула дверь, чуть не сбив при этом Креддока.
— Значит, Мици вы не приглашаете приходить вместе с другие, да, деревянный полицейский? Конечно, я просто Мици! Мици на кухня! Она сидеть на кухня, там ее место. Но я скажу: Мици как остальные, а может, лучше все видит. Да, я много вижу. Я немного видела в день налет. Немного видела, но не поверила и до теперь держала язык… как это… за зубы. Я думала, я не буду говорить, что видела, пока не буду. Я буду ждать.
— А когда все успокоилось бы, ты собиралась попросить кое у кого немножечко денег? — сказал Креддок.
Мици набросилась на него, как разъяренная кошка.
— А почему нет? Почему мне нельзя платить, если я великодушно молчала? Особенно если когда-то будут деньги… много деньги. О! Я немного слышала, я знаю, что есть вокруг. Я знаю эти Пипэмеры… тайное общество… агент который, — она картинно указала на Джулию, — она. Да, я подождала и просила деньги… Но сейчас я боюсь. Лучше я буду в безопасность. Потому что, может, скоро кто-то убьет меня. Поэтому я скажу, что знаю.
— Прекрасно, — скептически сказал инспектор. — Что же ты знаешь?
— Я скажу, — торжественно заговорила Мици. — Тот вечер я не сижу в чулан и не очищаю серебро, как говорила. Я в столовой, когда услышала, как ружье стреляет. Я смотрела дырка для замок. Холл был черный, но ружье опять стреляет, и фонарь падает, он светит все, когда падал, — и я видела ее. Я видела ее близко с он, ружье в рука. Я видела мисс Блеклок.
— Меня? — Мисс Блеклок даже привстала от удивления. — Да ты с ума сошла!
— Но это невозможно! — вскричал Эдмунд. — Мици не могла видеть мисс Блеклок…
Креддок прервал его:
— Значит, не могла, мистер Светтенхэм? А почему? Потому что не мисс Блеклок, а вы сами стояли с пистолетом, не так ли?
— Я? Конечно, нет… Что за чертовщина!
— Вы взяли пистолет полковника Истербрука. Вы затеяли всю заварушку с Руди Шерцем — под видом шутки. Вы пошли вслед за Патриком Симмонсом в дальнюю комнату, а когда свет погас, выскользнули в тщательно смазанную дверь. Вы выстрелили в мисс Блеклок, а после убили Руди Шерца. Через несколько секунд вы уже снова стоите в гостиной, щелкая зажигалкой.
На мгновение Эдмунд, казалось, потерял дар речи,
— Вся ваша идея чудовищна. Почему именно я? Зачем, черт побери, мне это понадобилось?
— Помните? Если мисс Блеклок умрет раньше миссис Гедлер, наследство получают двое. Двое, которых мы знаем как Пипа и Эмму. Джулия Симмоис оказалась Эммой…
— Так вы считаете, что я — Пип? — рассмеялся Эдмунд. — Фантастика, чистая фантастика. Я того же возраста — это единственное, что у меня с ним общего. И я докажу вам, дурак набитый, что я — Эдмунд Светтенхэм. У меня есть свидетельство о рождении, об окончании школы, университета — все.
— Он не Пип, — раздался голос из темного угла. Филлипа Хаймес выступила вперед, лицо ее, было бледно. — Пип — это я, инспектор.
— Вы?!
— Да. Все почему-то решили, что Пип — мальчик. Джулия знала, что ее двойняшка — сестра, не знаю, позему она не сказала этого сегодня днем.
— Из семейной солидарности, — сказала Джулия. — Я вдруг поняла, кто ты такая. До того я не догадывалась.
— У меня был тот же замысел, что и у Джулии, — сказала Филлипа слегка дрожащим голосом. — После того, как я… потеряла мужа и война кончилась, я задумалась, что же мне делать. Моя мать давно умерла. Я выяснила, где живет мисс Блеклок, и приехала сюда. Нанялась на работу к миссис Лукас. Я надеялась, что, поскольку мисс Блеклок — пожилая женщина, у которой нет родственников, она, возможно, захочет помочь. Разумеется, не мне — я ведь могу работать. Помочь Гарри получить образование. В конце концов, деньги принадлежали Гедлерам, а у нее не было своей родни, на которую она могла бы их тратить. А потом, — Филлипа заговорила быстрей, после налета я испугалась. Все выглядело так, будто единственный человек, у которого имелись причины убить мисс Блеклок, — это я. Я ведь и понятия не имела, кто такая Джулия — мы с ней не близнецы и мало похожи; все выглядело так, будто я единственная, на кого может пасть подозрение. Мисс Блеклок была ко мне очень добра. Я не пыталась ее убить, у меня даже в мыслях этого не было. Но тем не менее все равно: Пип — это я. — Она помолчала и добавила: — Так что не надо больше подозревать Эдмунда.
— Не надо? — сказал Креддок. В голосе его снова зазвучали едкие нотки. — Эдмунд Светтенхэм — юноша, обожающий деньги. Возможно, этот юноша не прочь жениться на богатой невесте. Но она не разбогатеет, если миссис Гедлер умрет раньше мисс Блеклок. А поскольку почти стопроцентная гарантия, что миссис Гедлер умрет раньше мисс Блеклок, ему надо что-то предпринять, не так ли, мистер Светтенхэм?
— Мерзкая ложь! — воскликнул Эдмунд.
И вдруг по дому разнесся крик. Он прилетел с кухни, это был долгий, нечеловеческий вопль ужаса.
— Господи, но это не Мици! — закричала Джулия.
— Нет, — сказал Креддок, — это тот, кто убил трех человек.
Правда
Как только инспектор набросился на Эдмунда Светтенхэма, Мици тихонечко улизнула из комнаты на кухню. Она наливала в раковину воду, когда вошла мисс Блеклок.
Мици украдкой бросила на нее пристыженный взгляд.
— Какая же ты лгунья, Мици! — мило сказала мисс Блеклок. — Разве так моют посуду? Сначала помой серебро и налей полную раковину. Как ты можешь мыть, если у тебя совсем нет воды?